Алексей Черкасов – Дурман (страница 17)

И скрылась в ванной. Костя неодобрительно посмотрел на отца Илия. Тот развёл руками: прости, мол, хотел как лучше.

Костя вышел на кухню и поставил разогревать вчерашний суп и рис, зажёг газ под чайником. Надя вышла из ванной счастливая и умытая, а её место занял отец Илий.

Костя нерешительно коснулся её плеча.

– Ну что, продолжишь свой путь к подруге?

Она подошла к нему ближе.

– Хочешь, чтобы продолжила?

– Я? Да мне всё равно, – сказал Костя, отворачиваясь.

Она погладила его по щеке.

– Спасибо тебе, Костя, спасибо, что спас, что приютил. Но теперь, наверное, да, пойду своей дорогой.

– Где хоть живёшь-то? – спросил Костя, смущаясь. – Телефон оставь.

– Так телефон потерялся, – сказала Надя. – Теперь надо новый, потом симку восстанавливать. А живу… живу я, – она назвала адрес.

– Так это недалеко, – сказал Костя, и Надя кивнула.

– Да, минут двадцать ходьбы.

Илий с шумом вышел из ванной, напевая арию Сусанина.

– Ну что – позавтракаем, и по коням? – бодро прогудел он.

Завтрак прошёл в тишине. Монах пытался балагурить, но поддержки не находил. Они молча поели, выпили чай и через несколько минут уже стояли у входа в подъезд. Мимо шли люди, с улицы доносился шум автомобилей.

– А всё-таки где все они были? – спросил Костя.

– Вот и узнавай, журналист, – хлопнул его по плечу отец Илий и, повернувшись, пошёл прочь.

Костя посмотрел на Надю.

– Можем вечером сходить куда-нибудь, – предложил он. – Или просто погулять.

– Так ты же женишься… – насмешливо сказала она, но в насмешке этой слышалась тихая грусть.

Костя отрицательно помотал головой.

– Нет, это монах так… болтает.

В её взгляде было недоверие.

– Ну если болтает… давай сегодня в шесть у центрального входа в парк.

Костя кивнул и взял её за рукав.

– Только ты обязательно приходи. Не обманешь?

– Не обману, – улыбнулась она и отстранилась. – Ну пока, Костя. Ещё раз спасибо тебе.

И она пошла по направлению к остановке. Косте тоже надо было туда, но он подумал, что, раз попрощались, то не надо догонять. Отойдя метров на двадцать, она вдруг обернулась и взгляд, брошенный на него, Косте показался каким-то странным – то ли требовательным чересчур, то ли просто серьёзным. Он махнул ей рукой и пошёл в противоположную сторону, решив дойти до редакции пешком. Отойдя от дома шагов на сто, он остановился и достал из кармана респиратор.

В редакции все оказались на своих местах.

– Опаздываешь, Боровцов, – сказал Андрей Викторович, с которым он столкнулся в коридоре. – Впрочем, ничего нового.

– Андрей Викторович, что там с интервью? – спросил Костя. – Смотрели, читали?

– Да ты что, Боровцов, – сказал тот. – Ты же его только вчера вечером сдал. Когда бы я успел?

И пошёл по коридору дальше.

– Как – вчера вечером? – пробормотал Костя.

Шеф обернулся.

– Боровцов! – окликнул он. – А ты чего это в маске? Что за пандемия у нас опять?

Костя снял респиратор и сунул его в карман куртки.

В кабинете все сидели на местах. Витёк что-то энергично писал на серых листах, разбросанных по столу. Ленка, глядя в монитор, резво отстукивала на клавиатуре. Увидев Костю, она натянуто улыбнулась и помахала ему рукой.

– Привет, братия, – сказал Костя, пристраивая ветровку на вешалку в углу.

Витёк посмотрел на него, что-то пробубнил и снова углубился в свои записи.

– Что, Витёк, – взятки? – Костя кивнул на листы. – Дай почитать.

И он протянул было руку к исписанным мелким кривым почерком листам, но Витёк тут же прикрыл их локтем и отодвинул от края стола.

– Ясно, – кивнул Костя. – Ни одного документа постороннему взгляду! Бдительность!

Он занял своё место и осмотрел коллег. Странно, но вели они себя так, словно ничего и не произошло.

– Лен, – вкрадчиво обратился он к Мусатовой, и она обернулась со всё той же приклеенной улыбкой. – Что делала вчера? Я звонил… – он соврал, чтобы вызвать на откровенность.

– Да? – удивилась Мусатова. – Да что делала… как с работы пришла, ужин готовила, потом кино посмотрела. Подруга должна была прийти, но не пришла почему-то. Зато Светка в гости зашла… помнишь Светку?

Светку Костя помнил. Весьма самоуверенная и даже нагловатая особа.

– У меня пропущенных от тебя нет, – сказала Ленка, уставившись в экран смартфона.

– То есть ты вчера посидела со Светкой и кино посмотрела, так? – уточнил Костя. – А голова у тебя не болела?

Ленка хмыкнула.

– Да с чего ей болеть-то? Или ты фигурально? Если фигурально, то да, – она понизила голос и придала ему интимный тембр, – ты же мне вчера так ничего толком и не ответил насчёт дня рождения.

– Нет, Лена… буквально – не болела голова? – та отрицательно мотнула головой. – И не кружилась?

– Странные ты, Костя, вопросы задаёшь, – удивилась она. – Нет, ничего у меня не болело и не кружилось. Пошла Светку провожать, прогулялись с ней немного, домой вернулась поздно и сразу легла спать. Сегодня…

– Про сегодня не надо, – сказал Костя. – Витёк! – окликнул он.

Тот поднял голову и устремил на Костю вопросительный взгляд.

– У тебя тоже голова не болела вчера? Ты после работы что делал?

– А ты что – материал о городском досуге собираешь? – ухмыльнулся Витёк. – Сходил в бар с девчонкой, потом завалились ко мне… подробности нужны?

«Нужны, – подумал Костя, – но не те, на которые ты намекаешь». Странно получалось – такое впечатление, что у них два дня полностью выпали из жизни – после вторника сразу наступила пятница. Чтобы проверить это, он задал ещё один вопрос:

– Люди, а какой сегодня день недели? У меня всё в башке перепуталось.

– Среда, – ответила Ленка. – Послепослезавтра выходной, если шеф не заставит выходить номер добивать.

Она встала со своего места с явным намерением подойти к Косте и что-то шепнуть. Тот сделал отрицательный жест, и она села обратно.

– Материалы вовремя сдавайте, тогда не придётся по выходным работать, – сказал он и посмотрел на Витька. – Витёк, точно среда сегодня?

– Ну а что ещё? – вопросом ответил Витёк. – Конечно среда…

– Лен, а на компе какой день?