Алексей Дальновидов – Пепел старых серверов (страница 4)

На полке, куда указал служитель, лежала одежда. Не комбинезон, а настоящая рубашка из мягкой ткани и штаны из плотного материала, похожего на тот, что был на человеке в плаще. Олин надел их и почувствовал, что теряется в этой одежде. Она была слишком легкой, слишком чистой, она не защищала. В комбинезоне он чувствовал себя частью машин. А здесь, в этом странном одеянии, он чувствовал себя голым.

Он вышел из помывочной. Служитель взглянул на него и одобрительно кивнул.

– Совсем другое дело. Пошли.

Они пошли по коридору. Олин старался ступать осторожно, но мягкая подошва новых башмаков все равно скользила по гладкому полу. Коридор кончился, и они вышли в огромное помещение, от которого у Олина перехватило дыхание.

Зал. Настоящий зал, каких он никогда не видел. Высокий потолок терялся где-то вверху, стены были расписаны яркими картинами – деревья, цветы, птицы, каких Олин видел только на древних схемах в технической документации. Но главное – свет. Сверху, сквозь прозрачный потолок, лился золотистый свет, теплый и живой. Олин задрал голову и увидел небо. Настоящее небо? Нет, вспомнил он. Искусственное. Где-то там, за этим стеклом, огромные лампы имитируют солнце.

Под ногами был ковер. Настоящий ковер, мягкий, пушистый, в который ноги утопали по щиколотку. Вдоль стен стояли растения в кадках – живые, зеленые, с настоящими листьями. Олин протянул руку и коснулся одного. Лист был прохладным и влажным, чуть шершавым на ощупь.

– Не трогай, – раздался голос сзади.

Олин обернулся. В кресле, стоящем у окна, сидел старик. Очень старый, с морщинистым лицом и белыми, как снег, волосами. Он был одет в длинный халат, расшитый золотыми узорами, и держал в руках какой-то предмет – прямоугольный, с мерцающим экраном.

– Ты техник снизу? – спросил старик, не поднимая глаз от экрана.

– Да, господин, – Олин не знал, как обращаться к этим людям. Лорд? Господин? Просто человек?

– Меня зовут Вергилий, – старик наконец поднял глаза. – Я здесь летописец. Собираю истории, записываю события, храню память. А ты, говорят, умеешь чинить древние вещи?

– Я чинил генераторы и насосы, – осторожно ответил Олин. – Никогда не работал с… – он запнулся, не зная, как назвать предмет в руках старика.

– С этим? – Вергилий помахал прямоугольником. – Это планшет. Древняя штука, еще до-башенных времен. Не работает уже лет двести. Но красивая. Я в ней храню свои записи. Просто как украшение.

Олин подошел ближе. Планшет был тонким, легким, с гладкой поверхностью. На одной стороне – темное стекло, на другой – металл с выгравированным рисунком.

– Можно? – спросил Олин, протягивая руку.

Вергилий кивнул. Олин взял планшет, повертел в руках, нажал на кнопку сбоку. Ничего. Приложил палец к стеклу – темнота. Тогда он перевернул планшет и увидел маленькое отверстие. Поднес к носу, понюхал. Пахло древней пылью и чем-то сладковатым.

– Разъем для питания, – сказал он. – Если найти подходящий кабель и подать напряжение, может, и заработает. Но старые аккумуляторы часто умирают окончательно. Их надо менять.

Вергилий смотрел на него с интересом.

– Откуда ты знаешь такие слова? Аккумуляторы? Напряжение?

– Я читал, – Олин пожал плечами. – Внизу, в технических библиотеках, есть старые инструкции. Их никто не читает, потому что трудно. Но я читал. Там много слов. Аккумулятор, транзистор, процессор, диод. Я не все понимаю, но запоминаю.

– Ты читал инструкции, – повторил Вергилий медленно. – И что, много их?

– Целый шкаф. Но бумага старая, рассыпается. Я переписывал некоторые в тетрадь, пока не рассыпались.

Вергилий встал. Движения у него были медленными, но уверенными. Он подошел к Олину и посмотрел ему прямо в глаза.

– Знаешь, техник, здесь, наверху, никто не читает инструкций. Здесь читают стихи, любовные романы, древние хроники. Но никто не знает, как работает то, что их окружает. Лорды нажимают кнопки, и свет загорается. Для них это магия. Для тебя – работа.

– Для меня тоже магия, – тихо сказал Олин. – Просто я понимаю, как она устроена.

Вергилий улыбнулся. Улыбка у него была грустная, словно он знал что-то, чего не знал Олин.

– Пойдем, техник. Лорд ждет.

Они пошли по коридору, потом свернули, прошли еще один зал, поменьше, и оказались перед дверью. Не простой дверью, как внизу, а резной, деревянной, с металлическими вставками. Вергилий постучал.

– Войдите, – раздался голос.

Они вошли.

Кабинет лорда был круглым, с окнами во всю стену. За окнами было искусственное небо, и Олин на мгновение забыл, где находится. Там, за стеклом, простирался сад – настоящие деревья, кусты, дорожки, посыпанные чем-то белым. А далеко внизу, под этим садом, угадывался край Башни, и еще ниже – бесконечная синева.

– Это небо? – спросил Олин шепотом.

– Это стена Башни, – ответил Вергилий. – А за ней – пустота. Мы слишком высоко, чтобы видеть землю. Только облака иногда проплывают ниже нас.

За столом, огромным, полированным, сидел человек. Лорд. Он был молод, гораздо моложе Вергилия, с тонкими чертами лица и длинными черными волосами, спадавшими на плечи. Одет он был в темно-синий камзол, расшитый серебром. На груди, на толстой цепи, висел ключ – старый, электронный, с множеством контактов.

– Так это и есть тот чудо-техник, о котором мне докладывали? – спросил лорд, разглядывая Олина. – Что ж, выглядит… чище, чем я ожидал.

– Его вымыли, милорд, – сказал Вергилий. – По распоряжению вашей дочери.

– Айслинн? – лорд поморщился. – Вечно она лезет не в свои дела. Ладно. Техник, подойди.

Олин подошел к столу. На столе стоял предмет, накрытый тканью. Лорд сдернул ткань, и Олин увидел проектор. Древний голографический проектор, каких внизу не было даже в музеях. Матовый шар на подставке, окруженный кольцом из тонких пластин. Олин никогда не видел таких, но в инструкциях читал.

– Сможешь починить? – спросил лорд.

Олин обошел стол, разглядывая проектор со всех сторон. На нижней стороне подставки он нашел разъемы и маленький экранчик, сейчас темный.

– Не знаю, милорд. Надо смотреть. Но это очень старая техника. Если внутри что-то сгорело, запчастей может не быть.

– У меня есть хранилища, – лорд махнул рукой. – Там полно древнего хлама. Ищешь, находишь, чинишь. Я хочу, чтобы эта штука работала. Моей дочери нужны развлечения, а ей надоели птички и цветочки. Хочет посмотреть, как жили предки.

Олин кивнул. Он уже представлял, как возьмется за работу. Но что-то заставило его замереть. Звук. Легкий, едва уловимый гул, доносившийся из стен. Он был не похож на гул генераторов внизу – более высокий, чистый, словно где-то пела струна.

– Что это? – спросил Олин.

– Что? – лорд удивленно поднял бровь.

– Звук. Вы слышите? Где-то в стенах.

Лорд прислушался. Вергилий тоже. На их лицах отразилось недоумение.

– Я ничего не слышу, – сказал лорд.

– Я слышу, – прошептал Вергилий, и лицо его побледнело. – Боже, я думал, это прекратилось после того случая.

– Что прекратилось? – лорд нахмурился. – Вергилий, о чем ты?

Летописец не ответил. Он смотрел на стену, откуда доносился звук, и губы его шевелились беззвучно.

– Голос, – сказал он наконец. – Голос Свыше. Он снова говорит.

– Не неси чепухи, старик, – лорд встал из-за стола. – Это просто ветер в вентиляции.

– Нет, – Олин покачал головой. – Это не ветер. Это машина. Она… она передает данные. Сигнал. Я слышу такое, когда старые контроллеры общаются друг с другом.

Вергилий повернулся к Олину. Глаза у него были испуганные и одновременно восхищенные.

– Ты слышишь голоса машин? Ты правда их слышишь? Это дар. Или проклятие. Смотря как посмотреть.

Гул усилился на мгновение и стих. Наступила тишина. Лорд смотрел на Олина с новым интересом.

– Ты не просто техник, – сказал он. – Ты тот, кто слышит. Это хорошо. Это значит, ты сможешь починить не только проектор. Вергилий, отведи его в мастерскую и покажи хранилище. Пусть начинает.

Олин поклонился, не зная, как принято здесь. На выходе он оглянулся. Лорд стоял у окна и смотрел в сад, но думал явно не о цветах. А в стенах продолжал звучать едва уловимый гул – голос, которого никто, кроме Олина и старого летописца, не слышал.

Голос Свыше.

Голос, который звал. Или предупреждал.

Вергилий тронул Олина за плечо.

– Идем, мальчик. У нас много работы. И, возможно, разговоров. Ты мне должен рассказать все, что знаешь о голосах машин. А я расскажу тебе то, что знаю о голосах Свыше. Думаю, это одно и то же.

Они вышли из кабинета, и дверь за ними закрылась с мягким щелчком, отрезая их от лорда, от сада, от искусственного неба.

Впереди была мастерская, хранилище древних вещей и тайна, которая ждала своего часа уже тысячу лет.