Алексей Беркутов – Hollow Moon. Том I (страница 6)
– Матвей Андре…
Его слова перебил настойчивый стук.
Добрынин раздражённо повернулся, открыв рот, чтобы сказать, что занят, но не успел. Дверь распахнулась так, словно её вышибли тараном, створка ударилась о стену.
В кабинет ворвался рыжий вихрь. Сквозняк подхватил бумаги со стола, и они белыми птицами разлетелись по полу.
На пороге стояла девушка. Огненно-рыжие волосы собраны в тугой лисий хвост, всё лицо усыпано веснушками. Форма идеально выглажена, на красном галстуке сверкал зажим, а на лацкане пиджака, точно орден, горел жёлтый значок: крупная цифра «11 α» и ниже – «Староста класса».
Директор набрал воздуха, но гостья опередила его, затараторив в темпе скороговорки из рекламы по радио («имеютсяпротивопоказаниянеобходимаконсультацияспециалиста»):
– Матвей Андреич! Матвей Андреич! Это караул! Василиса Ивановна перенесла контрольную на понедельник, но это нечестно! Так нельзя! Нельзя-нельзя-нельзя! Категорически нет, я против! Я возмущена и официально протестую!
Добрынин поднял палец, пытаясь вставить слово, но куда там.
– В понедельник у нас уже стоит коллоквиум по истории! Это перегрузка! Я подошла к Василисе Ивановне, но она странная такая: сказала, что отменит только через свой труп! Вы же не хотите убийства? Вы должны остановить это безумие!
– Екатерина! – громко осадил её Добрынин. – Безумие тут – это ты! Вообще-то, у меня посетитель!
Она резко замолчала и перевела взгляд на Артура, словно только заметив. Глаза полыхнули янтарём. Уголки губ слегка приподнялись.
– Ах, простите, – тут же спохватилась она. – Мне подождать за дверью? Может, я отвлекаю? Мне следует уйти? Если так, то я уйду! Если я мешаю – только скажите. Вот только если я сейчас уйду, то разговор придётся отложить, но дело ведь срочное! Вам это невыгодно, я знаю! Вы же не хотите, чтобы показатели одиннадцатого «альфа» рухнули?
Директор снял очки и устало потёр переносицу.
Сделав глубокий вдох и водрузив очки обратно на нос, он произнёс:
– Так, милочка. С Василисой Ивановной я ещё поговорю. С тобой, молодой человек, мы тоже продолжим беседу, но позже. Сейчас тебя нужно доставить в класс. У тебя есть учебники?
– Нет, – ответил Артур. – Я ещё не получал…
– Ладно, разберёмся. Зайди в библиотеку после уроков, только не забудь оформить формуляр, а то ничего не выдадут. Для этого нужно в кабинете номер…
Слова Добрынина потонули в пронзительной трели звонка.
– Какой каби… – начал было Артур, но договорить ему не дали.
– Бежим скорее! – громко сказала староста и выдернула парня из кабинета, схватив за руку.
Ладонь была тёплой. Они неслись с такой скоростью, что Артур чувствовал себя беспомощным хозяином ротвейлера, который погнался за кошкой. Коридор смазался в одно цветное пятно. Едва успевая переставлять конечности, чтобы не рухнуть лицом вниз, Артур услышал вопрос:
– А как тебя зовут?
Дыхание девушки даже не сбилось.
– Ар… Арт… тур… – задыхаясь и жадно хватая ртом воздух, выдавил он. – Ко… ма-ар-ов!
– А я Катя, – ровным, звонким голосом произнесла она. – Катя Котёночкина.
Они резко, с визгом подошв, затормозили у двери с номером «210». Котёночкина бесцеремонно толкнула створку и затащила Артура внутрь.
У доски застыл учитель. Высокий, пугающе худой, в безупречном чёрном костюме и очках. Тёмные волосы аккуратно уложены, лицо напоминало гипсовую маску с кинжально-острой эспаньолкой.
– И как это понимать, вы двое? – спокойным тоном осведомился он.
– Извините, Алексей Петрович! Тут такое дело, я зашла к Матвею Андреичу в кабинет по поводу вашего коллоквиума узнать, а там этот новенький. Матвей Андреич велел его привести к вам, он же ещё почти ничего не знает. Ну вот я и привела его, иначе бы заблудился, понимаете?! Мне, а разумеется, и вам тоже не хотелось бы…
Алексей Петрович выставил ладонь вперёд, словно защищаясь от нападения.
– Довольно. Если новенький, то на первый раз прощаю. Встань сюда, пожалуйста, и представься.
Артур вышел к доске. Внутри всё сжалось: десятки взглядов сверлили его насквозь. Кто-то хмыкнул. По рядам пробежали шепотки и смешки.
В центре класса он узнал Риту. Она сидела одна, скрестив руки на груди и глядя в окно. Неподалёку расположился Максим с распухшей губой. Увидев Артура, он прищурился. Мажор демонстративно потёр костяшки кулака о ладонь.
– Меня зовут Артур. Фамилия – Комаров…
– Гнус! – шепнул Максим.
Класс взорвался хохотом.
Учитель резко, с оттяжкой хлестнул указкой по доске. Смех оборвался мгновенно, словно выключили звук.
– Вам весело? – вкрадчиво, почти шёпотом спросил он, обводя класс тяжёлым, немигающим взглядом. – Я не клоун, а это не цирк.
Учитель медленно повернул голову к новичку:
– Садись рядом с Карповой. И веди себя прилично. У меня правил немного, требую всего три вещи: молчать, учить и отвечать.
Рита сидела, вольготно откинувшись на спинку и закинув руку на соседний стул. Когда Артур подошёл, она лениво убрала локоть, освобождая пространство.
– Не обращай внимания, – едва слышно шепнула она, закатив глаза. – Это же интернат для «уникальных», чего ты ожидал? Как там с директором?
– Всё нормально… Пара вопросов, – так же тихо ответил Артур, доставая тетрадь.
– Ты нас не сдал?
– Нет.
Рита некоторое время смотрела на него пристально, а потом с облегчением выдохнула. Плечи заметно опустились.
– Спасибо. Вот и славно. Если тренер узнает, что я
Учитель тем временем продолжал лекцию. Его голос был монотонным, сухим, но безупречно чётким.
– Первая половина двадцатого века – время тектонических сдвигов. Российская империя оказалась на грани краха. Вступление в Первую мировую войну, снарядный голод, экономический коллапс… В обществе усилились леворадикальные настроения: эсеры, большевики, анархисты. Страна бурлила, требуя перемен. Точкой невозврата стали события на Путиловском заводе…
Артур с трудом удерживал внимание на лекции. По классу ползли едва уловимые шепотки. Он наклонился ближе к соседке:
– Извини. Я не хотел, чтобы у тебя были проблемы.
– За что ты извиняешься? – шёпотом удивилась Рита, не отрывая взгляда от доски.
– Ты же сама сказала… – чуть громче, чем нужно возразил он.
Снова раздался щелчок указки.
– Комаров, – прервал Алексей Петрович свой рассказ про политический кризис. – Ещё одно замечание – и вылетишь!
– Извините.
Класс перестал хихикать и вернулся к своим делам. Артур посмотрел на Катю.
Катя, перехватив взгляд Артура, ободряюще улыбнулась ему и показала большой палец. Парень попытался ответить на улыбку, потянулся за тетрадью и уронил карандаш.
Вспыхнув от стыда, Артур полез под парту.
– А расскажет тему прошлого урока нам… Комаров.
От неожиданности Артур резко выпрямился и со стуком приложился о крышку парты.