Александра Ястребцева – Шуршики идут к морю (страница 9)

– Шуршики? – жеребец задумчиво склонил голову набок. – Впервые слышу это слово. Вы очень похожи на болотные кочки, но пахнете по-другому.

– Мы покрыты мхом и травой только сверху, – пояснил старший шуршик.

– Вот оно что, – понятливо протянул жеребец. – Меня зовут Мори, рад с вами познакомиться.

– Мы тоже рады, – хором отозвались гости. – Рады познакомиться. Очень рады.

– Раньше я не видел вас в нашей деревне, – всё так же медленно произнёс Мори. – Как вы здесь оказались?

Шуршики вкратце пересказали жеребцу свою историю.

– Я бы тоже хотел путешествовать, – мечтательно вздохнул Мори, дослушав их до конца. – Я родился в степях в вольном табуне, – поделился он. – Но однажды погнался за красивой бабочкой и заблудился. Много дней я бродил наугад и, в конце концов, едва живой, выбрался к этой деревне. Нана взяла меня к себе и выходила. В благодарность за это я позволил ей ездить на моей спине.

– Нана? – заинтересовались шуршики. – Кто это?

– Это девочка, – спокойно ответил Мори.

– Так она человек? – и без того большие глазёнки шуршиков раскрылись ещё шире. – Господин Старый Почтенный Журавль говорил нам сторониться людей.

– Нана удивительная девочка! – жеребец несогласно встряхнул гривой. – Она очень добрая и отзывчивая и всегда заботится обо мне. Если б я мог, то отправился бы на поиски своего табуна вместе с ней… – Мори снова не заметил, как вздохнул, замечтавшись. – Вы, должно быть, очень устали после своих приключений. Если хотите, можете забраться ко мне в денник и поспать на куче соломы в углу. А я присмотрю, чтобы вас никто не обидел.

– Хотим, очень хотим! – обрадовались шуршики.

Мори отступил назад, приглашая гостей разделить пространство его «дома».

Один за другим малыши проскользнули между прутьев двери и устроились на свежей соломенной куче. Не прошло и пяти минут, как шуршики крепко спали.

Мори тоже примостился с краю и задремал.

Утром следующего дня малышей разбудило ржание нового друга. Открыв глазёнки, они высунулись из соломы, чтобы выяснить, что происходит. Солнечные лучи, пробившиеся в окна конюшни, говорили о том, что уже наступил рассвет. Мори оживлённо топтался возле двери, явно чего-то ожидая.

Спустя недолгое время шуршики увидели, как к жеребцу подошла девочка, одетая в плотные зелёные штаны и белую футболку. У девочки были пухлые розовые щёчки и очень добрые голубые глаза, а её русые волосы кудряшками спускались на плечи.

– Доброе утро, мой дорогой Мори, – распахнув дверь, весело поздоровалась девочка и погладила жеребца по изящной шее.

Мори склонил перед ней голову и поскрёб копытом по полу в качестве приветствия, а когда Нана достала из кармана морковку и протянула её товарищу, тот с благодарностью принял угощение.

Следом за этим девочка занесла в денник ведро с чистой прохладной водой и насыпала в кормушку Мори овса. Жеребец всхрапнул и приступил к трапезе. Пока он ел, Нана расчесала и заплела в косички его длинную белую гриву. Получилось очень красиво.

После еды девочка принялась чистить и самого Мори. В каждом её движении, в том, как она прикасалась к нему, как проводила щёткой по гладкой шерсти, читалась большая любовь Наны к её другу. Когда девочка закончила приводить жеребца в порядок, она забрала ведро и, закрыв дверь денника, вышла из конюшни.

Шуршики обступили Мори со всех сторон.

– Ну как, вам удалось выспаться? – поинтересовался тот у маленьких гостей.

– Да, мы выспались как следует, – ответил главный шуршик.

– Как следует! Мы выспались, выспались! – подхватили малыши.

Мори достал из кормушки кусочек чёрного хлеба, посыпанный сахаром.

– Вот, держите, – жеребец положил корочку на пол. – Я приберёг это для вас.

Шуршики поблагодарили его и поделили хлеб между собой.

– Как вкусно! – воскликнул один из них, набив полный рот.– Что это?

– Это хлеб, – с улыбкой пояснил Мори. – Его делают из ржи или других злаков. А белое сверху – сахар. Нана знает, что я люблю сладкое, поэтому балует меня, – он довольно прикрыл глаза.

– Она действительно очень добрая, – кивнул предводитель шуршиков, глянув на дверь. – Как думаешь, она может помочь нам найти дорогу к морю?

– Почему бы вам не спросить у неё самой? – ответил Мори вопросом на вопрос. – Скоро она вернётся, чтобы вывести меня на прогулку.

– Ладно, – решили шуршики, немного подумав. – Так и поступим.

Вскоре девочка снова появилась в конюшне – на этот раз она несла с собой лёгкое седло и уздечку. Каково же было её удивление, когда, войдя в денник, Нана увидела Мори в окружении пыльных травяных кочек.

Прежде, чем Нана успела что-то сказать, главный шуршик учтиво раскланялся и, прочистив горло, поздоровался с хозяйкой жеребца.

От неожиданности Нана выронила сбрую из рук.

– Мы – шуршики, – представился маленький гость, обведя собратьев тоненькой ручкой. – И Мори сказал нам, что ты, возможно, могла бы нам помочь.

Глаза Наны округлились ещё больше. «Как удивительно! – подумала она. – Говорящие кочки!»

– Д-добрый день, – отозвалась девочка, подобрав с пола поклажу. – Я – Нана. Чем могу быть полезна?

Предводитель в двух словах обрисовал ситуацию. Девочка выслушала его очень внимательно, ни разу не перебив. В этом она оказалась так похожа на своего жеребца… или, напротив, это он был на неё похож?

– Так значит, вы ищете дорогу на юг, – подытожила Нана услышанное. – Дайте подумать, – она села на солому, приняв самый что ни на есть серьёзный вид. – Восточнее нашей деревни есть дорога в том направлении, – припомнила девочка.

– Где эта дорога? – оживились шуршики. – До неё далеко? В какую сторону нам идти? Сколько дней?

Нана добродушно вздохнула.

– Давайте мы с Мори вас проводим, – предложила она.

Услышав это, жеребец едва не заржал от счастья. Отправиться в путешествие вместе с Наной? Он мечтал об этом всю жизнь!

Мори радостно ткнулся мордой девочке в плечо.

– Что ж, решено, – рассмеялась она, погладив друга по шёлковой морде. – Пойду соберусь в дорогу.

Три следующих дня шуршики и Нана двигались на восток. Ночами они устраивали привалы, девочка разводила костёр и рассказывала крохам истории. Иногда шуршикам начинало казаться, что голосом Наны с ними разговаривал их добрый друг.

Нана говорила о жизни людей в её деревне и о каменных городах, в которых ей доводилось бывать, о лесах и полях, о звёздах в высоком небе и рыбах, живущих глубоко под водой. Но больше всего она знала о лошадях: Нана могла рассказывать о них бесконечно. Слушая её, шуршики прониклись к девочке почти такой же любовью, как к Старому Почтенному Журавлю.

На четвёртый день пути Нана приметила на земле следы лошадиного табуна. Мори тут же воодушевился – быть может, это именно его табун, в котором у жеребца остались родители и братья? Посовещавшись, путешественники решили пойти по следам копыт и посмотреть, куда те приведут.

Дорога была долгой. Уже под вечер, когда перед друзьями раскинулось поле, полное сочной травы, зоркий глаз Наны выхватил вдали десятка два лошадей. Когда друзья подъехали ближе, от счастья у Мори перехватило дыхание: среди диких собратьев он нашёл кобылицу такой же масти, какой был сам, и незамедлительно признал в ней родную мать.

Жеребец заржал, радостно переминаясь с ноги на ногу. Лошади из табуна подняли головы и пригляделись к гостям. Нана спешилась, помогла шуршикам спуститься на землю, а затем расседлала Мори.

– Иди, дружок, – сказала она, похлопав товарища по крупу. – Мы будем ждать тебя здесь.

Жеребец снова заржал и помчался к собратьям. Когда он преодолел половину пути, от табуна отделилась та самая кобылица и двинулась ему навстречу. Сначала она шла медленным, осторожным шагом, затем потрусила рысцой и наконец перешла в галоп.

Когда мать и сын встретились спустя долгие месяцы разлуки, Нана прослезилась, а шуршики затрепетали и окрасились в цвета вечерней степи. Это был невероятно трогательный момент.

Решив не мешать Мори, девочка развела костёр поодаль от лошадей и вместе с путешественниками принялась за поздний ужин.

– Мы выйдем к дороге завтра после обеда, – поделилась Нана. – После этого мы с Мори вас покинем, – она перевела взгляд в сторону лошадиного табуна. «А может, и мой Мори покинет меня», – с грустью подумала девочка, но вслух этого не сказала.

Старший шуршик положил на её колено тоненькую ручку.

– Мы благодарны, – сказал он. – Вы с Мори сделали для нас очень много.

– Много, вы сделали для нас много, – остальные шуршики также подходили к Нане и клали ручки туда, куда могли дотянуться. – Спасибо, спасибо.

– Не стоит, не стоит, – смущённо бормотала Нана. Она была очень скромной девочкой.

Поужинав, шуршики легли спать возле тлеющего костра.

Среди ночи Нана немного замёрзла. Протянув руку, чтобы найти что-то, чем можно укрыться, она нащупала рядом нечто большое и тёплое. «Мори», – с радостью подумала девочка и, прижавшись к дорогому другу, снова уснула.

Наутро Нана обнаружила, что их стоянку со всех сторон окружили лошади. Оказывается, ночью Мори вернулся не один – он привёл с собой весь табун.

Нана была несказанно рада тому, что лошади не боялись её. Подходя к девочке, они смело разбирали из её рук сладкую морковку, так что она быстро раздала всё, что запасла в дорогу для жеребца.