Александра Ястребцева – Шуршики идут к морю (страница 3)

– Во-от оно как, – протянули шуршики, складывая очередное воспоминание в коробочку памяти.

– Это очень хорошая легенда, – похвалил кто-то из них.

– Хорошая, хорошая, – заколыхались остальные. – Уютная, – произнося последнее слово, они вдруг затрепетали, и окрас их шёрстки сменился на нежно-розовый.

Маленький енот с восторгом отметил это.

– Наш цвет меняется вместе с настроением, – объяснили гости. – Когда мы довольны, то розовеем, когда радуемся – желтеем, в спокойствии становимся голубыми, а когда грустим – серыми.

– Какой полезный навык! – воскликнул Ен. – Так вы всегда знаете, у кого какое настроение. Очень удобно!

– И правда, правда, точно, – один за другим согласились шуршики, переглядываясь и урча.

– Удобно, – трепетали малыши. – Так нам удобно.

– Однако, не будем засиживаться, – Шон поднялся с полки. – А то кому-нибудь с непривычки может стать плохо.

– Не будем, не будем, – старший шуршик спрыгнул со скамейки и вразвалочку направился к выходу. Собратья последовали его примеру.

После сауны гостей усадили за стол в беседке сада и принялись угощать чаем и пончиками, которые шуршики отправляли в рот один за другим.

– Кажется, самое время рассказать о том, как вы оказались в Лунном лесу, – подтолкнула их мама-енот к долгожданному рассказу.

Шуршики дружно переглянулись и вздохнули.

– Наше путешествие – дань памяти старому другу, – пояснил старший в группе, а затем поведал хозяевам дома историю о северных болотах и Старом Почтенном Журавле.

***

Всё началось в солнечный майский день. Журавлиные болота, которые ещё недавно были покрыты серым подтаявшим снегом, активно принялись зеленеть. Из-под воды приподнялась небольшая мшистая кочка, заросшая прошлогодней травой, и замерла, прислушиваясь к тому, что происходило вокруг. Чистый весенний воздух полнился привычными звуками – шелестом камыша и осоки, жужжанием насекомых, голосами птиц и мелких зверят.

Уловив краем уха долгожданное курлыканье, кочка открыла два больших круглых глаза, обрамлённых пушистыми ресницами, и уставилась куда-то вбок. Некоторое время она сидела в болоте неподвижно, чтобы убедиться – не показалось ли? Но нет, журавли действительно прилетели.

– Братья шуршики, журавли прилетели! – закричала радостно кочка и поднялась из воды целиком.

Она походила на шерстяной шар, заросший сфагнумом. Местами мох свисал с неё до самой воды, и из-под него едва виднелись тоненькие ножки наподобие птичьих. На макушке у кочки сидели малюсенькие ушки. А на мордочке располагались два глаза, носик-пипка и широкий улыбчивый рот.

Услышав радостный зов, со всех сторон кочку обступили собратья. Многие шуршики держались за ручки – такие же тоненькие, как и их ножки.

– Журавли прилетели, журавли прилетели! – тут же разнеслось по всему болоту.

Выбравшись с насиженных мест, шуршики шумной толпой отправились к месту гнездовья птиц. Они очень спешили, поскольку не видели журавлей почти год, и всем хотелось скорей поздороваться с крылатыми соседями. Самые нетерпеливые шуршики второпях перепрыгивали через товарищей, но потом вспоминали, что везде ходят вместе, и останавливались, чтобы дождаться тех, кто оказался позади. Из-за этой суеты движение их сильно задерживалось: то один шуршик спотыкался о другого и падал в воду, то второй терял в неразберихе спутника и отказывался идти дальше, пока его не найдёт…

Шуршики – компанейский народ. Если у кого-то из них возникали неприятности, они собирались вместе вокруг пострадавшего и как могли старались ему помочь. Но чаще всего это ценное качество в шуршиных масштабах создавало ещё больше проблем.

Наконец дрязги были улажены, и радостная компания выбралась к заводи, где журавли каждый год устраивали гнездовье.

Некоторые из птичьих пар уже танцевали на болотных просторах «брачные» танцы. Самцы кружили вокруг самок, расправив крылья, и, запрокинув головы, издавали сложные мелодичные звуки. Они подпрыгивали, наклонялись, хлопали крыльями и подбрасывали кверху веточки. Самки охотно отвечали на ухаживания, только крылья держали сложенными.

Другие пары уже приступили к созданию гнёзд для будущих кладок – они таскали растущую неподалёку осоку, укладывали её в аккуратные кучи и тщательно трамбовали.

Шуршики знали, что мешать прекрасным птицам было нельзя, поэтому сгрудились в сторонке и терпеливо ждали, пока ритуальные действия завершатся, и вернувшихся с зимовья соседей можно будет как следует обо всём расспросить.

Однако не у всех хватало терпения сидеть на месте до конца.

– А где господин Старый Почтенный Журавль? – устав ждать, спросил совсем маленький шуршик, стеснительно выглянув из-за спины старшего собрата.

– Да, где он, где он? – загалдела остальная молодежь, справедливо решив, что, раз тишину нарушил один, то можно и всем.

Стоявший неподалёку взрослый журавль, в прошлом воспитавший огромный выводок птенцов, махнул крылом в сторону.

– На том конце заводи, – терпеливо ответил он.

Будучи одним из товарищей Старого Почтенного Журавля, он всегда знал, где тот находится. Также он знал, как сильно шуршики любили слушать рассказы старика о путешествиях стаи, и что больше других птиц они ждали с моря именно его.

Суетливая компания поспешила в указанном направлении и с большой радостью обнаружила, как Старый Почтенный Журавль что-то высматривал среди болотных кочек. Шуршики в мгновение ока окружили его дружной толпой.

– Господин Почтенный Журавль, расскажите нам про море! – запросили они. – Расскажите, расскажите про море!

– Тише, тише, – сказал Журавль. – Не шумите так.

– А море большое? – спросил один маленький шуршик из прироста этого года.

– А камыши на нём есть? – поинтересовался другой.

– А кочки? – осведомился третий.

– Не все сразу! – взмолился Старый Журавль. – Море – солёное и очень глубокое, на нём не растёт камыш. Но рядом с ним бывают дивные заболоченные места…

– Что значит «солёное»? – спросил кто-то из новеньких шуршиков, ещё не слушавших рассказов о море.

– Солёное – значит… – Старый Журавль задумался. – Значит… в нём другая вода.

– Какая другая? – не унимался малыш. – А кто в нём живёт? А оно далеко?

От бесконечной болтовни неугомонных существ голова у Старого Журавля пошла кругом.

– Расскажу, если пообещаете не перебивать, – строго сказал он.

– Обещаем! – хором ответили шуршики и все как один вперились в него блестящими глазками.

– Так вот, – сказал Старый Журавль, глубоко вздохнув. – Море отсюда очень далеко. Вашим ходом месяца два топать придётся, а то и больше. Сначала всё время на юг, потом чуть на запад и снова на юг.

– А где это – запад? – спросил очередной маленький шуршик.

– Тсс, – шикнул на него кто-то из старших. – Запад – там, где садится солнце.

– Совершенно верно! – похвалил Старый Журавль познания шуршика и продолжил. – Море – это огромный водоём, оно намного больше, чем любое болото, которое вы можете представить. Если смотреть на него с берега, то до самого горизонта перед вами будет одна вода.

– Ого, – зашептались шуршики, которые слушали рассказ Старого Почтенного Журавля впервые. Те, что были постарше, просто кивали.

– В море живут рыбы – вроде тех, что бывают у нас в заводях, только больше и ярче. Некоторые рыбы походят на бабочек – они такие же красочные и нарядные. Ещё там живут морские звёзды, и их иногда выносит волнами на берег…

– Ух ты! – восхищались слушатели один за другим.

– А по дну там ползают крабы и морские ежи, – рассказывал Журавль, польщённый пристальным вниманием. – Последние чем-то походят на вас, только колючие.

– Может быть, они наши дальние родственники? – предположил один из шуршиков.

– Это вряд ли, – рассмеялся Журавль и, кашлянув, снова приобрёл важный вид. – Погода там постоянно меняется. Вместе с ней преображается и само море. Оно то тихое и гладкое, как наше болото в безветренную пору, то, бушуя, выходит из берегов и грозится снести всё на своём пути…

– Наверное, это опасно! – воскликнул какой-то очень осторожный шуршик. – Зачем жить в таком жутком месте?

– Ну… – смутился Старый Журавль. – Это только одна его сторона. На море есть много прекрасного.

– Что это? Что это? – заголосили шуршики.

– Долина лотосов, например, – Журавль качнул головой. – Лотосы – самые удивительные цветы из всех, что мне доводилось видеть. Вырастая из ила и грязи, они остаются белоснежными, как перья в крыльях стерха, а от их сияния слепит глаза…

Рассказывая всё это, Журавль смотрел вдаль невидящим взглядом. Казалось, что в эти минуты он находился там, в долине лотосов, так восхищавшей его, а вовсе не на болотах среди травяных кочек и торчащих из воды мшистых стволов. Слушая его, шуршики сами не заметили, как притихли.

– А какое над морем небо – вы не представляете! – мечтательно вздохнул Журавль. – Когда огненный шар солнца спускается за горизонт, и вода, и облака над ней окрашиваются в нежнейшие тона. Медленно погружаясь в море, солнце полыхает как огонь, и кажется, что оно поджигает воды. А потом в небе зажигаются мириады звёзд, и ты чувствуешь себя маленькой песчинкой в огромной вселенной, – голос Журавля дрогнул, и он прослезился.

– Вот бы и нам увидеть море, – пролепетал маленький шуршик и тут же получил веточкой по голове от старшего собрата.

– Ты что, не слушал, что говорил господин Почтенный Журавль? Идти туда очень долго и, должно быть, страшно опасно.