Алексей Чернявский – Отстаньте, я нормальный! (страница 4)
Выйдя на прохладную гранитную лестницу управления, Алексей ощутил колоссальный, почти физический подъем. Масштаб мурманского проекта пьянил. Он не просто справится - он сделает этот запуск образцовым. А чтобы доказать себе, руководству и Вселенной, что его жизненная методология безупречна, он решил: сегодня вечером Марина вернется со своих изматывающих двенадцатичасовых съемок не в пустую квартиру с полуфабрикатами, а в идеальный дом, где ее будет ждать ресторанный ужин, приготовленный лично им. Без паники, без единого лишнего движения, строго по законам бережливого производства.
В семнадцать часов сорок минут Алексей решительно вошел в центральный супермаркет города. В руках у него был смартфон с открытым списком покупок, сгруппированным по координатам стеллажей.
●
Спагетти из твердых сортов пшеницы, калибр номер пять, диаметр один и семь десятых миллиметра, - бормотал он, наполняя проволочную корзину. - Томаты очищенные в собственном соку, кислотность до четырех целых двух десятых процента. Молодой чеснок. Базилик. Сливки питьевые двадцать процентов жирности. Фарш из мраморной говядины категории «А».
В мясном отделе дородная продавщица в накрахмаленном белом колпаке попыталась проявить инициативу:
●
Мужчина, возьмите свиную шею, свежайшая, утром только привезли, сочная будет - пальчики оближешь!
●
Женщина, термическая денатурация коллагена в свиной шее требует сорока пяти минут непрерывной обработки, - холодно оборвал ее Алексей. - У меня технологическое окно на термообработку мясного компонента составляет ровно восемьсот сорок секунд. Взвесьте ровно шестьсот граммов фарша категории «А» с погрешностью не более десяти граммов.
Продавщица молча шлепнула кусок фарша на весы и посмотрела на Алексея тяжелым взглядом человека, мысленно набирающего номер дежурной части.
В восемнадцать часов двадцать минут Алексей вошел в квартиру. До контрольного времени возвращения Марины оставалось ровно пятьдесят пять минут. Из закрытой детской доносились яростные крики Михаила, глухие удары по клавишам и виртуальный грохот танковых орудий.
●
Михаил! - крикнул Алексей, срывая шелковый галстук и закатывая рукава белоснежной рубашки. - Выйди на кухню, примешь участие в подготовительном цикле пищеблока!
●
Пап, у нас штурм опорного пункта! - донеслось из-за двери. - Если я брошу мышку, клан вылетит из восточноевропейского дивизиона!
●
Минус тридцать минут использования компьютера на завтра за отказ от содействия семье, - зафиксировал Алексей в электронном органайзере и шагнул в кухонную зону.
На полированной гранитной столешнице мгновенно установился операционный порядок. Доски разделочные: красная для мяса, зеленая для зелени, белая для чеснока. Ножи разложены строго по убыванию длины лезвия. Таймер на микроволновой печи выставлен на обратный отсчет: сорок пять минут.
●
Шаг первый: разогрев термической поверхности, - вслух скомандовал себе Алексей.
Он включил индукционную плиту, поставил новую глубокую сковороду с антипригарным покрытием и добавил оливковое масло. Следом на сковороду с сочным шипением лег фарш. Алексей добавил томаты, раздавленный чеснок и специи.
Именно в эту секунду Алексей Сергеевич совершил роковую управленческую ошибку, свойственную многим крупным руководителям: он решил оптимизировать независимые производственные цепочки ради сокращения общего цикла.
На пачке спагетти мелким шрифтом было указано: варить в кипящей подсоленной воде восемь минут.
●
Зачем расходовать тепловую энергию на нагрев четырех литров воды в отдельной кастрюле, если можно совместить диффузию крахмала с насыщением мясным соусом методом прямого гидротермического поглощения? - рассудил Алексей вслух.
Он вскрыл пачку и плотным, тугим веером уложил сухие длинные спагетти прямо поверх шипящего сырого фарша. Макароны не помещались и торчали во все стороны, как противотанковые ежи. Алексей попытался прижать их тяжелой стеклянной крышкой. Крышка балансировала на сухих палочках и не закрывалась. Тогда, чтобы ускорить размягчение нижнего сегмента макарон, Алексей уверенным движением перевел сенсор индукционной конфорки на максимальный девятый уровень форсированного нагрева.
Через три минуты кухня начала стремительно наполняться белым, плотным и подозрительно сладковатым паром.
●
Интенсивная фаза испарения влаги, в пределах допустимой нормы, - спокойно констатировал Алексей, включая вытяжку на третью скорость.
Вытяжка взвыла, как турбина идущего на взлет транспортного самолета, но пар не уходил. Напротив, он начал стремительно менять цвет с молочно-белого на едкий, ядовито-сизый, с явным химическим оттенком паленой резины и обугленного белка.
Алексей схватил силиконовую лопатку и с силой надавил на выступающие концы спагетти. Лопатка спружинила, согнулась и уперлась во что-то совершенно твердое.
Под воздействием бешеной температуры индукционного поля нижний слой томатного соуса мгновенно отдал всю воду и превратился в чистый углерод толщиной в два миллиметра. Мясной белок намертво спекся с крахмалом спагетти, образовав сверхпрочную монолитную плиту, которая за счет термической диффузии буквально прикипела к тефлоновому дну новой сковороды. Макароны больше не были едой. Они стали высокопрочным композитным материалом, армированным сухими прутьями спагетти.
Таймер на микроволновке радостно пискнул: до возвращения Марины оставалось ровно десять минут.
●
Локальное отклонение от регламента, - сквозь зубы произнес Алексей. Глаза его слезились от дыма, по виску катилась крупная капля пота, смывая полосу черной сажи.
Он выключил конфорку, ухватился обеими руками за термостойкую ручку сковороды и потянул ее на себя. Сковорода даже не шелохнулась. Сладкий томатный сироп, вытекший через край в процессе адского кипения, затек под дно посуды, карамелизовался на стеклокерамике и превратился в сверхпрочный эпоксидный клей.
●
Миша! - крикнул Алексей сорванным, сиплым басом. - Неси из кладовой строительный шпатель и молоток с резиновым бойком!
Дверь детской с треском распахнулась. На пороге возник Михаил. Сквозь клубы сизого дыма он увидел сюрреалистическую картину: отец в мокрой от пота белой сорочке, с перекошенным лицом и черным от копоти носом, упершись ногой в фасад кухонного гарнитура, яростно пытался оторвать приваренную сковороду от плиты с помощью стального столового ножа.
Михаил на секунду остолбенел, затем молча вытащил из кармана телефон и нажал кнопку видеозаписи.
●
Пап, - с восхищением произнес сын. - Это исторический момент. Это чистая победа над физикой. Мама только что проехала шлагбаум, я фары во дворе видел.
Алексей замер. В его руке жалобно звякнул и согнулся под прямым углом фамильный нож из нержавеющей стали.
В прихожей сухо щелкнул английский замок.
●
Леша, Миша, помогите с вещами, я на каблуках еле стою!.. - голос Марины оборвался на высокой ноте в ту самую секунду, когда она переступила порог и сделала первый вдох.
Она вошла на кухню, бережно опустила на пол две тяжелые сумки с реквизитом и медленно застыла.
Картина была достойна кисти баталиста. Под потолком колыхалось сизое облако дыма, разносящее запах аварии на химическом комбинате. На варочной панели гордо возвышался обугленный черный курган, из которого торчали обугленные пучки макарон и кривой нож. Рядом стоял руководитель стратегического мурманского направления Алексей Сергеевич с лицом шахтера после обвала породы. А чуть поодаль стоял Михаил, старательно документирующий триумф отцовской кулинарии в высоком разрешении.
Молчание длилось не менее двадцати секунд. Слышно было только, как на улице монотонно шумит карельский дождь.
Марина медленно подошла к плите, сняла шелковый платок, наклонилась над сковородой и осторожно постучала обручальным кольцом по черному монолиту. Раздался чистый, звонкий звук колокольной бронзы.
●
Леша, - тихо, с опасной мягкостью в голосе спросила она. - Скажи мне как ведущий специалист республики: эта конструкция уже прошла государственную приемку или нам стоит подождать пожарный расчет для окончательного подписания акта?
Алексей медленно опустил руки, расправил плечи, посмотрел на жену взглядом римского полководца, потерявшего три легиона в тевтобургском лесу, и невозмутимо произнес:
●
Заводской дефект индукционного модуля плиты. Произошел неконтролируемый термодинамический пробой на максимальной мощности. Завтра приедет лаборатория стандартизации и составит претензию заводу-изготовителю.
●
А сегодня? - Марина скрестила руки на груди.
●
А сегодня мы реализуем резервный протокол номер два, - не моргнув глазом парировал Алексей. - Семейный ужин в пиццерии на проспекте Ленина. Стол заказан, логистика просчитана, отклонение от графика составляет всего четырнадцать минут.
Марина посмотрела на согнутый нож, потом на черное пятно сажи на лбу мужа, прислонилась спиной к холодильнику и вдруг звонко, неудержимо расхохоталась, вытирая выступающие слезы уголком платка. Михаил, не выдержав, заржал следом, едва не выронив телефон.
Алексей стоял среди руин собственного гастрономического триумфа и чувствовал, как жесткая маска идеального руководителя дает трещину, уступая место растерянной, но совершенно живой человеческой улыбке.