Александра Ушакова – Границы крови. Остров ветров (страница 22)
Келпи под тяжестью веса Ферала свалился на снег, продолжая гудеть. Дест слез с него, накидываясь на второго коня, который уже готовился напасть на Алекс. Он даже не успел ничего понять, как его морда оказалась в цепких лапах огромной химеры, похожей одновременно и на медведя, и на горного льва, и на волка. Дест почувствовал — буквально почуял — страх, блеснувший в теле речного коня.
Ферал вытащил когти из головы извивающегося Келпи, борющегося за свою жизнь, и приземлился на землю на все четыре лапы, загораживая собой Алекс. Сквозь руки, прикрывающие лицо, она с опаской наблюдала за всем действом, всё ещё лёжа свёрнутой на земле.
Келпи, гудя от страха и полученных ран, как можно быстрее отскочили от громадного зверя, запрыгивая обратно в болото, где они снова будут в безопасности.
Дест, стоя на холодной земле мягкими подушечками лап и выпуская белый пар из длинной пасти, наконец мог расслабить своё новое тело, всё ещё кипящее от беспорядочных эмоций и ощущений. Трансформация произошла слишком быстро — но иначе быть не могло. Возможно, если бы не Протектор, он бы даже не пережил этот переход. Он даже не знал, как сделал это. Не знал, как трансформироваться обратно. Более того, к нему постепенно приходило понимание, что что-то не так, и сознание задавало вопросы: «Почему я стою на четырёх ногах?», «Почему я чувствую хвост?»
Зато он точно знал, что спас её. Маленького беззащитного человека.
Ферал обернулся к Алекс, которая смотрела на него предельно широкими глазами, будто не хотела упустить ни одного события, происходящего перед ней. Нужно было что-то сказать ей. Успокоить её.
Но как только Дест попытался открыть звериную пасть с выступающими длинными клыками, чтобы произнести хоть что-то, мир перед ним вновь закружился, потемнев. Принц сбился с ног, теряя интуитивный навык стояния на четырёх лапах; как если бы в его глазах выключили свет, а потом ударили чем-то тяжёлым по голове, заставив его потерять сознание и упасть с грохотом на землю рядом с ошарашенной девочкой.
Очнувшись через неопределённое время, первое, что Дест почувствовал — его шерстяная морда уже не лежала на снегу. Под ней была подложена мягкая сумка, набитая какими-то вещами, отчего она была больше похожа по ощущениям на подушку.
Второе — он уловил невероятное чувство тепла.
Дест раскрыл веки пошире, пытаясь сфокусироваться хотя бы на чем-то. Перед ним был зажжённый костёр — источник того самого тепла, и прямо рядом с костром сидела та самая девочка. Она увлечённо точила кухонным ножом толстую палку, судя по всему, пытаясь создать импровизированный кол.
Боясь, что может напугать её, Дест постарался как можно бережнее шевельнуться, без резких движений поднимая голову с сумки. Девочка заинтересованно подняла на него взгляд, заметив движение. Она тут же положила палку на землю и подскочила к Фералу, усевшись рядом с ним на колени. Дест поймал на себе её любопытный сверкающий взор милых серебристых глаз.
До этого ему показалось, что она совсем крошечная, но теперь, вблизи, можно было предположить, что ей точно больше двенадцати лет. Короткие, взъерошенные чёрные волосы — прямо как у него — обрамляющие её испачканное от незадавшегося утра тонкое лицо, покрытое множеством мелких царапин. Тонкий нос с горбинкой и длинный, зашитый тёмными нитками, порез прямо возле левого глаза, проходящий вдоль её виска. Девочка обвила руками колени, и Дест заметил на её кистях несколько свежих царапин, вероятно, оставшихся от ударов копытами Келпи.
— Хорошо, что ты очнулся. Я уже начала думать, что ты умер. — Её звонкий голос ударил по стоячим на макушке ушам, заставив их одёрнуться. — Ни разу не видела, как человек превращается в Ферала. Я думала, вы, ребята, злые, как Келпи. Но ты помог мне, и я хотела сказать тебе спасибо. Ты же понимаешь меня? — девочка бормотала очень быстро, чувствовалось, что она всё ещё на эмоциях после произошедшего. И слышно её было слишком хорошо.
Дест приподнялся на передних лапах с земли, немного отряхиваясь от выпавшего на его шерсть снега. Голова всё ещё ходила ходуном, а все воспринимаемые его органами чувств ощущения были гиперболизированы и слишком навязчивы, их было даже затруднительно профильтровать. Он сделал вторую попытку заговорить — но, открыв звериную пасть, не смог произнести ни слова, а только тихий горловой хрип; его связки не адаптировались к речи, и он не мог разобраться, как ими правильно управлять.
— Всё в порядке? — уточнила она, видя, что Ферал пытался что-то сказать, но прекратил попытки выдать какие-то внятные слова и просто кивнул. — Не знаю, что ты делал в лесу рано утром, но я рада, что так получилось, — продолжала улыбаться девочка. — Меня зовут Алекс.
Дест удивлённо посмотрел на неё, неспособный представиться в ответ. Она протянула свою тонкую руку Фералу, словно ожидая, что он пожмёт её в ответ, но у зверя лишь слегка приподнялся уголок пасти.
Дорога в Фалмир была теперь закрыта. В столице строгие правила касательно звероподобных рас, и всем известно, что появись там Ферал без заранее полученного на то разрешения, и он столкнётся с жёсткими последствиями в виде Охотников, которые там выполняли роль хранителей порядка и безопасности мирных жителей. Другой вопрос, что вообще в лесу Алекс делала одна? На многие километры здесь нет ни одного города и села, значит, она всё это время шла в одиночку, без чьей-либо помощи. Возможно, она потерялась и её давно ищут.
Дест полностью встал с земли и в последний раз отряхнулся. Алекс встала за ним следом, поднимая с земли помятую сумку и закидывая её за спину.
— Я шла в Боско, но немного заблудилась, кажется.
Осмотревшись вокруг и найдя пик Эрры, Дест поднял переднюю лапу, указывая направление на север. Та понятливо кивнула.
— Ты не идёшь туда?
Немного пригнув уши, Дест покачал головой. Алекс на минуту задумалась, смотря в сторону, куда указал ей Ферал. На улице уже полностью посветлело и сквозь деревья пробивались яркие солнечные лучи, отражаясь от белоснежных сугробов. Ей предстояло ещё целый день идти в одиночку до города, чтобы там тоже быть в своём свободном одиночестве в поисках каких-то подсказок о своём происхождении, в поисках нового дома.
Или…
— Я могу пойти с тобой? — решилась спросить Алекс, смотря наверх в огненные глаза Ферала.
Дест прочитал это одиночество в её глазах. Он точно не знал, сколько она уже находилась в этом бескрайнем лесу одна, но это было огромное везение, что она всё ещё жива. Он и сам думал предложить ей пойти с ним; оставлять её здесь одну было последним, что он бы сейчас хотел сделать.
— Д-да… — с большими усилиями выдавил из себя Дест, больше рыча, нежели произнося эти две буквы.
Только после того, как он озвучил своё согласие, вспомнил, что не учёл одной вещи.
СЛИЯНИЕ
Передвижение на четырёх лапах ощущалось как полёт. Несмотря на потяжелевшее раза в три тело, распределённый по всем четырём лапам вес давал ощущение лёгкости. Сложно лишь было держать тяжёлую голову. Постоянно в разные стороны поворачивались острые уши на макушке, улавливая малейшие шорохи вокруг.
Дест и Алекс шли неторопливо сквозь лесную чащу, наслаждаясь тёплыми лучами солнца. В последнее время оно светило крайне редко, на протяжении целого месяца Северный Остров был погружён в серую зимнюю спячку, и теперь яркое солнце на безоблачном небе намекало на то, что весна уже близко, а за ней — долгожданный Терэн.
Пока они шли, у Деста всё лучше и лучше получалось произносить слова. Его голос отличался от родного, человеческого: он был ниже, более хриплый, периодически вырывалось рычание и шипение вместо звуков и букв. Алекс же терпеливо вслушивалась в каждое его слово, стараясь не перебивать Ферала. Он даже смог назвать ей своё имя.
— П-почему… Не вер-р-нулась… домой? — запинаясь, спросил он.
— Домой? Было бы куда возвращаться. — Алекс усмехнулась, стараясь не показывать затаившуюся грусть и неуверенность. Она не могла выкинуть из головы мысли о Фрэе; она бросила его в Кеолане, сбежала как последний трус. Один он точно не решится оттуда уйти. Получается, что Алекс обрекла его на многие годы жизни в детском доме в одиночестве.
Дест спокойно кивнул, продолжая идти вперёд. Ему было интересно узнать подробности её истории: как она оказалась в Хассанском лесу, откуда она, и где её родители. Но ей нужно было время.
По пути они встретили свежие следы раздвоенных копыт и решили пойти в обход основной тропы; Келпи начали отходить от болот и рек всё дальше, а значит запасы рыбы оставляли желать лучшего.
Когда заброшенный дом уже показался на горизонте, Дест подумал о том, что Алекс явно не будет счастлива находиться в такой загнивающей халупе, где, несмотря на трёхдневную уборку, всё ещё царила разруха. В какой-то мере ему было даже неловко вести за собой ребёнка в такое место, когда раньше он бы смог взять её в замок, где были бы самые лучшие условия, чтобы она смогла расслабиться и прийти в себя после травмирующих событий.
Но туда дорога отныне закрыта, как и в Фалмир, пока Дест всё ещё ходит на своих четырёх.
Когда они приблизились к дому, он попросил Алекс постоять снаружи, в то время как сам, толкнув лапой скрипящую дверь, вошёл внутрь.