Алексей Агапов – Пересмешник (страница 4)

— У него была татуировка? — спросил он.

— Не видела. Он был в рубашке.

— А на шее? Кулон? Что-то похожее на спираль?

Вера задумалась.

— Не помню. Может быть. Всё было... размыто. Слишком много эмоций. — Она подняла на него глаза. — Вы что-то знаете. Что-то, чего не сказали мне.

Леший достал фотографию Елены, показал на кулон.

— Такой же был у моей жены. Пять лет назад. Она погибла при странных обстоятельствах. Я так и не узнал, что произошло.

Вера взяла фотографию. Долго смотрела на спираль.

— Это не украшение, — сказала она наконец.

— А что?

— Символ. Я видела его раньше. — Она встала, подошла к одному из стеллажей, достала потрёпанную книгу в чёрном переплёте. — Вот. «Культы Северо-Запада. История и современность». Издание девяносто восьмого года. — Она открыла на заложенной странице. — Смотрите.

Леший подошёл. На странице была фотография: группа людей в белых одеждах, стоящих кругом. В центре — алтарь. И на алтаре — символ. Спираль.

— «Новая Эдем», — прочитала Вера. — Секта, основанная в начале девяностых. Лидер — бывший нейрохирург, имя не указано. Практиковали... — она запнулась, — ...«электронную медитацию». Воздействие на мозг слабыми разрядами тока. Якобы для «расширения сознания». В двухтысячных исчезли. Полиция закрыла дело.

— Исчезли, — повторил Леший. — Или ушли в подполье.

— Или выросли. — Вера закрыла книгу. — То, что я видела, было не подвалом сектантов. Это была лаборатория.

Леший хотел ответить, но не успел.

Звук был тихий. Почти неслышный. Но Леший его уловил — скрип половицы на лестничной клетке. За дверью.

Он мгновенно изменился. Плечи напряглись, руки сами потянулись к куртке. Вера заметила.

— Что?

— Тихо. — Он показал ей жестом отойти к дальней стене. — У вас есть оружие?

— Нет.

— Плохо.

Он достал из-за пояса револьвер — старый, но ухоженный «Смит энд Вессон». Проверил барабан. Шесть патронов. Потом вытащил керамический нож из ножен на голени.

Дверь вылетела с третьего удара.

Их было четверо. В чёрных масках, с пистолетами с глушителями. Профессионалы. Они не кричали, не требовали ничего. Просто вошли и начали стрелять.

Леший упал на пол, перекатился за стол. Пули разнесли чашки, чайник, застучали по стенам. Вера прижалась к стеллажу, книги сыпались на неё.

— Не высовывайся! — крикнул Леший.

Он выглянул из-за стола, выстрелил дважды. Первый нападавший упал — пуля попала в бедро, потом в грудь. Второй успел спрятаться за дверным косяком.

— Уходим! — крикнул кто-то из них. — Приказ был — только девка!

Значит, им нужна Вера. Леший не собирался это позволить.

Он перекатился к стене, выстрелил ещё раз. Третий нападавший вскрикнул и выронил пистолет — пуля раздробила ему запястье. Четвёртый, тот, что прятался, открыл огонь вслепую.

— Вера! К окну!

Она не заставила себя ждать. Схватила первую попавшуюся книгу — тяжёлый том — и швырнула в нападавшего. Он отвлёкся на мгновение, и этого хватило. Леший выстрелил. Четвёртый упал.

Тишина.

Леший поднялся. Дым от выстрелов щипал глаза. В ушах звенело. Он подошёл к первому нападавшему — тот ещё дышал, хрипел, кровь пузырилась на губах.

— Кто вас послал?

Нападавший улыбнулся — кровавой улыбкой.

— Ты не понимаешь... Он уже... везде...

— Кто?!

— Пересмешник... — выдохнул тот и затих.

Леший обыскал тела. Никаких документов, никаких телефонов. Только оружие — дорогое, профессиональное. И у каждого на внутренней стороне запястья — татуировка. Маленькая. Спираль.

— Твою мать, — прошептал он.

Вера стояла у стены, бледная как мел. В руках она всё ещё сжимала книгу. На полу валялись осколки, гильзы, кровь.

— Они хотели меня, — сказала она. — Почему?

— Потому что вы видели то, что не должны были. — Леший подошёл к ней, забрал книгу, положил на стол. — И потому что вы можете видеть то, что другие не могут. Вы им нужны.

— Кому?

— Тому, кого они называют Пересмешником. — Леший посмотрел на татуировку на запястье мёртвого нападавшего. — Кукловоду.

Вера проследила за его взглядом. Спираль. Та же, что на кулоне. Та же, что в её видении.

— Это он. Тот мужчина, которого я видела.

— Похоже на то.

Она вдруг покачнулась. Леший успел её подхватить.

— Эй. Держитесь.

— Я в порядке. Просто... — Она посмотрела на кровь на полу. — Это из-за меня. Они пришли из-за меня.

— Они пришли за вами. Это не одно и то же. — Леший усадил её на стул. — Собирайтесь. Мы уходим.

— Куда?

— Ко мне. Здесь оставаться нельзя.

Вера кивнула. Медленно, как во сне, встала, взяла куртку, рюкзак с документами. Леший тем временем быстро обыскал квартиру — на случай, если что-то упустил. В ящике стола он нашёл старый блокнот Веры. Пролистал. Записи, даты, имена. Одно имя повторялось чаще других: «Кукловод». И напротив — вопрос: «Кто он?»

Леший сунул блокнот в карман.

— Идём.

Они вышли через чёрный ход. Дождь всё ещё шёл, смывая следы. Леший вёл Веру по тёмным переулкам, избегая освещённых улиц. Машину он оставил в двух кварталах — на всякий случай.

Когда они сели в «Крузер», Вера вдруг сказала:

— Я знаю, кто вы.

Леший завёл двигатель.

— И кто же?

— Вы тот, кто не остановится. — Она посмотрела на него. — Даже если это убьёт вас. Может быть, особенно если это убьёт вас.