Алексей Чернявский – Отстаньте, я нормальный! (страница 5)

Субботнее утро в торговом комплексе на выезде из Петрозаводска пахло свежим распилом ДСП, дешевым освежителем воздуха «хвойный бриз» и надвигающейся финансовой катастрофой.

Алексей шагал по гранитной плитке третьего этажа с походкой командира саперной роты, вошедшего на неразмеченное минное поле. В правой руке он держал профессиональный лазерный дальномер в обрезиненном влагозащитном корпусе, в левой - сложенный вчетверо лист бумаги, где мелким шрифтом была сведена сравнительная таблица динамических нагрузок на шариковые направляющие австрийского и китайского производства.

Марина шла на полтора шага впереди. На ней было просторное темно-синее пальто, мягкий горчичный шарф крупной вязки и то самое безмятежное, отрешенное выражение лица, которое всегда появлялось у нее перед совершением абсолютно нерациональных поступков.

●

Мы просто смотрим, - не поворачивая головы, ровным тоном произнесла она. - Леша, повторяй про себя, как мантру: «Мы зашли просто посмотреть глазами».

●

Человеческий глаз - оптический прибор с погрешностью восприятия геометрии до двадцати пяти процентов в условиях торгового освещения, - немедленно отозвался Алексей, сверяясь с листом. - Выбирать несущие кухонные конструкции визуально - это преступная халатность. Ты помнишь четверг? На индукционной плите до сих пор остался след от термического ожога. Если мы сейчас купим модуль со слабой термостойкостью столешницы, мы заложим системную аварию в эксплуатационный цикл квартиры на пять лет вперед.

●

След на плите остался не от сковороды, Леша, а от твоей мании величия, - вздохнула Марина и решительно повернула в стеклянный павильон флагманского салона итальянской мебели.

Навстречу им из-за дубовой барной стойки плавно выплыл консультант. Это был высокий молодой человек лет двадцати пяти, в приталенном синем блейзере, с идеальным косым пробором и серебряным бейджем на лацкане: «Станислав. Ведущий эксперт интерьерных концепций». Станислав окинул пару наметанным глазом хищника, безошибочно выделил Марину как эмоциональный центр принятия решений и включил бархатный баритон:

●

Добрый день. Вы вовремя зашли. У нас как раз открылась экспозиция миланской недели дизайна. Коллекция называется «Венецианский бриз». Фасады из массива ясеня со сложной фрезеровкой, доводчики с мягким пневматическим демпфером и совершенно невероятный, глубокий оттенок штормового ультрамарина. Посмотрите, как дерево играет в лучах спотов. Это не просто кухня, это поэзия быта.

Марина замерла перед массивным сине-зеленым островом. В ее глазах вспыхнул опасный для семейного бюджета огонь.

●

Леша... - тихо выдохнула она, проводя кончиками пальцев по матовой поверхности. - Ты только посмотри на этот оттенок. Это же чистая Онега в октябре, когда с севера дует верховик.

Алексей молча подошел к острову, поднял дальномер, прижал его тыльную сторону к верхней кромке ящика и нажал кнопку пуска. Яркий рубиновый луч рассек воздух салона и уперся в пол.

●

Высота рабочей плоскости восемьсот пятьдесят миллиметров, - громко, без тени романтики отчеканил Алексей. - При среднем женском росте метр шестьдесят восемь это неизбежно спровоцирует спазм трапециевидных мышц и шейного отдела позвоночника уже на пятнадцатой минуте чистки овощей. Эргономический регламент требует девятисот десяти миллиметров. Станислав, регулировочные винты опор позволяют компенсировать зазор в шестьдесят миллиметров с сохранением проектного центра тяжести?

Консультант слегка опешил, косой пробор его дрогнул:

●

Э-э... Ножки регулируются в пределах двух сантиметров. Но наши клиенты обычно не замеряют трапециевидные мышцы. Это премиальный сегмент. Сюда заказывают клининг и кейтеринг.

●

Моя жена готовит сама, потому что у нее авторский кулинарный проект, - холодно парировал Алексей. - И я не допущу деформации ее суставов из-за ошибок итальянских дизайнеров, прогуливавших в институте анатомию. Теперь по полезной нагрузке.

Алексей развернул свой лист формата А4 и ткнул пальцем в графу с формулами:

●

Нижний выдвижной ящик шириной девяносто сантиметров. Какова заявленная масса брутто для роликовых кареток?

●

До сорока килограммов, - Станислав попытался вернуть лицу выражение превосходства. - Механизмы австрийские, пожизненная гарантия завода. Система мягкого закрывания работает от легчайшего прикосновения пальца.

Консультант картинно, двумя ухоженными пальцами с безупречным маникюром толкнул фасад. Ящик бесшумно выкатился вперед на скрытых полозьях, замер и так же плавно, с едва слышным шипением пневматики втянулся обратно.

●

Видите? - улыбнулся Станислав Марине. - Чистая магия движения.

Марина улыбнулась в ответ, но Алексей решительно шагнул между ними, отстранив консультанта плечом:

●

Это демонстрация в условиях нулевого сопротивления материала. Пустой ящик катится легко даже на мебельных колесиках за сорок рублей из строительного гипермаркета. Настоящий расчет строится иначе. Марина, сколько весит твоя большая эмалированная гусятница с крышкой?

●

Четыре килограмма, Леша, - устало отозвалась жена. - И она прекрасно живет в старом шкафу.

●

Четыре килограмма пустая, - поправил Алексей. - С уткой, яблоками и бульоном - шесть с половиной. Плюс чугунный казан на восемь литров - еще семь килограммов. Набор сковород с капсульным дном - одиннадцать килограммов. Итого полезная статическая масса составляет двадцать четыре с половиной килограмма. Но это статика! А если ящик открывает ребенок?

Станислав нервно сглотнул:

●

При чем здесь ребенок?

●

При том, что нашему сыну двенадцать лет, и он не открывает мебель плавно, - отчеканил Алексей. - Он дергает за ручку с угловым ускорением, опаздывая на турнир по сетевым шутерам. Динамический коэффициент рывка увеличивает векторную нагрузку на опорный ролик в одну целую семь десятых раза. Получаем сорок один килограмм шестьсот граммов. Ваша система находится за гранью предела прочности уже на этапе проектирования.

●

Мужчина, вы утрируете, - голос Станислава потерял бархатистость и дал петуха. - Никто не ломает эти кухни. Они стоят в лучших домах Карелии!

●

Потому что в лучших домах Карелии никто не умеет рассчитывать сопротивление материалов, - Алексей присел на корточки и посветил телефонным фонариком в зазор между ящиком и каркасом. - Я так и знал. Несущий кронштейн отлит из силумина.

●

Это авиационный алюминий с титановым легированием! - почти крикнул продавец.

●

Это пористый вторичный силумин, произведенный методом дешевого литья под низким давлением, - спокойно возразил Алексей, поднимаясь. - Он держит статическое давление, но мгновенно раскалывается при поперечном срезе или импульсном кручении.

Марина сделала шаг назад, почувствовав знакомый холодок внизу живота. Этот тон мужа она знала слишком хорошо: точно так же он разговаривал с монтажниками, когда те пытались сдать высоковольтную линию с провисанием кабеля на лишние десять сантиметров.

●

Леша, отойди от гарнитура, - предупреждающе произнесла она. - Мы уходим. Мне разонравился этот синий цвет. Он слишком темный.

●

Поздно, Марина. Я обязан провести натурные испытания узла на усталость металла. Иначе мы рискуем повторить ошибку мурманских подрядчиков, которые закупили изоляторы без полевой проверки.

●

Мужчина, не трогайте образец руками! - Станислав ринулся вперед, вытягивая руки, словно пытаясь заслонить телом драгоценный фасад. - Этот остров стоит пятьсот сорок тысяч рублей!

●

Я не трогаю его руками, - невозмутимо сообщил Алексей Сергеевич.

С этими словами главный энергетик региона, руководитель стратегического проекта федерального значения, полностью выдвинул нижний широкий ящик из массива ясеня. Затем он аккуратно приподнял правую ногу в начищенном немецком туфле сорок третьего размера, поставил ее точно по центру дна ящика и плавно перенес на него половину массы собственного тела, имитируя динамический рывок подростка при поиске сковороды для блинов.

●

Проверяем устойчивость направляющей к поперечной вибрации... - начал комментировать Алексей.

Договорить он не успел.

В тишине элитного павильона раздался сухой, хлесткий звук, похожий на пистолетный выстрел в закрытом тире.