Александра Ушакова – Границы крови. Остров ветров (страница 13)

Самсон подошёл к Уильяму, резким движением забрав у него клинок из руки и выставляя его перед собой.

— Сейчас я призову королевскую стражу, и вам отсекут ваши звериные головы за дерзость, поднятую против наследников престола, — громко произнёс Самсон, набравшись смелости. Он и впрямь полагал, что это отпугнёт Фералов.

Уильям, наоборот, сделал шаг назад, тяжело дыша. Это было явно лишнее. Старший Принц крепко сжимал в руке клинок, но его кисть начинала дрожать.

Фералы переглянулись и в следующий миг без предупреждения кинулись на братьев.

Уильям, вскрикнув, сорвался с места, убегая через высокую траву прочь. Самсон, немного поскользнувшись на снегу, бросился вслед за ним, пытаясь спастись от когтистых лап Фералов, догонявших его. Такой маленький клинок явно был бесполезен против троих огромных зверей, и Самсон побежал к шатру, чтобы со стола схватить меч. Один из Фералов запрыгнул на этот стол раньше, опрокинув всё оружие на землю и пронзительно рыча. Принц откинул прочь свою идею и как можно быстрее бросился вслед за младшим братом, растворяясь за высокой травой.

Уильям бежал впереди. Оглянувшись, он увидел, что Самсон сильно отстаёт. Тот до последнего не сбавлял скорости, но в конце концов один из Фералов настигнул его, напав сзади, и Уильям услышал лишь крик боли своего брата, звавшего на помощь, но так и не смог заставить себя обернуться назад.

Он продолжал бежать сквозь высокую заснеженную траву, пока прямо перед ним не возник самый крупный Ферал. Он выпрыгнул из высокой травы с открытой пастью навстречу Уильяму, и Принц резко затормозил перед ним, проскользив по натоптанному снегу.

Это был тот самый вожак со шрамами.

Скалясь широкими жёлтыми клыками, он выставил перед собой огромные лапы, преграждая путь Принцу. Уильям потерял дар речи. Этот зверь был на несколько голов выше него, визуально заполнив собой все пространство вокруг. На длинной морде не угасала злоба — его мохнатые брови опустились, сконцентрировав взгляд на Уильяме.

Принц развернулся, чтобы побежать в другую сторону, но Ферал моментально схватил его острыми зубами за ногу, и тот упал на землю, застонав от боли. Зверь отпустил ногу и наступил огромной лапой на кисть Уильяма. Принц чувствовал, как из ноги хлестала кровь; от удара об землю его голова помутнела.

— Мы мстим за своих, ваше величество. За свою стаю. А вы — нападаете на своих же, — прорычал Ферал, — ну и кто из нас животное?

Уильям лишь успел поднять взгляд на чёрные, сверкающие от снега глаза. Что-то было в них ещё, помимо злобы. Что-то более глубокое.

Человеческое.

Принц приоткрыл рот, замерев на полувдохе. Фигура зверя расплывалась, превращаясь в одно сплошное тёмное пятно. Раны пульсировали, не давая почувствовать обжигающий холод снега, и сознание Уильяма угасало, пока он окончательно не утратил связь с реальностью.

ШРАМ

Он Остров — тоже? Он тоже — леденящий океан? Глаза его на снег похожи. Похоже, зверь воссоздавал туман.

Алекс пыталась бежать изо всех сил, но чувствовала, как с каждым шагом у неё всё сильнее кружилась голова, и кровь без остановки сочилась из раны на лице. В страхе оглядываясь по сторонам, она всё же остановилась возле засыпанного снегом вороха прошлогодних листьев и села на него сверху, продолжая осматриваться вокруг. Пытаясь прийти в себя, она тяжело дышала, жадно глотая ледяной воздух, отчего её лёгкие начинали гореть.

На глазах бесконтрольно шли слёзы. Алекс держалась рукой за глубокий порез на виске, из которого кровь тонкой струёй затекала ей в глаза. Укус на плече ныл, но беспокоил гораздо меньше. Произошедшее до сих пор казалось ей чем-то ненастоящим. Всё случилось так быстро, и в то же время длилось мучительно долго, что ей в какой-то момент показалось — смерти уже не избежать. То, что она смогла убежать от этого чудовища, казалось ей невероятным чудом.

Это действительно был монстр во плоти.

Само олицетворение слова «монстр».

Его зловещая морда всё ещё была у неё перед лицом. Полный рот огромных острых зубов, впивающихся в её кожу. Эти синие глаза, в которых не видно ничего, кроме собственного отражения. Тёмная, голубовато-серая кожа, неестественного, нечеловеческого оттенка. Эти длиннющие когти на руках, оставившие этот глубокий порез, прямо в миллиметре от её глаза, чудом не задев его. Огромные шипы на висках, острые рога, смотрящие вперёд.

Алекс знала про демонов. Про них невозможно было не знать, живя на Ниране, где вся флора и фауна имеет либо демоническое, либо теоническое происхождение. Но встретить демона лицом к лицу… Того самого монстра, которому не следует выходить за пределы книг ужасов и страшных снов. Это, несомненно, стало худшим из того, что произошло в её жизни.

«Почему он отпустил меня?»

Когда монстр поцарапал ей лицо, она чувствовала, что была готова сдаться. У неё кончались силы, ей было холодно и больно. Ей казалось, что это последние минуты жизни, но именно тогда монстр дал ей сбежать, оставив напоследок глубокие кровоточащие раны.

Алекс запомнила этот звук — звук ветра, охватившего её, когда она пыталась вырваться из лап монстра. Он завывал, словно шептал невнятные мелодичные слова, своим штормовым потоком проносясь мимо неё. Словно природа пыталась принять участие в этой схватке. Словно сам Остров хотел ей помочь. Алекс никогда не верила словам А-Майи про вмешательства Кванты в жизни людей и других существ Острова, но после этого случая она была готова во многом пересмотреть всё, что знает об этом мире. Если, конечно, доживёт.

Глубоко вздохнув, Алекс медленно поднялась со снега на ноги. Всё тело ныло от боли, голова кружилась от потери крови, но нужно было идти вперёд. Она плохо знала эту часть леса, но ей повезло натолкнуться на следы опилок и саней, тянувшихся от дерева к дереву.

Шаг за шагом, стараясь держать равновесие, Алекс наконец добралась до лесопилки. Стоящая возле калитки Диа сразу заметила окровавленную девочку и без раздумий кинулась к ней, опускаясь на колени, чтобы ближе осмотреть ранения.

— О Духи, что стряслось?! — нервно спросила воспитательница, роясь в плаще в поисках чего-то, чем можно было бы помочь остановить кровь.

Достав тонкий платок из внутреннего кармана, она приложила его к щеке Алекс, отчего та поморщилась, скривив лицо от жжения на коже.

— А-Майя, — прохрипела она из последних сил.

Диа огляделась по сторонам и, заметив подошедшего к калитке работника лесопилки, махнула ему рукой, чтобы он помог ей. Алекс не могла больше стоять на ногах: всё её тело тряслось от холода и усталости. В миг, когда она уже была готова свалиться на землю, работник подошёл к ней, взял на руки и, под нервные переживания Дии, понёс её в направлении Кеолана.

На руках этого мужчины Алекс быстро потеряла сознание, от бессилия провалившись в сон.

Очнулась она уже в комнате А-Майи на втором этаже Кеолана. Это была тёплая и уютная комната, в которой ощущался стойкий аромат дерева и черники. Открыв глаза, первое, что увидела Алекс перед собой, — наклонную стену, по которой плясали тёплые тени от яркой свечи. Они беспорядочно скользили по деревянной маске какого-то животного, висевшей на стене и смотревшей на девочку неровно вырезанными глазницами. Когда Алекс повернула голову в сторону, ей открылся вид на керамическую кружку, наполненную кипятком; над ней струился белый пар, медленно растворявшийся в темноте. Она осторожно приподнялась на локтях, осматриваясь вокруг — Дии уже не было, а А-Майя сидела за старым рабочим столом, разрезая маленьким ножом чернику на кусочки и бросая их в кружку.

— Ты очнулась! — улыбнулась воспитательница, заметив движение со стороны кровати. От улыбки возле её прикрытых глаз образовались мелкие морщинки. — Я была в ужасе, когда Диа принесла тебя в таком виде.

Чудовищно болела голова. Алекс всё ещё чувствовала, как ныла её щека, на которой находился влажный холодный бинт. Укус на плече, на удивление, болел гораздо слабее. Она невольно потянулась рукой к шее — кулон, к счастью, всё ещё был на месте, и она облегчённо выдохнула.

— Что ты делала одна в лесу? — продолжала А-Майя. — Почему ты ушла с лесопилки?

Алекс вновь упала на подушку, чувствуя, что накопленные запасы сил иссякли.

— А-Майя, — Закашляв, она взяла со стола кружку и отпила свежезаваренный чай с черникой, и растекающееся по её телу тепло заставило найти в себе новые силы. — А-Майя, ты когда-нибудь видела демона? — уже громче сказала Алекс.

— Это он тебя так? — нахмурилась воспитательница. — Я много чего видела, и демонов, конечно, тоже. Это часть нашей жизни. И часть Острова, — задумчиво добавила она, на долю секунды погрузившись в воспоминания.

— Почему Охотники не истребили демонов? — недовольно спросила Алекс, снова пытаясь подняться с кровати. Выпрямившись и свесив ноги вниз, она почувствовала, как обжигает рана на её щеке возле глаза. А-Майя тут же пододвинулась ближе, рукой придавив бинт плотнее к её лицу.

— Их нельзя истреблять только потому, что нам далёко их существо, — пояснила старушка. — Так же как им — наше. Остров — и их дом тоже. Мы здесь были не первые, и любые существа важны для Острова, а Остров – важнее всего.

Алекс не захотела задавать ещё больше вопросов, потому что такой ответ её не устроил. После чувства страха и жалости к себе, прокручивая раз за разом фрагменты нападения в голове, она всё больше чувствовала растущую внутри злость. Она фантазировала о том, как перед самым нападением хватает свой лук и стрелу, целится монстру в самое сердце и безжалостно выстреливает, сбивая его с ног. А-Майя точно не понимала того, с чем столкнулась Алекс, раз так легко встаёт на сторону этих монстров.