Александра Салиева – Отчим. Эта девочка только моя (страница 8)

– Ты ещё кто? – нахмурился Дженгиз.

– Климов. Мстислав. Так, мимо проходил, – отозвался парень моей сокурсницы, которую я не сразу, но тоже заметила, сидящую в машине на другой стороне парковки. – Ты? Ну, помимо того, что козёл, пристающий к девушкам посреди белого дня.

Дженгизу услышанное ожидаемо не понравилось, зато мои руки наконец стали свободны. Он отпустил и отвернулся от меня, шагнул к оскорбившему его парню, явно собираясь продолжить диалог уже не на словах, но Мстислав, на удивление, и дальше отличился исключительным хладнокровием. Впрочем, причина тому вскоре стала понятна.

– Тут камеры везде понатыканы, а я обещал своей любимой, что в этом месяце больше к ментам за драку на попаду, так что, если тебе есть, что мне сказать в ответ, давай-ка сперва отойдём отсюда, – невозмутимо проговорил Климов.

Мне аж резко поплохело, стоило только представить, чем это всё может закончиться. Больше, чем от мысли стать женой такому козлу, как Дженгиз. Если Мстислав отправит сейчас этого придурка в реанимацию, то страшно подумать, что станет потом с ним самим. Даже наличие Павлова, не последнего человека нашего города, за его спиной, за которого во второй раз вышла замуж его мать, не станет для Караджа большим препятствием. Хотя бы потому, что их больше, а склонность к кровной мести у них на уровне ДНК. И Ульяна, как назло, находилась слишком далеко, чтобы расслышать беседу этих двоих.

– Так, стоп, – втиснулась я между ними, – никто никуда отсюда не уйдёт. По крайней мере, точно не вы, и точно не вместе. Не хватало ещё, чтобы наши фамилии потом полоскали по всему интернету. Родителям это точно не понравится.

А как моя мать отреагирует на такое и вовсе страшно представить…

Да и с Касьяном объясняться совсем не хотелось. Вообще встречаться с ним.

Хорошо, на мои слова Дженгиз на удивление отреагировал адекватно. А может просто решил, что здесь, под камерами, и впрямь не стоит устраивать никакие разборки. Что бы там ни было, вернул внимание от Мстислава ко мне. Несколько секунд ещё просто смотрел, а затем в очередной раз ухмыльнулся, достал из кармана солнечные очки, которыми прикрыл глаза, прежде чем направиться к дверце машины с водительской стороны.

– Помолвка, кстати, в эти выходные. Надеюсь, к этому времени ты одумаешься, – сказал, дёрнув дверцу своего «гелендвагена». – Увидимся.

Розы остались лежать на асфальте смятой лепёшкой, когда их со свитом от быстрого резкого старта переехали шины внедорожника. И только когда он скрылся за ближайшим поворотом, я позволила себе облегчённо выдохнуть. Пронесло. Провела дрожащей рукой по лицу и тут же поморщилась от поразившей запястье боли.

– Вот дерьмо, – не сдержала ругательства, принявшись с брезгливостью осматривать оставленные на нём следы.

Те уже сейчас бросались в глаза, а к вечеру, уверена, всё станет намного ярче и заметнее.

Ублюдок!

– Плохо выглядит, – хмуро прокомментировал Мстислав. – Сгибать можешь?

Последовала его словам и тут же зашипела от боли, которая пронзила острыми жгучими осколками до самого локтя. Климов стал мрачнее прежнего.

– Да чтоб этого Караджа КАМАЗом переехало, – не сдержала ругательства в сторону теперь уже точно ненавистного женишка.

– Нужно сделать рентген. Поехали в травму. Заодно зафиксируют письменно.

Будто это поможет…

Но спорить не стала. Тем более, боль никуда не уходила, только нарастала. Покосилась на видневшуюся впереди неподалёку свою красную «мазду», представила, как «красиво» с такой травмой буду лавировать среди густого потока других автомобилей и опять поморщилась. Оставлять любимицу не хотелось, но куда деваться?

– Спасибо, – поблагодарила я Мстислава, разворачиваясь в сторону его «камаро».

Не только за последнее предложение, но и за то, что вмешался.

– Да я бы и не лез со своим мнением, но кое-кто мне потом весь мозг съест чайной ложечкой, – проворчал на это парень себе под нос, первым направившись к своей машине.

Улыбнувшись, я последовала за ним. А стоило нам оказаться внутри салона, как запертая там прежде Ульяна завалила меня кучей вопросов.

– Ты как? Всё хорошо? Он тебя не успел сильно обидеть? Что с рукой? Вот же козёл! Мстислав, нам надо в травму!

– Уже, – хмыкнул на это брюнет, заводя двигатель. – Иначе почему она, по-твоему, здесь?

– Ты самый-самый лучший, – чмокнула его девушка в щёку. – Правда же? – обратилась уже ко мне с улыбкой, взлохматив волосы на мужском затылке.

– Настоящий супергерой. Мне б такого, – поддержала я её такой же улыбкой, стараясь не шевелить лишний раз травмированной конечностью.

В травмпункте мне диагностировали сильный ушиб, прописали мази и наложили фиксирующую повязку, выдав освобождение от физических нагрузок. Последнее удручало особенно сильно, так как теннис – единственное, что приносило мне настоящую радость, а теперь я как минимум неделю на корте должна буду на скамье сидеть. Ведь Дженгиз не какую-то руку повредил, а правую. Левой я тоже могла работать, но не так активно. Так что на голову Караджа после услышанного обрушилась ещё парочка-другая десятков оскорблений и проклятий.

– Вот козлина! – поддержала меня и Ульяна, когда услышала вердикт врача.

После чего упросила Мстислава отвезти нас в парк. Сам парень с нами не остался, высадил у входа и, после того как Ульяна клятвенно заверила его, что не выйдет никуда за пределы нашего места отдыха, поехал дальше по своим делам. Тогда же сокурсница вернулась ко всем своим расспросам по поводу произошедшего. Пришлось сдавать все свои явки и пароли.

– М-да, попадос, – вынесла девушка печальный вердикт, когда я закончила с рассказом нашего эпичного с Дженгизом знакомства. – И что, совсем ничего нельзя сделать?

– А что тут сделаешь? Договорённость есть договорённость. Простым «не хочу, не буду» тут не отделаешься, нужно что-то очень и очень весомое.

– Ну да, – тоже призадумалась Ульяна.

Некоторое время мы просто молча шли дальше по петляющей среди деревьев дорожке, пока не вышли к краю обрыва, обнесённого красивой чугунной изгородью. Остановились вдали от остальных гуляющих и несколько минут обе любовались на красивый вид реки с длинным мостом. Волосы трепал тихий по-летнему тёплый ветерок, и я на короткое время позволила себе забыть обо всём плохом, наслаждаясь этим затишьем.

– Знаешь, – заговорила Ульяна по ощущениям вечность спустя, заставляя вернуться к настоящему и его проблемам, – Регина, мать Мстислава, тоже собиралась женить его на одной швабре мармеладной, и Мстислав, чтобы этого избежать, отказался от наследства в мою пользу. Может тебе тоже попробовать нечто такое? Стать для них менее значимой, – предложила.

– Да если б дело только в деньгах было, – вздохнула я уныло, переводя взгляд с реки на неё. – Власть, чтоб её. В ней всё дело. Объединение наших семейных ресурсов поставит Караджа выше других в этих краях.

Девушка на мои слова заметно поморщилась и ответила далеко не сразу.

– Слушай, а твоя мать разве не замужем за Царским? В том смысле, все ваши активы не в его руках теперь?

– Не совсем так. Он ими распоряжается по доверенности, и каждая из нас может всегда их вывести из оборота его дел при желании. Но будь иначе, вряд ли бы мне это чем-то помогло. Если так подумать, Царскому это объединение тоже на руку. Он же относительно, но породнится с Караджа. Так что ему нет смысла мне помогать.

– М-да, – вздохнула Ульяна, снова призадумавшись, после чего на её кукольном личике отразилось возмущение. – Вот никогда я не пойму эту вашу привычку жениться на ком-то ради выгоды!

– Сказала дочка Климова, – подколола я её.

– Вот поэтому и не пойму, – гордо парировала она. – Папа бы никогда так со мной не поступил!

– Это потому что ты и так связала себя с самым подходящим партнёром, – качнула я головой в несогласии.

– Пф! Я тебя умоляю! Во-первых, папа у меня и правда мировой, для него деньги вторичны, а во-вторых… попробовал бы меня кто-то заставить! Я б ему ух! – погрозила кулаком сокурсница, чем изрядно повеселила.

И я вновь поразилась тому, насколько её поведение отличается от того, что все видят изо дня в день в университете. А может она всегда такой была, просто я не замечала, сосредоточенная на учёбе. Мы же с ней раньше никогда и не общались так близко, хоть и сидели за одной партой. Каждую перемену приходил Мстислав и забирал её куда-то с собой. А, оказалась, с Ульяной Климовой очень даже приятно проводить время.

– Ладно, не грусти, придумаем что-нибудь, – толкнула она меня плечом, задорно улыбаясь. – У меня есть друг-юрист, поговорю с ним, может он что посоветует. Хотя он больше по уголовному праву, но да ладно. И папу расспрошу про Караджа, кто такие и чего стоит от них ждать в случае чего. Может и он что подскажет.

– Спасибо, но ты не обязана. Это моя проблема, и…

– И я не собираюсь её решать за тебя, успокойся. Это просто сбор информации. Тебе ведь не помешает.

Не помешает. Тут она права. Так что мне оставалось только снова её поблагодарить. Больше мы о проблемах не вспоминали. Купив кофе в ларьке, вернулись на лавочку, да так и просидели на ней до самого появления Мстислава, болтая ни о чём. Он же и предложил, когда довёз меня до дома:

– Попроси у родителей охрану для себя, если не хочешь повтора сегодняшнего. Я не всегда могу оказаться рядом, чтобы помочь, а твой жених явно не из тех, кто умеет прощать и забывать, – покосился на мою руку.