Александра Ушакова – Границы крови. Остров ветров (страница 2)

— Я бы на твоём месте бежал, дружище, — взволнованно сказал златовласый Киру.

Он суетливо обошёл диван, поприветствовав остальных Эберштейнов, и подошёл к окну. Встав рядом с Киром, он нервно оглядывал ночную улицу, как если бы высматривал кого-то, бегая глазами по территории поместья.

— Ты знаешь, я ненавижу, когда ты так делаешь, — ответил Кир, показательно скрестив руки на груди. Сам Къяр Маэлдорн не раздражал Кира, однако его вечно суетливое поведение — ещё как. И сдерживать раздражение было не самой сильной стороной Эберштейна. — Ты весь вечер снова где-то шныряешь, оставив меня с этими занудами наедине, а теперь врываешься и предлагаешь мне бежать?

— Да, именно так, потому что Джевехард с минуты на минуту будет здесь. И ему, вроде как, не терпится с тобой о чём-то поговорить. — Къяр, будто бы смутившись, отвёл взор прочь от друга.

— О чём? — нахмурился Кир, недоверчиво взглянув на Маэлдорна.

За рабочим столом усмехнулся Десмонд. Он сразу почувствовал что-то неладное, как только нога Къяра переступила порог их дома. Не счесть, сколько раз он говорил младшему брату быть осторожнее с Маэлдорнами, но Кир то и дело отнекивался, скидывая всё на занудность старшего.

— Это может быть не смешно, — пробормотала Никеара с дивана, убирая книгу. Она встревоженно повернула голову к окну, нахмурившись. — Я уже отсюда слышу его возмущённые шаги со стороны поместья Маэлдорнов. Что ты опять натворил?

— Может, тебе и правда стоит бежать, брат, — добавил Десмонд, возвращаясь к письмам за столом.

Кир успел лишь скорчить угрюмую гримасу, как дверь поместья вновь со скрежетом отворилась, впустив холодный зимний воздух внутрь. Послышались несколько грубых ударов сапог об пол, и тяжёлые неторопливые шаги устремились по коридору. Казалось, все в комнате затаили дыхание, пока в светлую гостиную не вошёл мрачный Джевехард Эберштейн.

Его взгляд был такой же тёмный, как и его одежда. В руке он держал трость с серебристым наконечником, а из-за капюшона его плаща выглядывали всё те же непослушные рыжие волосы. Он окинул глазами своих детей и Къяра, который точно так же стоял, смотря в окно, не решаясь повернуться назад. Никеара приподнялась из-за дивана, опершись на его спинку, и посмотрела на отца. Тейм, сидевший возле камина, тут же встал и дёрнулся к Джевехарду, но получил резкий кивок головой от старшей сестры, который заставил его быстро замереть на месте.

Джевехард снял капюшон, с которого посыпались остатки снега на шерстяной ковёр, и сделал несколько шагов вперёд в сторону стены, где стояли Кир и Къяр. Маэлдорн нервно вздохнул, а Эберштейн сохранял спокойствие на своём лице, неторопливо опуская скрещённые руки вниз.

— Я могу ошибаться, — начал глава семьи, остановившись возле обоих парней. Его грубый холодный голос заполнил собой всю комнату, оставляя после себя глухое эхо, делая паузу между словами невыносимо тихой, — но у меня складывается впечатление, что ты нарочно испытываешь моё терпение. — Он сверлил взглядом своего сына, не обращая никакого внимания на Къяра. — Мало того, что ты снова без моего ведома был один в Фалмире, так тебе ещё показалось отличной идеей напасть на троих людей! И ты даже не позаботился о том, чтобы замести следы.

Кир в недоумении повернул голову, посмотрев на Къяра. Положение его друга ничуть не поменялось, словно он также не замечал присутствия Джевехарда и всячески избегал зрительного контакта. Вот мерзавец. Кир закатил глаза и покачал головой в стороны.

— Они живы, — отмахнулся он. Его голос стал заметно серьёзнее, чем был до этого, будто он старался походить на отца, однако в своём стремлении упирался в свою же неприязнь к нему. — И я не оставил своихследов. Охотники не подумают, что это мы. Это мог быть любой Драхас.

— Да, ведь на этом Острове полным-полно других Драхасов, помимо Маэлдорнов и чокнутой семейки в Валласе! Просто замечательно! — Ответил Джевехард, однако его тон явно не был наполнен радостью. — Делаешь успехи, не прибавляя в столице трупов. Только вот Охотникам всё равно, кто именно это был — главное, что Драхас. И ты своим глупым поведением в очередной раз подрываешь доверие к нам и Протектору.

— И почему мне не должно быть всё равно? — вздохнул Кир, отходя на несколько шагов от Джевехарда ближе к сестре, и та неодобрительно помотала головой. Осуждает его, но он привык. — Может, люди увидят, какие Драхасы плохие, и сбудется заветная мечта Никеары — и все откажутся от Протектора! — Кир улыбнулся с издёвкой, понимая, к чему это может привести.

Къяр наконец обернулся в их сторону, украдкой оглядывая каждого по очереди, словно боялся задержать взгляд на ком-то одном. Рядом с раздражённым Джевехардом Маэлдорн заметно нервничал, но отойти не осмеливался.

— Я очень рад, что тебе весело, Киленосарос, — сказал старший Эберштейн, последовав за сыном. Кир слегка поёжился от звука своего полного имени: отец обычно использует его, когда у того проблемы, — но ты играешь с огнём, и играешь очень неумело.

Отец встал возле Кира и без всякого удовольствия изучал его сверху вниз. Из всех своих детей больнее всего было смотреть в глаза Кира. Больно, а от того и ненавистно.

— Есть что добавить? — уточнил Джевехард.

— Да, — тут же ответил Кир. — Иди к чёрту.

Десмонд закрыл лицо рукой, предвещая динамичное развитие конфликта. Никеара, отвернувшись, вновь прижалась к спинке дивана, делая вид, что её в этой комнате нет. Къяр нервно вдохнул воздух, наблюдая за происходящим. Тейм всё ещё не двинулся с места.

В этот момент внешность Джевехарда начала стремительно преображаться: кожа потеряла привычный тёплый оттенок, сменившись на тёмный, грязно-серый цвет, глаза наполнились ярко-синей краской, а из его рта торчали огромные острые зубы, будто готовые в любой момент вцепиться в лицо Киру. На висках и шее проступали мелкие острые шипы. Мужчина, только что всем своим видом похожий на обычного аристократа, за считаные секунды раскрыл всю демоническую сущность, умело скрытую ранее за очеловеченным лицом.

Одним грубым движением, отточенным за многие годы, Джевехард схватил сына за шею, сдавливая ему гортань, и сделал ещё один шаг вплотную к нему. Кир от таких жгучих ощущений также потерял человеческий вид: на его голове из-под волос выросли тонкие острые рога, кожа потемнела, лишившись красок, от светло-голубых глаз не осталось и следа. Он ворчливо зашипел, обнажая заострённые клыки и держась когтистыми руками за хватку отца на своей шее.

— Делай вид, что не боишься меня — мне это не помешает оторвать твою голову и скормить её Фералам, — прорычал Джевехард, его голос стал заметно ниже, с явными нотками демонического шипения.

— Освободи меня от этих идиотских разговоров, — шёпотом попросил его Кир, тратя на эти слова последние остатки воздуха из лёгких.

Наконец Десмонд, насмотревшись на очередную семейную драму, поднялся из-за своего рабочего стола и через всю гостиную подошёл прямо к отцу с братом.

— Самое время перестать вести себя импульсивно, — как можно спокойнее сказал он, не обращаясь ни к кому конкретно из них двоих, но потом посмотрел на младшего брата, который старался делать вид, что не задыхается от недостатка воздуха. — А тебе самое время извиниться, — произнёс Десмонд тише, замедляясь на последнем слове, — и не провоцировать никого своей наглостью.

Джевехард отпустил шею Кира, оттолкнув его от себя. Тот чуть не влетел в камин, на секунду потеряв равновесие. Бесспорно, отец был в несколько раз сильнее него, и перед таким хватом Кир едва ли что-то мог сделать. Он провёл рукой по шее и почувствовал, как его кожа в этом месте саднит от длинных когтей отца.

— Тебе пора перестать защищать его, Десмонд, — откашлявшись, сказал Джевехард, возвращая себе благообразный человеческий вид, но не прекращая сверлить глазами Кира. — Он должен уметь брать ответственность за свои действия.

— Мне хочется верить, что Кир начнёт серьёзнее относиться к Протектору, — покачал головой старший брат. — И он обязательно исправится. Да, брат? — Десмонд исподлобья взглянул на Кира, но тот промолчал.

— Киру нравится делать всё наоборот, — с усмешкой подал голос Тейм, вернувшись к деревянным фигуркам. Отец посмотрел на него так, словно только что заметил, что младший сын присутствует в комнате. — Я бы его не защищал на месте Десмонда. Если Кир что-то натворил, пусть отвечает за это сам. За меня Десмонд никогда не вступается!

— Это неправда! — шикнула на него Никеара.

Лицо Кира помрачнело. Он сжал губы и опустил голову вниз, направившись прочь из гостиной, неосторожно обходя Десмонда. Напоследок он обернулся на всех присутствующих из коридора, окинув каждого озлобленным взглядом.

— Беру свои слова назад, — сказал он, — идите все к чёрту.

С этими словами он растворился в темноте коридора и, забрав с вешалки свою чёрную мантию, вышел через главную дверь на улицу. Десмонд сделал шаг следом за ним в попытке догнать брата, но Джевехард тут же выставил перед ним трость, преграждая сыну путь.

Снаружи Кира моментально окутал зимний ветер, сметая с крыши поместья снег, кружа в воздухе, танцуя вокруг него, пока тот пытался надеть мантию поверх рубашки. Следом за Эберштейном на террасу сразу выскочил Къяр, встав рядом с ним.