Александра Стрельцова – Развод. Во власти врага (страница 10)
Света нервно провела рукой по волосам, её взгляд метнулся к двери, а потом снова ко мне.
– Послушай, я вижу, как он на тебя смотрит. Не как на клиента. Ты сейчас уязвима. Очень. А он… Он всегда получает то, что хочет. А хочет он навредить Мише. Используя всё, что будет под рукой.
Она выдохнула, и на её лице отразилась смесь заботы и какого-то странного, лихорадочного возбуждения.
А меня вновь пробило ознобом.
– Он, кажется, заинтересовался тобой больше, чем клиенткой, и это опасно. Для тебя. Для твоего душевного состояния. Лучше, чтобы все контакты проходили через меня. Я буду передавать тебе информацию, ты будешь в безопасности здесь, с Софией. А я… я с ним справлюсь. Я знаю, как с ним разговаривать.
Её слова повисли в воздухе, густые и тяжёлые.
В них была не просто логика, в них было моё спасение от Белова.
Оградить раненое животное от хищника.
Но в её тоне, в её слишком странной реакции, в этом блеске в глазах было что-то ещё.
Не просто желание защитить.
Была…
…азартность.
Как будто ей самой не терпелось оказаться в этой роли – единственной связующей нити между мной и этим опасным, могущественным миром, который олицетворял Никита Белов.
–Ты дрожишь, как осиновый лист, а он уже хватает тебя за талию в коридоре! Ты думаешь, это случайность? Он проверяет границы. И ты не сможешь ему противостоять. А я смогу. Потому что мы знаем руг друга с детства, мы не чужие люди…
Не успевает Света договорить, как в дверь ванной стучат.
Мы вздрагиваем, а из-за двери доносится голос Никиты, который говорит, что приехал его помощник и нам нужно поторопиться, потому что у него ещё встреча и много работы.
Прежде чем выйти из ванной, Света хватает меня за руку и смотрит в ожидании ответа.
Кивок был машинальным, инстинктивным.
Я готова принять любую помощь, лишь бы избавиться от источника непосредственной опасности.
Света тут же преобразилась.
Её губы дрогнули в сдерживаемой, странной улыбке, её глазах блеснул тот самый лихорадочный огонёк, который так меня смущал.
Она быстро поправила блузку, провела рукой по волосам, словно готовясь не к переговорам, а к выходу на сцену.
– Пойдём, – бросила она мне, уже открывая дверь.
Её голос звучал твёрже и увереннее, чем минуту назад.
В гостиной было тихо, если не считать детского лепета Софии, которая что-то рисовала за столом.
Меня пугает поведение моей малышке, она совсем не боится посторонних людей.
Вот и сейчас, находясь с двумя посторонними мужчинами, она спокойно рисует в своём альбоме, не обращая на них никакого внимания.
Для меня же воздух сгустился от присутствия мужчин.
В кресле у окна сидел молодой подтянутый человек в безупречном костюме – помощник.
Перед ним на журнальном столике лежал раскрытый кожаный дипломат и аккуратная стопка документов.
А в большом кресле, которое всегда занимал Миша, расположился Никита.
Он откинулся на спинку, закинув ногу на ногу, и держал в руках папку, но не читал.
В его позе была расслабленность хищника, наблюдающего за приближением добычи.
Он осмотрел нас
Точнее, его взгляд скользнул по моему лицу, волосам, задержался на мгновение.
После чего он поморщился.
Да, мы не успели сделать укладку и макияж.
Даже про бирку забыли!
Мы с Светой опустились на диван, я – как можно дальше от кресла Никиты, она – ближе к краю, словно готовая в любой момент вскочить.
Помощник – Артём, как он представился, начал объяснять условия доверенности, расписывать полномочия.
Его голос был монотонным, профессиональным. Я слушаю вполуха, внимательно изучаю каждый лист, который он передаёт мне.
Когда дошло до подписания, я взяла протянутую мне ручку.
Она была холодной и тяжёлой.
Я посмотрела на поле для подписи.
Это был шаг в пропасть.
Но я уже сделала его, когда позволила Белову переступить порог квартиры.
И в этот момент Света положила свою ладонь мне на запястье, мягко, но настойчиво остановив мою руку.
Все взгляды устремились на неё.
– Извините, – сказала она, и её голос прозвучал чётко, без тени нервозности. – Но учитывая… деликатность ситуации и эмоциональное состояние Алисы, мы решили внести коррективы. Все дальнейшие встречи, обсуждения, передача информации – всё будет проходить через меня. Я буду её официальным представителем в общении с вами.
Она говорила гладко, как будто зачитывала заученный текст.
В её тоне звучала забота.
В комнате воцарилась тишина.
София отвлеклась от рисунка и смотрела на взрослых большими глазами.
Помощник Артём перевёл удивлённый взгляд с неё на Никиту, ожидая реакции шефа.
А Никита… Никита медленно опустил папку на колени.
Он не шевелился.
Только его глаза, эти пронзительные серо-голубые льдины, медленно поднялись и уставились на Свету.
В них не было ни удивления, ни гнева.
Было…
…любопытство.
Холодное, аналитическое любопытство, как у учёного, наблюдающего неожиданное поведение подопытного.
Затем его губы медленно, очень медленно растянулись.
Это была не улыбка. Это было обнажение зубов. Пугающее и абсолютно безрадостное.
– Как… трогательно, – произнёс он наконец.
Его бархатный голос был тихим, но каждое слово падало в тишину, как камень в колодец.