Алексей Черкасов – Дурман (страница 15)
Костя наморщил лоб.
– А-а-а… – протянул он. – Вспомнил: он лежал на газоне среди этих милых цветочков…
Надя кивнула.
– Ну вот, вспомнил, молодец. Голодный? Есть будешь?
Поглощая тарелку супа, Костя вспоминал, что с ним вчера происходило.
– Помню глюки, Надя, – сказал он. – Как будто я лечу в тоннеле…
– …к светлому пятну, – улыбнулась она.
– Нет, к тёмному, – поправил он её. – Наоборот – вокруг тусклый свет, а в конце – тёмное пятно. Даже не тёмное и не чёрное, а знаешь… – он стал обшаривать взглядом стены, как будто надеясь найти на них подходящую ассоциацию. – Знаешь… вроде, чёрное, но как будто несуществующее…
– Или не Сущее, – сказал отец Илий, входя в кухню. – Как тут у тебя умыться?
– Какое ещё несущее? – не понял Костя.
– Не Сущее, – повторил отец Илий с паузой между словами. – То есть, несотворённое, то, чего нет. В своих галлюцинациях ты увидел древний архетип небытия. Это нормально для сумеречного сознания.
Костя похлопал глазами, обдумывая услышанное.
– Просто горячий кран открывай в ванной, колонка сама включится, – сказал он задумчиво и посмотрел на Надю. – А ведь точно он сказал – несотворённое. Именно таким и было то пятно.
– Ну и хорошо, – улыбнулась Надя. – А с магазинами, с аптеками ты что-нибудь выяснил? Когда мы тебя искали, всё было закрыто.
– А, – махнул рукой Костя. – Нашёл один открытый магазин, в нём охранник – фанатик какой-то. Нет никого, но он даже внутрь не впустил. Говорит, кассы не работают, купить ничего не сможешь. И прогнал палкой. Кстати… – он сосредоточился, словно что-то пришло ему в голову. – Это ведь я там респиратор потерял, ну точно. Чуть не сдох… И ещё ты знаешь… я видел какого-то старика.
– Старика? – в голосе Нади вдруг появилось напряжение.
– Ну да, прямо древний такой старик, он всё пытался мне что-то всучить, но тут подошла молодая женщина и… – он задумался, вспоминая. – И вроде увела его… толком не помню ничего – так башка трещала, хоть умри.
Надя сочувственно на него посмотрела, а потом сказала задумчиво:
– Удивительные у тебя фантазии в дурмане, – она осмотрелась и перевела тему: – Ну ладно, съедим мы твои припасы. Я посмотрела, на пару недель хватит. А потом что?
– А потом… – сказал Костя. – Не сегодня-завтра вода из крана перестанет течь, электричество вырубится, канализация перестанет работать, газа не будет. Коммунальщиков-то тоже, наверное, нет. Это же катастрофа…
– Ну жили же люди без всего этого, – сказала Надя. – Приспособимся.
– Тогда и с едой тоже приспособимся, – сказал Костя. – Но ты права, надо бы всё обдумать. Не может быть, чтобы на весь город остались только мы трое да тот охранник. Если это всё из-за цветочков… – он поднял взгляд на Надю, – должны быть ещё люди – кто-то болел, и из дома носа не высовывал, кто-то без работы дома сидел… есть такие люди, которые просто неделями не выходят.
– Отец Илий тоже считает, что через пару дней люди придут в себя и будут появляться.
– Во-от, – кивнул Костя. – Верно, найдутся. Тогда мы с ними как-то скооперируемся и придумаем, что делать с коммуналкой, с едой… я думаю, пара тысяч человек-то наберётся в городе.
Надя посмотрела в окно. Какая-то мысль отразилась в её мимике.
– Что с тобой? – спросил Костя.
Она резко обернулась к нему.
– Ты знаешь… какое-то чувство, что что-то важное ускользнуло. Мысль какая-то – пришла и ушла, понимаешь? – она помолчала, пытаясь сосредоточиться, и продолжила: – А вчера вечером так же было с отцом Илием— когда мы тебя притащили, и потом он подошёл к окну и задумался. Я тоже подошла к окну, посмотрела вниз, но ничего не поняла. А вот сейчас…
Костя поднялся и встал с ней рядом.
– Что же ты могла там увидеть? – недоумённо спросил он. – Всё как обычно, только вот цветочки эти синие – их, кстати, сегодня побольше, вроде.
– Цветочки… – задумалась Надя. – Да, что-то с цветочками.
– Меня вот что интересует, – сказал отец Илий, выходя из ванной с полотенцем и на ходу вытирая лицо. – Триста тысяч человек куда делись? Хорошо, пусть пять тысяч сидит по домам. Где остальные двести девяносто пять тысяч? По идее, они должны сейчас лежать на газонах и тротуарах полуживыми или вовсе неживыми, – он перекрестился, – но ведь нет никого? Значит что?
– Что? – спросила Надя.
– Значит, они, вероятно, покинули город, – закончил монах и вернулся в ванную повесить полотенце.
– Покинули город? – поразился Костя. – Просто организованно ушли за один день?
– Может организованно, а может и нет, – сказал монах. – Но в городе-то их нет, это факт. Триста тысяч человек – это не пыль. Это полсотни школ, два десятка церквей, две тысячи магазинов… и везде пусто.
– Да это была бы свалка, – возразил Костя. – Такое чисто физически невозможно.
– Тогда какие твои предположения?
– Не знаю… уснули, умерли по квартирам.
– Да, с каким-то количеством именно это и произошло, – кивнул отец Илий. – Скажем, тысяч двадцать. Но остальные?
– Дурная арифметика, – сказал Костя. – Мы не можем знать, сколько их.
– Не спорьте, – сказала Надя. – Лучше давайте решим, что дальше делать, как жить…
– Для начала предлагаю поискать людей на месте, прямо здесь, – сказал отец Илий. – Обойти квартиры в подъезде.
Предложение было признано верным, и после завтрака они вышли в подъезд. В нём было семнадцать квартир – по четыре на этажах со второго по пятый и одна на первом. В каждую из них они стучали, звонили, кричали. Костя звал по имени всех, кого знал. Но признаков присутствия людей обнаружить не удалось.
– Что и требовалось доказать, – выдохнул отец Илий через час, когда они, постояв у последней квартиры на первом этаже, шли вверх по лестнице.
– Машины все, вроде, на месте, – сказал Костя. – Они же все тут паркуются, под окнами. Пешком ушли? Но куда и зачем?
Дома их ждал новый сюрприз – погас свет.
– Ну теперь ждём, – сказал Костя. – Если энергетики на службе, через два часа свет дадут. А если не дадут…
От скуки решили поиграть в шахматы. Отец Илий оказался заядлым шахматистом, а Надя играть толком не умела, но эмоционально болела за обоих:
– Зря так пошёл! Зря! Открыл ферзю линию! Сейчас он нападёт!
Через пару минут:
– Уводи короля, прячь. Лакировку делай!
– Нельзя рокировку, там поле под боем…
– Всё равно делай, делай что-нибудь! Не сиди, ходи!
Проиграв три партии подряд, Костя предложил сыграть в карты. Отец Илий отказался, а Надя обрадовалась:
– В чирика, да? Давай.
Пока они играли, отец Илий изучал книжные полки. У Кости было два книжных шкафа с книгами в два ряда. В одном стояла художественная литература, в другом исторические и философские труды, хроники и тому подобная литература. На полке прямо против глаз стояли научно-популярные книги по математике и физике. На нижней – книги по программированию и администрированию, над ними – по аквариумистике.
Отец Илий брал с полки то одну книгу, то другую, листал и возвращал на место. Довольно основательно их перебрав, он заметил:
– А у тебя, Костя, разносторонние интересы… что же ты перед нашим батюшкой спасовал?
– Так умный у вас батюшка-то, разговорчивый… такого не переспоришь. К тому же…
Он задумался – не время ли зайти с четырёх бубей? Две карты у него младшие, две – туз и дама – старшие, должно прокатить. Можно Надиных козырей выбить. Эх была не была!
– К тому же? – спросил отец Илия.
Надя прищурилась хитро и выкинула десятку, вальта и короля – всё бубновое. А последней вытащила козырную восьмёрку и торжествующе сгребла взятку:
– Тридцать очков – половина!
И добрав недостающее из колоды, сразу зашла с четырёх червей. А Косте, как назло пришли разномастные тузы и десятки.