Алексей Беркутов – Hollow Moon. Том I (страница 4)
– Артур… Комаров.
– Артур Комаров, – повторила она, скрипя ручкой. – Споткнулся… упал… ударился головой. Ведь так всё и было?
Артур не понял, был ли это текст «эпитафии» или намёк, что лучше держать язык за зубами.
– И вот ещё, – добавила она, продолжая писать. – Матвей Андреевич, директор наш, проходил мимо и видел, как Ритонька тебя сюда волокла. Велел, как придёшь в себя, зайти к нему. Беспокоится о здоровье учеников.
Последние слова были сказаны с нажимом.
– Я провожу его до кабинета, маменька, – отозвалась Рита, поднявшись с кресла.
Это слово резануло слух.
– Чу́дно, – ласково сказала Любовь Васильевна, поставив жирную точку в журнале и их диалоге.
Артур, шатаясь, встал. Чуть подташнивало. Рита привычным движением закинула сумку на плечо и цепко подхватила его под локоть, не давая упасть.
– Идём, – скомандовала она.
– Ты уж присмотри за ним, чтобы не убился нигде! – донеслось вслед напутствие.
Они вышли в просторный вестибюль с высокими окнами. Судя по тишине и листопаду снаружи, медпункт занимал отдельный флигель в отдалении от шумного учебного корпуса.
– Погоди, сколько ты меня тащила? – изумился Артур, оценив расстояние.
– Не волнуйся, я сюда и направлялась, – сухо пояснила Рита. – Мне нужно скинуть сумку и переодеться.
На второй этаж вела бетонная лестница с широкими деревянными перилами.
Поднявшись, они оказались в узком коридоре. Четыре двери слева, одна – в тупике. Последняя была приоткрыта: внутри виднелся белый кафель и цветные полотенца. Похоже, душевая. Из окон справа лился яркий дневной свет, в котором пылинки танцевали хаотичный вальс.
– Слушай, – задумчиво протянул Артур, вглядываясь в её восточный профиль, – а мы раньше не встречались?
Рита проигнорировала вопрос. Она пошарила в кармане толстовки и выудила связку ключей с вызывающе-розовым брелоком – фигуркой Hello Kitty. Остановившись у первой двери с табличкой «Палата №4», она вставила ключ в замок.
– Не думаю. Заходи, – бросила она, распахивая дверь.
Артур замер на пороге. Он ожидал увидеть унылую больничную палату – и поначалу так и показалось: зелёная плитка, кушетка с тонким матрасом, белый металлический шкафчик. Но тут же взгляд зацепился за яркие, совершенно неуместные детали, разрушающие стерильность этого мира.
Едкий запах лекарств смешивался здесь с чем-то домашним, уютным: ароматом цветочного шампуня и сладких духов.
На стене у изголовья кровати висел потрёпанный плакат рок-группы, приклеенный по углам кусками изоленты. Над кушеткой тянулась самодельная гирлянда – лампочки были продеты сквозь разноцветные трубки от медицинских капельниц.
В углу громоздились гантели и баскетбольный мяч. На столе был настоящий бардак: старый плеер, пачка мятных леденцов, книги, ворох бумаг с набросками, перевёрнутая фоторамка, цветные карандаши, ручки. На спинке кресла висели побитые боксёрские перчатки, а рядом, прямо на полу, валялись высокие шнурованные красные ботинки.
Зеркало над раковиной украшала выцветшая наклейка от жвачки Turbo с жёлтым «кадиллаком».
Противоположная стена превратилась в настоящий алтарь: она была плотно увешана грамотами и медалями.
За стеклом белого медицинского шкафа, где по идее должны храниться лекарства, Артур разглядел пёстрый хаос: книги вперемешку с косметикой, золотые кубки, фигурку какого-то синеволосого героя аниме и стопку журналов с иероглифами на корешках.
– Моя конура, – небрежно пояснила Рита, сбрасывая кроссовки. – Извини, тут не прибрано.
– А разве ученики живут не в общежитии? – удивился Артур, протирая очки и машинально разглядывая таблицу для проверки зрения на стене.
– Всё верно, – отозвалась Рита, распахнув дверцу шкафа. – Иногородние живут в общежитии. Но…
Она не договорила, стянув толстовку. Серая ткань скользнула по телу и полетела на спинку стула. Рита осталась в обтягивающем чёрном спортивном топе.
Артур невольно засмотрелся. Его поразила спина: литые дельты, чёткий рельеф мышц, играющих под кожей при каждом движении.
Рита взяла стопку одежды, а потом перехватила его взгляд через зеркало на дверце.
– Что такое? – спросила она, ни капли не смутившись.
Артур поспешно отвёл глаза, чувствуя, как горят уши.
– Ничего.
– Садись, жди здесь. – Она кивнула на кушетку, закинув на плечо махровое полотенце. – Я быстро. И, Артур… – Она замерла на пороге, и голос стал стальным. – Ничего тут не трогай.
С этими словами Рита скрылась в коридоре, плотно прикрыв за собой дверь.
Оставшись один, Артур присел на край жёсткой кушетки.
Раздалось журчание воды. Минут через десять из коридора донеслось приглушённое жужжание фена. А ещё через столько же дверь распахнулась, и вместе с облаком влажного пара и запахом свежести в комнату вернулась хозяйка.
Рита преобразилась. Распущенные волосы аккуратно уложены, чёлка усмирена заколкой. Плиссированная юбка до колен, белая рубашка с красным галстуком, приталенный синий пиджак с золотым гербом и чёрные гольфы придавали ей строгий вид.
– Ну, как я выгляжу? – спросила она, небрежно бросив мокрое полотенце на спинку кресла.
Артур застыл.
– Что-то не так? – Рита вопросительно изогнула бровь.
Он растерялся окончательно. Мысли путались, но в голове тут же прорезался ехидный совет:
Артур набрал в грудь воздуха. Глаза панически забегали по комнате.
– Ну… Ты выглядишь… – Он запнулся, наткнувшись на её строгий, оценивающий взгляд. – То есть, это… не как раньше. Красиво. Очень. Форма тебе… идёт. В общем, ты здорово выглядишь!
Рита секунду наблюдала за его мучениями с каменным лицом. А затем фыркнула в кулак. Лёд треснул – она рассмеялась, легко и звонко, и на щеках проступил лёгкий румянец.
– Ну и пассаж ты выдал! – выдохнула она сквозь смех. – В следующий раз просто скажи «Шикарно!», и этого хватит. Ладно, нам пора спешить.
Они молча спустились с крыльца. Путь к главному корпусу лежал через красивый парк. Воздух был прохладным, но осеннее солнце всё ещё грело. Вдоль аллеи выстроились вековые липы, усыпа́вшие асфальт шуршащим золотым ковром.
На узком мостике, перекинутом через заросший пруд, Артур всё же решился нарушить тишину:
– Давно вы с мамой живёте тут?
Рита остановилась так резко, что он едва не врезался ей в спину. Пришлось взмахнуть руками, чтобы удержать равновесие.
– Год, – сухо бросила она и снова двинулась вперёд, ускорив шаг.
– Прости, наверное, не стоило спрашивать, – пробормотал Артур, поправляя съехавшие очки.
– Ничего, – ответила Рита, пожав плечами. – Со стороны это и правда выглядит странно. Неудивительно, что ты спросил.
Они миновали ажурные чугунные ворота и вышли на вымощенную плиткой площадь перед входом.
– Наш дом сожг… сгорел, – внезапно пояснила девушка, глядя прямо перед собой.
Артур сжался от этой явной оговорки.