Алексей Беркутов – Hollow Moon. Том I (страница 9)
– У меня тоже. Сам видел. Когда перекрывает, вообще себя не контролирую.
– Ты не поняла. Это не фигура речи… – Он тщательно подбирал слова. – У меня…
– Да поняла я, – отрезала она, глядя ему прямо в глаза. – Знаешь что? Будь хоть шизофреником – ты всё равно нормальнее всего этого зоопарка.
– Эй, Карпова, на кой тебе сдался этот хоббит? – лениво поинтересовался короткостриженый чернявый парень, развалившийся с приятелями на соседней скамье. – Айда к нам!
– Enfonce ta bite dans ton cul, enfoiré! – яростно выплюнула Рита. Затем выдохнула, повернулась к Артуру и совершенно кротким тоном добавила: – Извини за мой французский.
Тот самый знаток с галёрки, который ранее комментировал бой, дико заржал. Видимо, оценил красоту слога. Остальные ничего не поняли.
– А за что ты извиняешься? – удивился Артур. – Это ты их так отругала?
– Нет, я предложила ему… – Она густо покраснела, поперхнулась и махнула рукой. – В общем, неважно.
– Слушай, в любом случае звучит очень красиво, – искренне восхитился парень. – Откуда ты всего этого набралась?
– Только не вздумай повторять это на улицах Парижа, – хихикнула она, пряча пунцовое лицо в полотенце. – Наш «француз» приходит на уроки вечно под мухой и матерится, как марсельский портовый грузчик. Не знаю, как его ещё держит директор, но словарный запас он нам обогатил знатно.
Артур представил эту педагогическую поэму и прыснул в кулак.
Остаток перемены они просидели на скамейке, болтая обо всём и ни о чём. Даже тварь в голове притихла, словно тоже наслаждалась передышкой.
Когда прозвенел звонок, Рита махнула на прощание и упорхнула в женскую раздевалку. Артур же остался сидеть. Он решил выждать десять минут, пока мужская опустеет.
***
Внутри воняло по́том и тухлыми носками. Поморщившись, Артур взял сумку и повесил на плечо. Было глупо оставлять её тут. К счастью, вещи никто не тронул: видимо, не поняли, кому они принадлежат. Иначе пришлось бы снимать с баскетбольного кольца или собирать разбросанное по всей раздевалке.
У выхода он остановился и посмотрел в зеркало. Светлые пряди почти сливались с бледной кожей. За стёклами очков блестели серые глаза, обрамлённые тёмными кругами хронической усталости.
Чтобы хоть как-то отделить этот голос от себя, Артур дал ему имя – Гон. Так звучало короче и точнее, чем «Голос в башке», «Таракан» или «Диагноз».
– Потому что ты меня достал, Гон! – одними губами прошептал он своему отражению. – Свали! Хватит издеваться.
«
– Я не просил тебя помогать, – огрызнулся Артур.
– Заткнись. Из-за тебя я чувствую себя психом.
Артур нахмурился, глядя в зеркало. Отражение повторило выражение, но затем уголок рта против воли дёрнулся вверх в глумливой ухмылке.
– Ну почему эти таблетки закончились именно сегодня! – простонал парень.
Отражение в зеркале картинно закатило глаза. Артур почувствовал, как его собственные глазные яблоки повернулись в орбитах, повинуясь чужому импульсу. Голос в голове захохотал:
Он помнил. Слишком хорошо. Шум воды. Холодный белый кафель, впивающийся в лопатки. Лезвие из точилки. И густые, тёмные, как дым, разводы в розовой воде.
– Не напоминай. В этот раз всё будет иначе.
– Никогда. Исчезни.
– Кто?
Артур повернул голову и напрягся.
– Я, конечно, понял, что ты псих, но не до такой же степени, – хмыкнул уже переодетый Максим, оценивающе глядя на отражение Артура. Заметив, как тот вздрогнул, добавил: – Не волнуйся, я девочек не бью. Но могу сделать исключение.
– Чего тебе? – спросил Артур, нервно сглатывая.
– Послушай, очкарик, – манерно протянул Максим, подойдя ближе. В его голосе звучало скучающее снисхождение. – Не ссы. Я сегодня в хорошем настроении. Просто напомню расклады. Тебе, наверное, плохо объяснили правила игры.
– Какие ещё правила?
Артур почувствовал, как коленки предательски задрожали. Его оппонент явно считывал этот страх и наслаждался им.
– Дело в том, что это моя школа. А ты тут просто мусор. Червь под ногами. Не смей больше выпендриваться – и тебе дадут жить спокойно. Всё же довольно нетрудно, верно?
Наступило молчание.
– Ты меня понял?
Максим слегка нахмурил брови. Он ждал извинений, оправданий или мольбы, но Артур не проронил ни слова. Пауза затягивалась.
– Ладно, допустим, – продолжил «Король», чуть сменив позу. – Ты поднял руку на меня, но получил в ответ. Скажи спасибо Карповой: если бы не она, я бы тебя там вообще убил. А так… будем считать, квиты.
В памяти всплыл тот момент отчаяния и неуклюжая попытка дать сдачи. И правда. Чего тут бояться?
Дрожь в ногах прекратилась. Артур продолжал тихо, исподлобья смотреть на соперника.
– Сказать нечего? Ну лады, тоже верное решение, – усмехнулся Макс, оценив тактику. – Иногда лучше громко молчать, чем тихо тявкать.
Он уже взялся за ручку двери, но обернулся:
– Кстати, да, насчёт Карповой. Слушай, ничтожество, держись от неё подальше, ладно? Это не просьба.
Артур не проронил ни слова.
– Я предупредил! – бросил Макс и вальяжно покинул раздевалку.
– Умеет же она притягивать к себе придурков, – пробормотал Артур самому себе. – И всё же… это странно.
– Почему я всё ещё здесь? – спросил Артур у отражения. – Если это школа его отца, он мог бы вышвырнуть меня щелчком пальцев. Зачем приходить и угрожать лично?
Артур приподнял бровь, ожидая пояснений от своего «квартиранта».
– То есть он боится показаться слабым?
– Звучит обнадёживающе, – саркастически хмыкнул Артур. – А тот амбал, Евгений? Он же открыто клеился к Рите. Почему Макс его не трогает?