Алексей Данилко – Корона, закалённая в крови. Часть I (страница 5)

Фиона тут же радостно согласилась и с невольно возникшей глуповатой улыбкой повернулась к Александру, едва заметно кивнувшему в ответ.

Принц впился в налитые краской губы Виолетты, как только за закрытой дверью раздалась музыка. Баронесса ответила тем же, млея в руках источавшего мужественность любовника, однако вскоре отстранилась.

– Прости, милый, но сейчас никак не получится.

Александр решил, что ослышался, и тут же прижал ладонь к пышной груди девушки, но та, издав прерывистый выдох, не без труда убрала его руку.

– Я совсем недавно забеременела от Жана! – сказала она и быстро направилась к двери, заставив мужчину замереть в недоумении.

– И к чему ты это говоришь?

– Слишком много взглядов направлено на эту трибуну. Нужно подождать хотя бы пару месяцев, чтобы срок не дал повода думать, будто ребёнок был зачат здесь и от тебя, – девушка, хоть и пыталась казаться привычно беззаботной, не смогла скрыть категорическое нежелание заводить бастарда, способного доставить ей хоть какие-то проблемы. Заметив обиду во взгляде любовника, она снова стала показательно игривой и, сексуально погладив своё тело, томно прошептала: – Потом у нас будет несколько месяцев, прежде чем снова придётся сделать перерыв. И я обещаю, что в эти месяцы не дам тебе заскучать!

Едва договорив, Виолетта поспешила открыть дверь и пригласила внутрь часть своей свиты, прежде чем провела наедине с мужчиной достаточно времени для хотя бы намёка на повод для слухов.

Александр с неохотой согласился с её правотой и тут же надел привычную маску учтивости, принявшись за оформление указов для поместий в управлении барона. Закончив с делами, девушка позволила себе поцеловать принца в щеку на глазах у свиты.

– Живот станет заметен где-то через полтора-два месяца. И пока он не начнёт мешать – я твоя! – томно шепнула Виолетта на прощание.

С трудом скрыв грусть, Александр проводил её официальным поцелуем в руку.

– Вы счастливая девушка, ваше высочество! – игриво бросила она Фионе перед уходом.

Виолетта поклонилась принцессе с лёгкой усмешкой, отразившейся смутным подозрением на юном личике, которое вновь показалось Александру пустым и детским. В Фионе не было той искорки.

V.

Прошло ещё несколько рутинных дней. Ещё несколько мелких сговоров о спекулятивных обрушениях рынка на ярмарке или фальсификациях документов с целью покупки того или иного поместья за копейки. Но вот, наконец, турнир достиг своего апогея, и собрались если не все, то большинство лучших людей Эсабирии. Пришло время для дел великих.

Сотни королевских герольдов, одетых в лучшие наряды Неверфела за счёт короны, отправились к каждой трибуне, каждому скоплению шатров, каждому турнирному полю с объявлением: «Война!».

«Его королевское величество, Василий II Панемвик, король Эсабирии, принц Наваррский, герцог Треклет и герцог Неверфельский объявляет войну княжеству Первоземье.

Его королевское величество призывает всех лордов и рыцарей, всех воинов и верных сыновей Эсабирии соблюсти клятвы и под его опеку и снабжение встать под королевское знамя в походе на север с целью торжества справедливости!

Его королевское величество объявляет, что главную роль в колонизации и формирования Новоземья сыграла Эсабирия, а потому имеет законное право претендовать на все земли Новоземья, а значит и Первоземья! Да здравствует король! Да здравствует Эсабирия!»

Последняя часть объявления стала неожиданной даже для принца, не говоря уже обо всех остальных. Вдохновлённые зрелищами красивых битв и соскучившиеся по большой войне, лорды Эсабирии подняли столь неистовый и торжествующий гул, что Александр понял: отец его вчистую переиграл. Василий II решил навсегда покончить с проблемой нехватки земель, объявив законной любую войну в Новоземье, которое при довольно слабой заселённости тянуло по размерам на целый материк.

Ни о каких реформах впредь не могло идти и речи, ибо высшая знать их попросту не одобрит, получив иной способ решения проблем. Отныне междоусобицы станут лишь крайним средством решения проблемы, ведь куда предпочтительнее собраться группой младших сыновей воевать с ещё лишь карабкавшимися к могуществу Эсабирии княжествами. А что ещё вероятнее: старшие члены семьи сами позаботятся, чтобы их родственники оказались по ту сторону Диты, где либо завоюют себе земли, либо удобрят их. Королю осталось лишь завоевать небольшой плацдарм для сбора будущих кампаний.

– Александр!

Жалобный голос жены вырвал принца из раздумий. Девочка с искренним беспокойством прижалась к нему. Только сейчас он понял, сколь открыто эмоции отражаются на его лице.

– Прости, что напугал, любовь моя, – Александр быстро вернул маску учтивости. – Старую рану свело, – соврал он, уже придя в чувства, и понадеялся, что лишь Фиона видела его отношение к объявлению отца.

Все мысли обратились в прах. Выполняя в столице роль регента во время войны, Александру предстояло вербовать гостей в королевское войско, а у тех, кто предпочтёт остаться, собрать дополнительный налог или хотя бы наладить дешёвую закупку снабжения. Теперь же принц совершенно не желал этим заниматься. Однако, как и всегда, не имел выбора.

Он решил рискнуть гневом отца и начал действовать незамедлительно. Выбрав день, когда договорился об аудиенциях с двумя герцогами, Александр послал к ним герольда с глубочайшими извинениями за то, что не сможет присутствовать на приёме. Конечно, принц не мог просто отменить встречи, а потому сообщил, что до глубины души проникся объявлением короля и не в силах удержать бьющую в голову кровь, а потому намерен присоединиться к турниру.

Александр назначил на переговоры вместо себя Святослава, будучи уверен, что навыки красноречия и манеры младшего брата с большей вероятностью отторгнут собеседников от похода, нежели собственная тонкая игра.

VI.

Сегодня Фиона сидела на трибуне рядом с братом своего мужа. Хотя, наверное, уже с пары десятков метров едва ли кто-нибудь заметил бы разницу. Святослав имел более массивную челюсть, покрытую безупречной короткой бородкой, тонкий нос и маленькие аккуратные брови. Также почти достигавший двухметрового роста широкоплечий мужчина отличался от Александра более стройными атлетичными формами и лишёнными жира мышцами, которые девочка отчётливо видела под короткими рукавами обтягивающей туники. В остальном же принц являлся полной копией старшего брата.

Словно в противовес всем внешним сходствам, поведение Святослава было противоположностью поведения Александра. Ещё до первых встреч с гостями, принц осушил несколько кубков вина и принялся громко и грубо командовать слугами. А затем долго выбирал несколько наиболее симпатичных проституток, одну из которых усадил прямо к себе на колени, незамедлительно принявшись щупать.

Одновременно с громким хлопком по заднице одной из шлюх на ристалище выехал кронпринц, который точно также показался Фионе копией брата в доспехах. Хотя, в отличие от неё, все быстро опознали наследника. Принцесса с замиранием сердца подскочила, когда Александр сшибся с соперником, и нервно выдохнула, когда в седле остался лишь её муж. Вдруг девочка ощутила руку на плече.

– Не стоит переживать, ваше высочество. Братец не так слаб, как хочет казаться, – внезапно, раскатистый и громкий голос стал нежным и аккуратным. – Вина её высочеству! – тут же скомандовал Святослав. – Поможет прогнать возникшую бледность и вернуть так идущий вам румянец! – дружелюбно кивнув, сказал он.

Фиона невольно растеклась в улыбке. Она так скучала по подобному обхождению и ухаживаниям, в то время как муж всё время оставался столь формален… Принцесса тут же растаяла и рухнула в беззаботные беседы со Святославом, умолкая, лишь когда тот принимал гостей.

Александр выиграл ещё три конные сшибки, прежде чем его лошадь повредила ногу. Сняв шлем, он с желанием посмотрел на трибуну. Фиона с надеждой решила, что на неё, и снова залилась краской. Кронпринц же перевёл взгляд на ещё не достигшее зенита солнце и, дав знак герольду, отправился к арене общей схватки, будто совершенно не устал.

– Добро пожаловать! – опережая делегации и отвергая формальности, вышел вперёд Святослав, приветствуя герцога Междуречья.

Облачённый в пиджак из почти драгоценного белого меха из дальних краёв Андрей Первобивец был юн, строен, черноволос и, по мнению Фионы, очень красив. Небольшие скулы переткали в ямочку, добавлявшую впалым щекам идеальную гармонию с тонкими губами и ровной челюстью, покрытой мастерски подведённой щетиной. Живые серо-карие глаза довершали элегантные аккуратные брови, контрастировавшие с поистине аристократической бледностью.

– Весьма польщён таким приёмом, ваше высочество! – завидев жест принца, воскликнул Андрей и также сделал шаг вперёд, отодвинув своего герольда.

После они всё же обменялись любезностями, прежде чем заняли места на трибуне. Герцог, в отличие от многих других, не взял с собой жену, которую, по слухам, весьма любил, и оставался в гордом одиночестве. Однако он с искренней благодарностью принял предложенных Святославом проституток и вскоре вогнал Фиону в жуткую краску, когда, наблюдая за очередной сшибкой, запустил палец в одно из отверстий женщины, не сняв, что странно, перчаток.

– Вот сразу видно мужика! – рассмеялся принц.