Александра Снежная – Приватный танец для Командора (страница 88)

— Тебе правда нравится раздеваться на публику?

— Нет. Ты путаешь стриптиз с пол-дэнсом. Пол-дэнс не предполагает снятия одежды, это танец на пилоне с элементами акробатики. Это эстетично и очень красиво.

В этот момент к нашему балкону подлетели две круглые платформы, заставленные едой. Плавно прокрутившись в воздухе, они опустились на стол, и Торн, отпив из стакана глоток воды, неожиданно спросил:

— И давно ты дружишь с Зартой?

— Больше трех лет. Пассажирский спэйс, на котором она летела, потерпел крушение при посадке. Я вытащила ее из-под обломков. С тех пор Зарта считает меня своим ангелом-хранителем.

— Трех… — задумчиво прищурившись, обронил Райдэк. — С момента нашей с тобой встречи на Обертоне прошло четыре года. И раз ты обещала мне танец-мечту, значит, пол-дэнсу тебя учила не Зарта. Я так понимаю, это дорогое удовольствие? Кто оплачивал классы танцев бездомной сироты?

Лакс, теряю бдительность. И как я могла забыть, что у этого мужчины крокодилья хватка? Я прокололась, а Райдэк теперь землю носом будет рыть, пока не раскопает всей правды.

Не знаю, много ли во Вселенной планет со школами танцев, где преподают пол-дэнс, но точно знаю, что Торн — парень настойчивый, и найдет их все до одной. Думаю, что записи с моими выступлениями до сих пор хранятся где-то в архивах школы.

— Никто не оплачивал, — скатилась до откровенной лжи я. — Мне просто повезло. Рядом с нашим приютом была школа танцев, и они благотворительно обучали нескольких девочек.

— А почему ты выбрала именно этот вид танца? — немного сбавил обороты, но не утратил интереса Торн.

Я выбрала его из вредности и желания досадить деду, а в итоге полюбила всей душой, но Райдэку я ответила иначе:

— Увидела, как на пилоне танцует девушка. Понравилось очень.

Подвинув к себе тарелку, я, пытаясь уйти от скользкого разговора, сосредоточилась на еде, удивленно зачерпнув ложкой плавающие в синей жидкости разноцветные звездочки.

— Это съедобно? — покосилась на Райдэка.

— Этот холодный суп называется "Вселенная", — смело поглощая синюю бурду, улыбнулся он. — Здесь только проктэррианские овощи, залитые соком сантарии.

— На гаспачо похоже, — радостно отметила я, попробовав блюдо на вкус и, найдя совершенно безобидную тему для беседы, стала расспрашивать Торна о гастрономических предпочтениях проктэррианцев. Выяснилось, что они едят много морепродуктов, овощей и растительной пищи, меньше рыбы и мяса, но в любом случае все их продукты натуральные и без синтетических добавок.

После завтрака Торн повел меня учить игре в котч, которая боулинг действительно напоминала отдаленно — больше биллиард, где кием служила рука с шаром.

Шаром следовало попасть в точно такой же, находящийся под одной из стенок, таким образом, чтобы тот, срикошетив, ударил очередной шар. Должна была получиться целая цепочка касательных ударов, загонявшая самый последний биток в центральную лузу.

Игра требовала определенных знаний физики, геометрии, а также навыков и тренировки глазомера, памяти и синхронного взаимодействия с мышцами. Котч сочетал в себе отдых и спорт одновременно. Мне, как натуре азартной и увлекающейся, было понятно, почему он нравился проктэррианским мужчинам. И хотя выиграть у Торна мне не посчастливилось ни разу, время мы с ним провели отлично, за что я его и поблагодарила, как только, вернувшись в док, мы сели во флайкап.

— На Проктэрре несметное количество интересных мест, изобретений и диковинок, — улыбнулся мне Райдэк.

— Хочешь сказать, что мне хватит впечатлений на всю оставшуюся жизнь?

Торн промолчал, уловив четко отслеживающийся ироничный подтекст в моем вопросе. Включив навигаторы, он защелкнул на мне защиту и попросил:

— Обратно давай без фанатизма? Лети осторожнее.

— Слушаюсь, командор, — не настроенная его поддевать, я взялась за штурвал и, дождавшись, когда откроются клинкеты, медленно опустила машину вниз.

Руки почему-то не почувствовали нужной вибрации. Неясное предчувствие стрельнуло где-то в районе затылка и колкой дробью прошлось по позвонкам. Несколько секунд самолет свободно парил над Проктэррой, а потом, заваливаясь на нос, стад падать вниз.

— Агни. Я же просил, — рявкнул Торн, стискивая ладонями поручни.

Отжав штурвал от себя и увеличив тягу, я попыталась переложить педали и выйти из штопора. Бесполезные усилия. Плоскости управления не двигались, и об общем отказе гидравлики мгновенно возвестила воющая сигнализация.

Я переключила тумблер резервной ЭДСУ, а когда в ответ на мои действия флайкап продолжил мертвым грузом лететь к земле, доложила Райдэку:

— Элевоны заклинило, дифференциальный стабилизатор не работает, аварийная система не включается. Мы падаем.

— Лакс, — Торн прижал к панели сенсора свою ладонь, что-то яростно выкрикнув на проктэррианском. — Режим автопилота не отвечает, — вдруг отчеканил он.

От голоса командора повеяло ледяной стужей, и хотя внешне он казался собранным и спокойным, я почему-то чувствовала, что творится у него внутри.

— Катапультируемся, — цепким немигающим взглядом Райдэк следил за высотомером, и убедившись, что уже достаточно низко для корректной работы атмосферной системы аварийного покидания кабины, потянул на себя рычаги.

Из моего подголовника с тихим шуршанием на пол кабины вывалился парашют. При этом замки, удерживающие кресло Райдека, открылись, и само его кресло рывком отодвинулось к задней стенке кабины, после чего встало на катапультные направляющие. Больше ни лакса не произошло.

— Отказ пиромеханической системы катапультирования, — глухо прокомментировал происходящее Райдэк.

— Какого хрена? — выругалась я, понимая, что катапульта тоже не работает. — Ты проверял машину перед вылетом?

— Да, — прозвучало убийственно-спокойное, а следом за ним: — Держись крепче.

Стремительно вращающийся флайкап подбросило так, словно он попал в зону турбулентности, и мой затылок больно припечатало о спинку кресла. Тело повисло на ремнях, а затем машина стала крениться влево и назад, выравнивая свое положение относительно поверхности земли.

— Сейчас ты вытянешь из-под своего кресла запасной комплект, откроешь кабину вручную и выпрыгнешь с парашютом. Сумку оденешь в воздухе. Кажется дрэйкеры это умеют делать с закрытыми глазами.

Я повернулась к Райдэку, мельком мазнув взглядом по его застывшему и непроницаемому лицу. На висках и шее мужчины вздулись вены, лоб покрылся бисеринками пота, а яркое свечение позвоночника было видно даже сквозь плотную ткань комбинезона.

— А ты? — тяжело сглотнув, с ужасом подумала о том, как долго Торн сможет удерживать машину вместе с нами с помощью своей силы.

— Это приказ. Выполнять, капитан, — сдавленно выцедил из себя Райдэк.

— Миссия закончена, командор, — пытаясь не показать, как мне на самом деле страшно, отчеканила я. — Я больше не подчиняюсь твоим приказам. Мы покинем это корыто вместе. По-другому никак.

— Агни, прошу… — просипел Торн. — Пожалуйста. Прыгай. Я долго так не смогу…

В висках гулко бухала кровь, и мой мозг напряженно работал, ища выход. В критических ситуациях я всегда собиралась в кулак, не позволяя себе впадать в отчаяние.

Думай, Агни. Быстро. Времени у тебя почти не осталось. Так, что мы имеем? Проктэррианец-мутант — одна штука; тар дэ, не понимающая, в чем ее смысл — одна штука; и один сломанный флайкап, устройство которого капитан Паркер вспомнит, даже если ее разбудить ночью после жестокой попойки.

— Тар дэ, кажется, увеличивает твою силу? — лихорадочно проговорила я, облизав сухие губы.

— Агни, — с угрожающим рычанием выдал Торн. — Прыгай.

— По существу. Да-нет?

— Да, — зло гаркнул Райдэк.

— Нужен просто телесный контакт или что-то еще?

— Да, — по вискам командора покатились крупные капли влаги. — Твое добровольное согласие поделиться со мной…

— Ты даже не представляешь, какое оно у меня добровольное, — не дав командору договорить, осторожно вытерла ладонью его мокрый лоб, а затем, отстегнув ремни безопасности и выдернув звено отцепки бесполезной теперь кучи тряпок и веревок, рывком перелезла мужчине на колени.

— Твою мать, — прошипел Торн. — Дура. Назад.

— Маму трогать не будем. Мама — святое, — вцепившись в плечи Райдэка, посмотрела ему в лицо. — Ты, главное, не отвлекайся. Делай что нужно, и скажи спасибо, что тебе в тар дэ досталась дура, а не умная и послушная проктэррианка. Тебе за какую часть моего тела больше нравится держаться? Пользуйся моментом, пока я разрешаю, — я несла откровенную чушь, лишь бы отвлечь Торна. Пусть лучше злится на меня, чем сходит с ума от тревоги. — Ты меня крепко держишь?

Шумно выдохнув, Райдэк обнял меня с такой силой, что стало больно. Корпус самолета занесло по кругу, и я, коснувшись губами кончика носа Торна, с улыбкой в голосе прошептала:

— Тише. Что ж ты такой буйный? Все будет хорошо. Я ведь везучая рыжая стерва. Помнишь?

— Глупая, — бессильно выдохнул мужчина. — Я все равно не смогу нормально посадить самолет. В лучшем случае мы свернем себе шеи сразу при падении.

— В лучшем случае мы заработаем себе пару синяков. Отстегивай привязные ремни. У тебя в подголовнике остался исправный парашют, а у меня в кармане отвертка и нож. Я вскрою коробку, и нас выбросит центробежной силой с креслом вместе. Только хорошо пристегни меня к себе.