Александра Ушакова – Кровь и Корона (страница 12)

— Тогда мы будем сражаться, — ответил Хелвард. Его рука уже светилась магией, готовой к удару.

Они добрались до подножия башни. Она казалась почти пустой — все стражники были брошены на отражение атаки флота. Халлас достал ключ, который дал ему Рикус, и вставил его в потайную, замаскированную под камень дверь в стене.

Замок щелкнул. Дверь бесшумно открылась.

— Я иду один, — сказал Халлас. — Если нас будет больше, они почуют. Это моя игра.

Хелвард кивнул, и в его глазах была решимость.

— Мы прикроем тебя снаружи. Если через час ты не выйдешь... мы войдем. С боем.

— Договорились, — Халлас улыбнулся, оскалив клыки. — Я кот. Я всегда возвращаюсь.

Он исчез в темноте прохода.

Башня гудела отдаленными звуками битвы. Где-то наверху Мареке, наверное, ругалась, глядя на флот, который крушил ее город. Халлас бежал по винтовой лестнице, перепрыгивая через ступеньки, чувствуя, как адреналин разгоняет кровь.

Кабинет Мареке был на пятом этаже. Он ворвался внутрь, не тратя времени на осторожность, и сразу начал обыскивать стол. Ящики, папки, свитки — бухгалтерия должна быть здесь.

Он нашел ее в нижнем ящике, запертом на сложный магический замок. Но альдеровые перчатки легко справились с ним — они срезали замок, как нож масло, оставляя ровные, чистые срезы.

Халлас вытащил тяжелую книгу в кожаном переплете, украшенную серебряными уголками, и открыл ее. Списки сделок, имена, даты, суммы. Доказательства.

— Есть, — прошептал он, чувствуя, как в груди разливается ликование.

Но в этот момент за его спиной раздался ледяной, знакомый голос.

— Ты должен был быть мертв.

Халлас медленно обернулся. В дверях стояла Мареке. Ее уши были прижаты к голове, хвост бил, как стальная плетка. В ее желтых глазах горела чистая, животная ярость.

— Ты обманул меня, — сказала она, делая шаг вперед. — Ты привел сюда магов. Ты украл мою бухгалтерию. Ты предал меня.

Халлас спрятал книгу за спину и оскалился в ответ.

— Ты сама научила меня врать, Мареке. Ты научила меня, что выживает тот, кто хитрее. Ты — мой учитель.

— Я дала тебе дом! — ее голос сорвался на крик, в котором слышалась боль, смешанная с яростью. — Я дала тебе семью!

— Ты дала мне демона! — рявкнул Халлас в ответ. — Ты посадила в меня паразита, чтобы я не мог уйти! Но я ушел.

Мареке зарычала — по-настоящему, как дикий, раненый зверь. Ее когти вытянулись, став похожими на кинжалы, и она прыгнула на него.

Халлас увернулся, чувствуя, как ее когти рвут воздух рядом с его лицом. Он выхватил из-за пояса кинжал и приготовился к бою. Но Мареке была быстрее. Она ударила его ногой в грудь, и он отлетел к стене, ударившись головой о камень. В глазах потемнело, и мир поплыл.

— Ты умрешь, кот, — прошипела она, подходя ближе, и в ее голосе было обещание мучительной смерти. — Я вытащу твоего демона и скормлю его тебе. Кусок за куском.

Но в этот момент стеклянное окно взорвалось, разлетаясь на тысячу осколков.

В комнату влетел Хелвард, его руки светились голубой, пульсирующей магией. Следом за ним — Роза, с клинками наготове, ее глаза горели холодной решимостью.

— Мы прикрываем тебя, — сказал Хелвард, вставая между Халласом и Мареке. — Бери бухгалтерию и уходи.

Халлас поднялся, чувствуя, как теплая кровь стекает по его виску.

— А вы?

— Мы догоним, — сказала Роза, и в ее голосе была сталь.

— Мы будем драться, — Хелвард улыбнулся, впервые сняв маску, и в его глазах была решимость. — За брата. За учителя. За нас.

Халлас кивнул, чувствуя, как в груди разливается странная, теплая благодарность. Он выскочил в разбитое окно, цепляясь когтями альдера за стену, и начал спускаться вниз.

Он бежал, прыгал, перелетал с балкона на балкон, и ветер свистел в его ушах. Внизу полыхал город, и флот архимага уже высаживался на берег, сметая остатки сопротивления.

Он добежал до воды, где его ждала лодка. Запрыгнул в нее, оттолкнулся от причала и поплыл к кораблю Глеотхайна, чувствуя, как каждый гребок приближает его к свободе.

На палубе его встретил архимаг. Его лицо было суровым, но в глазах горела надежда.

— Принес? — спросил он.

Халлас вытащил тяжелую бухгалтерскую книгу и протянул ему.

— Вот. Теперь сними с меня демона. Ты обещал.

Глеотхайн взял книгу, открыл ее на первой странице. Его лицо стало серьезным, сосредоточенным.

— Ты сделал это, мальчик. Теперь мы узнаем правду.

Он поднял руку, и в небе ударила молния — финальная, прощальная, как вздох умирающего города.

Город горел. Башня пылала, выбрасывая в небо столбы черного дыма. Мареке была мертва. А в руках архимага лежал ключ ко всем тайнам.

— Это конец, — сказал Глеотхайн, глядя на руины.

Халлас посмотрел на горящий город, на дым, поднимающийся к небу, и покачал головой. В его глазах отражалось пламя.

— Это только начало.

Глава 9: Глубина и свет

Халлас уже почти добрался до корабля Глеотхайна, когда земля под башней содрогнулась от чудовищного толчка.

Взрыв.

Он был глухим, тягучим, словно сама земля застонала от невыносимой боли, разрываясь изнутри. Из-под основания башни вырвался черный, маслянистый дым — густой, почти живой, пульсирующий, как сердце мертвого бога. А следом за ним полезло оно.

Существо было огромным — аморфная, бурлящая масса, сотканная из щупалец, бесчисленных зубов и горящих глаз. Оно росло прямо на глазах, поднимаясь над руинами башни, и его голос, похожий на скрежет тысяч камней, разнесся над водой, вселяя ужас в сердца всех живых.

Русалки поднялись из глубины. Их глаза больше не были любопытными — они горели яростью и голодом, и они начали таранить лодки, разрывать сети, хватать людей за ноги и утягивать в темную, ледяную воду. Морские черти, дремавшие на дне столетиями, пробудились и набросились на корабли флота, пробивая днища своими рогами, их фиолетовые прожилки пульсировали в такт битве.

— Отступаем! — закричал Глеотхайн, и его голос был полон отчаяния. — Это ловушка! Она привязала чудовище к башне! Мы не победим его здесь!

Но было поздно.

Одна из русалок, самая быстрая и наглая, схватила Халласа за ногу. Он почувствовал, как ледяные, скользкие пальцы сжались вокруг его лодыжки, и его рвануло вниз, в темную, кипящую пузырями воду, полную криков и обломков.

— Хелвард! — успел крикнуть он, захлебываясь, прежде чем вода сомкнулась над его головой.

Вода сомкнулась над его головой, поглощая свет и звук, оставляя только глухую тишину.

Он падал в глубину, а вокруг кружились русалки — те самые, что он видел в своем видении. Их лица, прекрасные и жуткие одновременно, улыбались ему, обнажая ряды игольчатых зубов. Они тянули его вниз, в холодную, давящую тьму, где на дне уже ворочалась огромная, слепая тень.

Морской черт.

Его фиолетовые прожилки света пульсировали в темноте, как вены больного существа, и Халлас понял — он снова тонет. Точно так же, как в том видении, которое посетило его в самом начале. Но теперь он знал, что это не видение. Это реальность.

«Ты украл мою бухгалтерию, — услышал он голос Мареке в воде, шепчущий, как проклятие, как последний вздох. — Ты украл мою семью. Теперь ты утонешь, как утонула я. Ты будешь смотреть, как твой демон пожирает тебя, и никто не спасет тебя».

Халлас сжал кулаки. Он чувствовал, как его легкие горят от нехватки воздуха, как ледяной холод сковывает его тело, как чернота сжимает его разум в тиски.

Но он не сдавался. Инстинкт выживания, отточенный годами на улицах, заставил его действовать.

Он ударил русалку когтями альдера, и она взвизгнула, отпуская его ногу, оставляя на коже глубокие царапины. Второй удар — в морского черта, но тот только оскалился в ответ, его огромные глаза, полные древней злобы, уставились на него.

Халлас отчаянно греб к поверхности, чувствуя, как силы покидают его, как темнота застилает глаза, как легкие разрываются от крика.

И в этот момент молния разрезала воду.