Алексей Чернявский – Отстаньте, я нормальный! (страница 3)

Это не браслет, это протокол персональной безопасности в условиях плотного городского трафика, - Алексей ловко защелкнул пряжку на тонком запястье сына. - Время пошло. Спуск на лифте - сорок секунд. Движение до первого перекрестка - пять минут. Шагом марш.

Михаил бросил отчаянный взгляд на мать, но Марина в этот момент пыталась застегнуть тугую молнию на чехле от софита и могла лишь сочувственно развести руками. Повесив голову, мальчик накинул куртку, закинул рюкзак на одно плечо и вышел в подъезд.

Ровно через сорок минут Алексей Сергеевич сидел в своем просторном кабинете на четвертом этаже управления региональной энергосетевой компании.

Из панорамного окна открывался строгий вид на гранитную набережную и холодную воду Онежского озера. На широком рабочем столе Алексея не было ничего лишнего: органайзер из матового металла, блокнот для оперативных поручений и монитор диагональю тридцать два дюйма. На экране соседствовали три окна: диспетчерская схема высоковольтных линий Петрозаводска, предварительная смета стратегического проекта «Мурманск» и цифровая карта города с пульсирующей зеленой точкой, подписанной «Михаил».

Мир был устойчив. Мир поддавался расчетам, графикам и правилам.

Ровно в восемь часов сорок семь минут зеленая точка на карте ожила. Согласно расписанию, сын должен был спокойно двигаться вдоль сквера по тротуару со средней скоростью четыре с половиной километра в час.

Алексей поднес к губам фарфоровую чашку с идеальным двойным эспрессо без сахара.

Внезапно зеленая точка на мониторе дернулась. Сделала резкий, невозможный для человека зигзаг под углом девяносто градусов, пробила границу пешеходного тротуара и на огромной скорости понеслась по диагонали прямо через густые кустарники парка.

Алексей замер с чашкой в руке.

На экране всплыло красное окно тревоги: «Внимание! Отклонение от коридора безопасности: сто двадцать метров. Текущая скорость объекта: двадцать шесть километров в час. Скорость нарастает».

●

Что за ерунда?.. - прошептал Алексей, опуская чашку на блюдце с сухим стеклянным стуком.

Точка не снижала темп. Совершив дикий вираж вокруг памятника, она описала идеальную восьмерку на круглой клумбе, перемахнула через дренажную канаву и со скоростью сорок два километра в час рванула в сторону гаражного массива на Зареке.

В голове Алексея за долю секунды пронеслись заголовки криминальных новостей: похищение, скоростной захват, банда на тонированном минивэне, побег от стаи бродячих псов. Давление подскочило, в висках застучало. Забыв про селекторное совещание с руководством, Алексей захлопнул ноутбук, сорвал с вешалки кашемировое пальто и вылетел в приемную, чуть не сбив с ног ведущего инженера Андрея, входившего с толстой папкой проектной документации.

●

Алексей Сергеевич, там Виктор Андреевич просил по северным подстанциям зайти через пять минут!.. - крикнул инженер, прижимая папку к груди.

●

Перенести на час! - бросил Алексей, уже перепрыгивая через три ступени на лестничной клетке. - У меня чрезвычайная ситуация высшей категории!

Через семь минут служебный седан Алексея, взвизгивая покрышками на мокром асфальте, влетел в грязный тупик заброшенного кирпичного кооператива на окраине парковой зоны. Смартфон на приборной панели истошно пищал: «Объект находится в радиусе пяти метров».

Алексей выскочил из машины, сжимая в правом кармане баллончик с перцовым газом, готовый вступить в рукопашную схватку с преступниками любого калибра.

Посреди захламленного пустыря, засыпанного желтой листвой и ржавыми банками, не было никаких тонированных фургонов.

Там стоял пожилой сутулый дворник в засаленном оранжевом жилете и звонко свистел в два пальца. А вокруг него, вздымая комья черной земли и захлебываясь щенячьим восторгом, на бешеной скорости носился крупный рыжий спаниель с длинными висячими ушами.

На шее у спаниеля, прямо поверх старого кожаного ошейника с медными заклепками, сиял массивным армейским корпусом цвета хаки спутниковый трекер. Зеленый светодиод на приборе весело и ритмично подмигивал в такт собачьему галопу.

Алексей медленно разжал пальцы в кармане. Дворник перестал свистеть и с легким испугом уставился на высокого гражданина в идеальном пальто за сто тысяч рублей, тяжело дышащего среди луж и прошлогоднего мусора.

●

Мужик, ты чего? - спросил дворник, с опаской пряча руки в карманы жилета. - Заблудился, что ли?

●

Собака... - хриплым, сорванным голосом выговорил Алексей, чувствуя, как морозный воздух обжигает гортань. - Откуда на собаке этот прибор?

●

А, эта штука! - дворник расплылся в беззубой добродушной улыбке. - Да тут пацан знакомый пробегал, Мишка из сорокового лицея. Говорит: «Дядь Паш, прицепите Артосу на ошейник часики, а то батя обещал за пройденный километраж карманные деньги скинуть, а мне на физику бежать надо». Ну я и застегнул. Артос, ко мне, дурья башка! Смотри, начальник, как чешет! Километров сорок жмет, чистый зверь! Второй круг по пустырю наматывает!

Алексей закрыл глаза.

Перед его внутренним взором медленно сгорела, осыпаясь серым невесомым пеплом, карта маршрута, регламент утренней безопасности и пятнадцать тысяч рублей, уплаченных за швейцарский прецизионный трекер.

Телефон в кармане требовательно зажужжал. На экране высветилось: «Виктор Андреевич».

Алексей провел пальцем по стеклу, сделал глубокий вдох, глядя на радостно скачущего спаниеля, и предельно ровным, ледяным голосом профессионала произнес:

●

Да, Виктор Андреевич. Я на выезде. Проверял устойчивость связи в условиях сложного рельефа. Через десять минут буду в офисе с готовыми выводами.

Глава 2. Большой шанс и макароны

Кабинет генерального директора регионального филиала напоминал капитанский мостик тяжелого ледокола: массивный полированный стол из карельской березы, плотные шторы, отсекающие холодный северный свет, и циклопическая карта Северо-Западного федерального округа во всю стену, на которой Мурманская область была обведена тревожным рубиновым маркером.

Виктор Андреевич, грузный мужчина с седой щетиной, начавший трудовую биографию сорок лет назад простым электромонтером на ветрах Кольского полуострова, не спеша перевернул страницу служебной записки.

●

Значит, спаниель Артос, - не поднимая тяжелого взгляда, произнес генеральный. Голос его звучал глухо, как гул трансформатора под нагрузкой.

Алексей, сидевший напротив с безупречно прямой спиной, даже бровью не повел:

●

Произошел технологический сбой абонентского датчика, Виктор Андреевич. Проблема локализована, протокол скорректирован. Инцидент исчерпан и на производственных показателях не отразился.

●

Я не про показатели, Алексей, - старик поднял глаза, и в них блеснула острая, насмешливая искра. - Я про то, что твой пацан в двенадцать лет взломал твою цифровую систему безопасности с помощью куска докторской колбасы и соседской охотничьей собаки. Это говорит о чем? У парня есть оперативная гибкость. В деда пошел, покойного Павла Петровича, тот на лесоповале без единого гвоздя бараки ставил. А вот ты, Леша, иногда напоминаешь мне карьерный экскаватор, который пытается поймать комара гидравлическим ковшом.

Алексей сдержанно свел пальцы в замок:

●

Мои методы обеспечивают абсолютную безаварийность вверенного сектора третий квартал подряд.

●

Знаю. Потому тебя и держу, - Виктор Андреевич захлопнул папку и положил на нее широкую ладонь с белыми шрамами от старых ожогов вольтовой дугой. - Совет директоров в Москве утвердил финансирование северного энергетического кольца. Мурманск. Полная замена семи узловых распределительных станций, питающих портовую зону и судоремонтные доки. Бюджет федеральный, контроль жесткий, сроки до наступления полярной ночи. Условия знаешь сам: в октябре там уже шторма, на проводах гололед в палец толщиной. Нужен руководитель, у которого вместо нервов бронированный кабель. Я назвал твою фамилию.

Сердце Алексея сделало мощный, горячий толчок. Это был карьерный прорыв, о котором в провинциальных управлениях мечтали десятилетиями: прямой выход на правление холдинга, огромный бюджет и карт-бланш на формирование собственной команды.

●

Спасибо за доверие, Виктор Андреевич. Проект графика развертывания штаба будет у вас на столе в среду к восьми утра.

●

Погоди благодарить, - покачал головой директор. - Генеральный подрядчик - москвичи, люди резкие, избалованные столичными бюджетами. Субподрядчики - мурманские портовые бригады, мужики суровые, к твоим презентациям и графикам непривычные. Если начнешь им диаграммы на планерках крутить, они тебя в Кольский залив с пирса спустят вместе со служебным планшетом. Там людьми надо управлять, Алексей. Чувствовать их надо, а не формулы к ним прикладывать. И еще один вопрос: дома как? Марина в курсе?

●

В семье полный порядок, - отчеканил Алексей, хотя вопрос полугодовых командировок на Крайний Север дома не обсуждался ни разу. - Марина реализует собственный кулинарный проект в интернете, сын адаптирован к лицейской программе. Мое участие в домашней логистике выстроено по автономному принципу.

Виктор Андреевич посмотрел на него с глубоким, почти жалостливым сомнением:

●

Выстроено, говоришь... Ну смотри, оптимизатор. Семья - это тебе не трансформаторная подстанция. На нее запасной автомат не поставишь. Свободен. В пятницу жду предварительную смету.