Алексей Баев – Грехи и погрешности (страница 43)
Вообще, в современном мире с этими тачилами полная и конкретная беда – такой выбор, не знаешь на чем остановиться. Вот раньше, помню, еще когда в Моршанске жил, на исторической, как говорится, родине, рассекал себе на чёрной «девятине» и выглядел при этом круче крутизны бедра Клавы Шифер. Во, времена были, скажите! А когда первые свои права купил, вообще на рыжей «копейке», обутой в лысую резину, колдобины равнял вместе с забуксовавшими в них оленями и был жизнью доволен, что бегемот, до икоты обожравшийся репой.
Но это, как говорится, лирическая прелюдия перед актом. Сама ж историйка, которую я вам сегодня напою, немудрящая, но поучительная. А произошла она совсем недавно – пару месяцев тому. Итак, короче…
Я тогда только-только дочке своей, Катюхе, на совершеннолетие отдельную хату приобрел. Походя и гараж по объяве там же, в самом ее дворе, сторговал за какие-то сущие пустяки в отечественной валюте.
Посидели мы с Катей, кофе с коньяком попили, и тут мне интересная мысль в голову пришла.
– Слушай, – говорю, – коза, а ты б какую тачку себе хотела, а?
– Не знай, – отвечает и плечами жмет. – Ну, мож, как у мамы – «крузак». Он клёвый. Или «Хаммер», как у тебя. Но только розовый. Черные машины мне не очень нравятся. Выглядят не гламурно.
А я, пацаны, вообще это слово – «гламур» – не переношу. Вот и тогда в себе бешенство еле-еле подавил. Не будь Катька мне любимой родной дочерью, ей Бог, влепил бы в лобешник совсем не поцелуй. Но сдержался кое-как.
– Нет, зая, – сказал, выдохнув, – ты меня извини, но до большой машины тебе дорасти еще надо. Правами только-только обзавелась, а ездишь пока хреновато. Давай-ка выбирай что-нибудь полегче. А через годик, глядишь, и на джипец папку разоришь. Договорились?
– Я, – говорит, – вообще-то тоже об этом думала. Олька вон на «Мазде» третьей катается. Ничего так, прикольно.
– Ну уж, – рассмеялся я, – до Олькиного уровня мы с тобой не опустимся. Давай-ка мы тебе, кисунь, классику возьмем – «мерс» какой-нибудь, купешечку, или «бэху» – троечку. Как тебе такой вариант?
– Не, пап, «бэху» не хочу, – со вздохом отвечает Катя, – лучше уж «мерс». Только розовый…
Я в долгий ящик дела откладывать не привык. Сказано – сделано. Сел на телефон обзванивать дилеров и минут через десять то, что искал, нашел. Застолбил на свое имя на пару часов – мол, никому не продавать, сейчас подъедем…
Нет, ну что за страна у нас такая, а? Везде нажухать готовы, сволочи! Мы с Катькой когда в салон прикатили, я сразу к менеджеру, лысому и противному такому мужичонке с хитрым глазом.
– Звонил, – говорю, – час назад по поводу розового «мерса». Смоленцев. Не продали?
– Нет-нет, что вы! Как можно, Семен Михайлович, – заискрился плюгаш. – Пройдемте, вон он, в конце зала стоит, вас дожидается.
Подошли, глянули и…
– Ты чё, – говорю, – лысый, офонарел слегонца?! Тебя по телефону об чём спрашивали?
– О ро-ро-розовом «Мерседесе», ку-ку-ку…ку-пе, – отвечает мне этот подонок, а сам уже голову в плечи вжал, приготовился.
Но я ж не зверь какой, да и девяностые давно прошли. Что я его, бить буду? Не на того напали.
– Ты, – говорю, мужик, – не ссы. Я тя и пальцем в нынешнем своем положении не трону. Но обидно, понимаешь, когда нормального человека за лоха держат и развести на ровном месте пытаются. Я те чё – дальтон? Зеленого от розового не отличу? Пошли, Кать, из этого быдловника.
И развернулся к выходу. Дочка молча модельной походкой за мной. Лысый нам вдогонку что-то про хамелеона пищал, на скидки ссылался, но мы даже не остановились. Ну не люблю я, пацаны, когда со мной так! А кто, скажите, любит?!
Вышли с Катюхой на крыльцо, закурили. Стоим, не разговариваем. Настроение у обоих испорчено. После третьей затяжки я чуть успокоился, дочь за плечи обнял и говорю:
– Ладно, зая, не переживай, придумаем что-нибудь. Москва – город большой. Неужто мы тебе здесь тачилу не прикупим?!
И тут мой глаз-алмаз падает на соседний павильон. Читаю и себе любимому не верю: «Ferrari». Рядышком лошадь черная на желтом щите.
– Мать твою! – нечаянно вырвалось у меня при ребенке.
– Ты чего, пап? – дернулась Катюха.
А у меня, пацаны, настроение сразу поднялось. Почувствовал я этакий прилив душевности. Мечта детства! И где, спрашивается? А вот – полста шагов на зюйд-зюйд-вест! Или куда уж там, я не знаю, плоховасто без компаса ориентируюсь.
– Пошли, – говорю, – дочь. Приценимся.
Ну и пошли прицениваться. А хрена ль нам, таким красивым?!
Вот я чего-то недопонимаю, или вы мне, может, объясните? У них что, в автосалонах, так заведено – чем дороже тачками торгуют, тем менеджеры противней? Я-то, дурак, думал… Впрочем, опять на лирику скатываюсь, а надо б рассказ рассказывать.
Так вот, зашли мы с Катей в салон «Феррари». Перед нами тут же, как двое из ларца в известном мультике, мужичок с ноготок словно из подпола вырос. Не поверите – мелкий, тощий, лысый. И морда хитрая. Вот, думаю, у вас, упырей, тут поблизости гнездо, что ли? А он уже лопочет:
– Здравствуйте, господа! Вы так, посмотреть? Или заказ хотите оформить?
– Я чё, – говорю, – похож на ходителя по музеям?
Паузу многозначительную выдержал для большей солидности, а потом продолжил:
– Ты, мужик, показывай свои машины. А мы, если нам что понравится, тебя тормознем и тут же расплатимся. Ферштейн?
– Так у нас не получится, господа, – грустным голосом говорит лысый.
– Это еще почему? – спрашиваю я. – У вас тут чё, не магазин?
– Понимаете… – замялся менеджер. – Как бы вам сказать-то…
– А как есть, так и говори, – отвечаю я. – Мы не тупые, разберемся.
– Хорошо, – кивает. – У нас, господа, система предварительного заказа. В зале представлены только выставочные образцы. Вы можете посмотреть любую машину, даже покататься хоть на всех. Если какая-то модель вас заинтересует, то мы оформляем заказ, вы платите аванс и ждете, когда доставят автомобиль. Вот такое положение. Наша фирма, между прочим, работает подобным образом по всему миру. Мы ж не на конвейере автомобили собираем. Хэнд мэйд!
– Наслышан, – реально опечалился я. – И долго ждать?
– От двух месяцев до года, – говорит лысый. – Всё зависит от модели, комплектации, которую вы закажете, номера в очереди…
– Стоп, стоп, стоп, – поднял я руки. – Два месяца для нас – вариант тухлый. Год – тем более. Понимаешь, мужик, мне сейчас машина нужна. Неужели нет в наличии ни одного отказника? Не поверю, хоть кусайся! Мы ж в России.
Менеджер хитровански так прищурился, глянул на Катьку, на меня, снова на Катьку. Я сразу смекнул, о чем он подумал.
– Ты, – говорю, – на приличную девушку не коси желтым глазом. Это моя дочь. Без вариантов, уяснил?
– А-а, – посерьезнел тот. – Ладно, господа, к делу. Есть два автомобиля, которые вы можете выкупить прямо сейчас. Посмотрим?
– Другой базар, – обрадовался я. – Показывай…
Я, пацаны, наверное, какой-то неправильный. Или устарел морально, или просто чего-то не догоняю. Вот скажите, может новая тачка стоить дешевле подержанной? Нет, я сейчас не про антиквариат речь веду, а про обычный, пусть и очень дорогой автомобиль трехлетнего возраста.
Две машины, которые показал нам менеджер, хорошие такие родстеры с пятисотсильными движками, выглядели разнополыми близнецами. Красный – «девочка», темно-серый – «мальчик». Причем «девочка» была явно постарше, что в среде близнецов изредка, говорят, встречается. Я сразу врубился, что на ней до меня хорошо покатались.
– Почем, – спрашиваю, – темная?
– Миллион условных единиц, – отвечает менеджер, и я вижу, как его лягушачья впалая грудь при этом раздувается от собственной значимости. Смешно. Однако я даже не улыбнулся.
– Нормально. А красная?
– Два миллиона, – отвечает, а сам того и гляди лопнет от избытку газов.
– Сколько-сколько? – я, пацаны, не поверил своим ушам. – Она ж бэушная!
Хмырь же, у него даже голос завибрировал, поясняет:
– Не бэушная, а объезженная! Между прочим, на этом самом автомобиле предыдущие три года катался сам Элтон Джон! После таких владельцев автомобили стоят гораздо дороже…
– Да хоть Борис Моисеев! – перебил я лысого. Ну, гад, и взбесил он меня! – Ты врубаешься вообще, что сейчас мне, конкретному пацану, впариваешь тачку втридорога, на которой… Как ты думаешь, недальновидный менеджер, неужели я своей девственной мужской жопой сяду в кресло, в котором… Не, ну ты понял, да?! Я никого из сексменьшинств не хочу оскорблять, но ты, пожалуйста, феню фильтруй. Договорились, в натуре?
Этот сразу сдулся, худенькие плечики опустил и робко кивнул.
– То-то. «Мокрый асфальт» беру, – успокоился я. – Катюх, ты меня прости, но тебе машину купим завтра.
– Ничего, пап, – улыбнулась мне дочка. – Не переживай. Завтра так завтра.
Ну как я могу ее не любить? Даже слов от умиленья не нашел. Просто обнял за плечи и чмокнул контрольным в лобик.
– Пройдемте в кабинет для оформления, – выдохнул тем временем лысый, поняв, что буря просвистела стороной. – Расплачиваться чем будете?
– Цветными расчёсками, – ответил я. Не, ну бесят меня такие вопросы!
Он вскинул на меня удивленные глаза.
– Наличными условными единицами, чем же еще?!..