Алексей Ар – Инициация (страница 7)
— Я сложная натура…
— Вы не понимаете. Это невозможно для жизни — всегда есть вектор, направление. Жизненный путь, опыт даруют человеку только одну основу — все остальное лишь черты, которые могут исказить картину.
— Некоторые уверены, что я не человек…
Найала озадаченно молчала. Затем прислушалась к чему-то и встряхнулась:
— Вы привыкли к защите… Маски приносят беду.
Настал черед Охотника удивляться: в компанию ему досталась ясновидящая. Он предпринял отчаянную попытку спастись.
— Если не возражаете, я бы устроился где-нибудь в уголке отдохнуть. Устал, знаете ли…
Возражать Белая Мать не стала. Величественно проводила его сквозь толчею до кушетки, сокрытой охапками цветов, и оставила там в одиночестве. С неимоверным облегчением он устроился среди экзотических бутонов и ваз. Заметил неподалеку мужчину с подносом.
— Человек, один раз напиток.
Искристый бокал немедленно перекочевал к нему.
— Это что?
— Алькарийское, лорд.
— А годокского нет?
У слуги брезгливо скривились губы. Проводив его насмешливым взглядом, Николай отхлебнул вина. За неимением лучшего сойдет, хотя и постно. Он приготовился насладиться празднеством, танцевальными па и… Эдэей.
Она демонстративно не смотрела в его сторону. Крутилась рядом, болтала со знойным брюнетом — димпом и умудрялась не интересоваться судьбой Роса. Он хмыкнул, обращая внимание на двух дам, кои расположились в нескольких метров от него. Первой значилась леди с заостренными кончиками ушей и серебряными волосами, уложенными в высокую прическу. Второй — высокая ладно скроенная блондинка с немного жестковатыми чертами лица.
Яростно глядя друг на друга, леди спорили:
— Я тебя предупреждала, Тейра, — стиснула кулаки Блондинка. — Подобных высказываний о Мике я не потерплю.
— С чего бы? Признай, что Обещанный улизнул от тебя в укромный закуток. Не спорю, у него бывали минуты просветления, но в целом он — никудышный боец.
— Заткнись, — прошипела Дзейра. Она на грани. — Иначе я забуду о твоем громком титуле посла Алькари и к Эфгу выдеру серебряные космы…
— А я подсоблю, — раздался хрипловатый голос.
К спорщицам присоединились миниатюрная брюнетка и пессимистичного вида сородич Тейры, вооруженный двумя бутылками вина.
— Привет, Линээ. Как дела, Лоу?
— Космы?! — перешла в наступление Тейра.
Она едва не завалила Николая цветущей флорой. Отряхнув рукав, он недовольно фыркнул.
— Молчать! — Представительница алькарийского совета потянулась к отсутствовавшему мечу. — Ты кто?
— Конь в пальто, — прищурился Николай. Покой — лишь фикция. Да и что за праздник без драки.
— Будет вам.
Компания ширилась. Невозмутимый до флегматичности белобрысый мужчина взял Тейру под локоток.
— Сторд, они посмели…
— Идем. — За ласковостью обращения промелькнула сталь приказа.
Николай облокотился на спинку кушетки. Установил, что бокал опустел, и преисполнился досады. Покосился на соседей. Троица защитников неизвестного Мика и не подумала удалиться. Пустив бутылки по кругу, они несколько мгновений хмуро молчали, не вписываясь в образ светских ценителей балов.
— Айда в казарму, к Трейчу, — предложил спутник Линээ. — Когда я уходил, он там играл с ваарками в лупус-лест… А, ктан?
— Меня пригласил сам Т’хар, — вздохнула Дзейра. — Неудобно…
— Лоуолис дело говорит. Если мы не остановим годока, он опять проиграется в пух и прах и будет ныть, — отмахнулась Линээ. — Посмотри на этих щеголей.
Она мельком взглянула на Николая и продолжила:
— Конфискуем у Трейча любимую флягу и обсудим новости.
— Ты узнала про Шарета? — воспряла духом ктан. — Где он?
— В Стегарде, — помрачнела брюнетка. — Там, где буйно цветут любимые им сады. Пьет по-черному.
— Придется ехать за ним, — объявил Лоуолис. — С тех пор, как Лууза вернулась к семье, он всех и вся посылает к Эфгу.
— Хетч. — Дзейра решительно направилась к выходу.
«Хвала Великим», — обрадовался Николай. Он расслабился, чтобы спустя миг вновь сконцентрироваться на довольном лорде Дэме. К собственному изумлению, Николай обрадовался компании лорда. Гигант импонировал ему своим простым нравом, чистым настроением и ясными мотивами.
— Скучаешь?
— Немного.
Охотник подвинулся. Заглянув в его пустой бокал, Дэм изобразил притворное сочувствие и выставил на обозрение объемистую бутыль с алькарийским.
— Для разогрева.
Николай расстегнул верхнюю пуговицу парадного мундира.
— Познакомь меня с родней.
Дэм помолчал, отыскал взглядом Эдэю, фланировавшую неподалеку. Несколько секунд они смотрели друг на друга при полном отсутствии эмоций на лице. Николай досадливо кашлянул. С недавних пор загадки бесили.
— Не можешь, не говори…
— Извини. — Дэм набрал в легкие побольше воздуха и начал: — Сегодня на редкость полный сбор. Начнем с той дамочки в льдисто-голубом, которая стоит рядом с эльфийскими дипломатами. Чего вылупился? Эльфов тут, мягко говоря, много. Честь имею представить тебе королеву льда — Азейру. Не вздумай заигрывать с этим ходячим рефрижератором. Далее, бери левее… Тип в фиолетово-алом с эльфийкой… Вижу эта особа тебе знакома, — непонятно чему улыбнулся Дэм. — Тейра Грозная беседует со Стразором, прикинь — просто разговаривает. Как димп Стразор максимально опасен и бонусом — он чёрт местного пантеона. Рядом с ними муж и личный телохранитель Тейры — Сторд. Теперь в другом конце зала: рыжая копна волос и белое платье с алым клином. Хохочет над дворянами… Леди Родора, буйная и приятная в общении. Т’хара ты знаешь, Эдэю тоже…
— А кто ее танцует? — нахмурился Охотник. — Смахивает на итальянца.
— Лорд Спуур. Сначала бьет, потом выясняет куда ударил. Вот и все…Местную знать представлять не буду, сам их не знаю.
— Дэм. — Из пелены алых, серебряных и желтых цветочных бутонов возник капризный женский лик. — Ты обещал мне танец.
— Извини, Ник.
И вновь пустота окружения. Далекие родственники не стремились становиться ближе, предпочитая находиться в окружении простых смертных. Прибавление в димповской семье, казалось, их ничуть не волновало. И пусть. Сегодня контакта не будет. Охотник дождется момента, когда сможет с подобающим приличием покинуть шоу и уйдет, оставив чужое чужим. Пока же у него есть чем заняться. Он стал смотреть на юную девушку, сидевшую в уголке залы, — золотоволосую, миловидную и одинокую, как травинка в пустыне. Она с грустью любовалась на бал. Некто в зеленом рискнул подойти к ней. Откуда-то из-под купола залы на смельчака немедленно пал хорек. Николаю зверек показался именно хорьком. Обратившись клубком игл, новоявленный защитник что-то возмущенно пискнул.
Девушка обречено вздохнула по утраченному кавалеру, погладила зверька и увидела любопытствовавшего Роса. А следом Охотника вычислил и страж.
— Ласковый!
Златовласая упустила серебряную молнию охранника и рванулась на помощь димпу.
Странно, гладкий мех, бисеринки глаз и хитрая мордочка зверька никак не складывались в образ Угрозы. И, тем не менее, Ласкового боялись все без исключения. Интересно почему? Николай внимательно изучил застывшую напротив Тайну. Цокнул языком, пробуя наладить контакт.
— Ласковый, не смей! — подскочила к Охотнику девица. — Не бойтесь, он только пугает.
— Что за порода? — деловито осведомился Николай, избегая резких движений. — Хорек? Енот?
Ласковый мгновенно ощетинился. Пискнул яростно и звонко. Успев перехватить его бросок, леди пояснила:
— Он не выспался с утра.
— Прям брат по несчастью, — Николай поразился разумности «енота». — Будь любезна, отпусти.
Ласковый замер, внимательно изучая Охотника. В бисеринах глаз мелькнула непонятая тоска, и, спустя мгновение, зверек стремительно воспарил к потолку, признавая безопасность девушки.