Александра Салиева – Отчим. Эта девочка только моя (страница 6)

– Касьян… – зову его, тихо всхлипнув.

– Молчи и продолжай, – грубо перебивает он меня.

И я продолжаю. Кружу вокруг клитора снова и снова, низ живота уже сводит от ощущения ноющей пустоты, которую Касьян не спешит заполнять. Стоит там же, где был, сунув руки в карманы, и пристально следит за моими действиями. Можно подумать, скучает, но я-то вижу по глазам, что ему всё нравится. И даже очень. Недаром меньше чем через минуту с его стороны слышится шелест сброшенной с плеч одежды и звук расстёгиваемого ремня. Бляшка звякает, за ней следом вжикает молния на брюках, и моим глазам предстаёт налитая мужская плоть с крупной розовой головкой.

– Хочешь его? – замечает он мой жадный интерес.

– Да, – не скрываю я.

– Сильно?

– Очень.

– Тогда ползи ко мне, Белоснежка.

Новый хлёсткий приказ заставляет вздрогнуть, но я и здесь не смею ослушаться, ставлю ладони на пол и медленно ползу к нему. Замираю у самых ног, продолжая стоять на четвереньках, запрокидываю голову, чтобы видеть его лицо и знать, что он доволен мной.

– Хорошая девочка, – хвалит мужчина.

Следом хватает пальцами свободной руки меня за подбородок, вынуждая запрокинуть голову выше. Сжимает так, что я вынуждена разжать челюсть, а губы сложить трубочкой. Медленно ведёт большим пальцем по ним слева направо, размазывая за пределы алую помаду.

– Маленькая шлюшка, – произносит довольно.

Его собственные губы кривятся в презрительной усмешке, но мне всё равно. Мне нравится эта его грубость. Потому что я знаю, что это всё напускное, а на деле его сжирает тот же огонь, что и меня.

– Раскрой свой ротик пошире, – требует вновь.

И вновь я беспрекословно подчиняюсь ему. Большой палец сменяет набухшая головка, которой он с точностью проделывает то же, что и им до этого. Не выдерживаю и лижу его кончиком языка, слыша над головой шумный выдох.

– Дерзкая.

Да. Здесь и сейчас я именно такая. Сумасшедше-дерзкая, откровенная и не менее порочная, чем он сам. И мне это нравится. Нравится то, что Касьян делает со мной. Раскрывает. Хочется больше понять, на что ещё я способна рядом с ним. И он даёт мне такую возможность.

– Ну давай, покажи мне, как сильно ты его хочешь, – отпускает подбородок, но только чтобы ухватить мои волосы на затылке. – Возьми его.

О, да! Наконец-то! С довольным стоном смыкаю губы вокруг его толстого члена. Вбираю в себя сразу так глубоко, насколько позволяет глубина рта. Головка упирается в самые гланды, да там и остаётся, ведомая сильной хваткой на затылке.

– Блядь, да! – слышится от Касьяна.

Он слегка отстраняется, но только чтобы следом ещё раз толкнуться в мой рот.

– Да… – тянет на повторе.

Его возглас отдаётся новым ноющим ощущением между ног. Даже без всяких дополнительных стимулов. Прикрыв глаза я представляю, как, пока я отсасываю ему, он резко входит в меня сзади. Из груди рвётся стон, и я не думаю его сдерживать.

Господи, да! Как хорошо!

– Глубже. Возьми его глубже. Давай, белоснежка, я знаю, ты можешь. Сделай это…

Не знаю, насколько хорошо у меня получается исполнить его желание, но я стараюсь. Вожу языком по выпуклым венам снова и снова, крепче обхватываю бархатистый ствол губами. Он уже с лёгкостью скользит туда-обратно, смоченный обильно стекающими по моему подбородку слюнями. Но мне мало. Между ног уже не просто ноет, а пульсирует в недостатке внимания и желания. А он жестоко игнорирует эту мою потребность. Стоит мне направить руку к заветному местечку, и вовсе отстраняется. Я едва не плачу от несправедливости. Тянусь к нему обратно. Но он снова ускользает.

Нет-нет-нет…

Только не сейчас, пожалуйста.

– Эльнара! – вдруг ворвался в разум звонкий голос сестры.

Горло сдавила удушающая паника, стоило только представить, в какой неприглядной позе она меня застала. С кем! Боже! Наверное, я ещё никогда так быстро не бегала, как в это мгновение. С кувырками и падением, закончившимся болезненно-ноющим ощущением в районе затылка и плеча.

– Эльнара, ты как? Не стукнулась? – опять послышался обеспокоенный голос сестры.

И я с трудом, но всё же сфокусировала на ней свой взгляд. И тут же резко выдохнула, поняв, что ни в какой неприглядной ситуации Эльвира меня не застала. Я находилась на полу своей комнаты, по всей видимости упав с кровати, когда шарахнулась прочь, заслышав её голос. Это был сон. Всего лишь сон. Один из тех, после просмотра которых хотелось, как минимум, утопиться в душе.

Чтоб этого Царского с его «Белоснежкой»!

Вот зачем он меня так назвал? Любовниц ему что ли мало для этого?

Гадство!

Ещё и Эльвира явилась в такой момент…

– Какого чёрта ты забыла в моей спальне, мелочь? – сорвалось с губ не особо вежливое в её адрес.

Не стоило с ней так говорить. Но иначе не получалось. Сознание продолжали атаковать пошлые картинки сна, сердце стучало как в последний раз, между ног всё было влажно и ныло так, что впору самой начинать в голос выть. А сестра…

– Сама ты мелочь, – обиженно нахохлилась она, не менее обиженно глядя на меня голубыми глазами.

Отодвинулась от края кровати, с которого свисала до этого и уселась ровнее, заводя за уши упавшие ей на лицо тёмные прядки. В отличие от меня, она полностью унаследовала восточную внешность отца: смуглую кожу, тёмные волосы, пухлые губы и карие глаза. Мне от него достались только глаза, в остальном я была копией нашей русской мамы.

Впрочем, не долго длилась эта её мнимая обида. Моё сердце успело ударить всего дважды, когда Эльвира вновь лукаво улыбнулась, а затем спросила то, от чего в груди совсем стучать перестало:

– Что тебе снилось? Ты так стонала… Мужчина?

Надеюсь, я не слишком заметно вздрогнула, и испуг в глазах успела скрыть за опущенными веками. Вот же… догадливая какая!

– А что, плохой сон не рассматривается? – съязвила в досаде, усаживаясь на полу, куда свалилась в попытке сбежать от неё, поглаживая ладонью ушибленную часть тела.

Тем более, сон и правда вышел ужасный. Хотя бы потому, что в реальной жизни я бы никогда не позволила себе подобного бесстыжего поведения. Это же так унизительно! Мало того, что стоять перед мужиком на коленях, так потом ещё и ползти к нему на четвереньках, умолять, чтобы он дал свой член облизать. Фу! Никогда в жизни! Гадость сплошная!

Это всё долбанный Касьян! Из-за него всё. Чтоб ему пусто было. Запри он тогда дверь, не стала бы я свидетельницей устроенных им с его любовницей непотребств, не страдала бы теперь от этих нелепых снов.

С чего вообще мой мозг постоянно ставил меня на место той девицы? Идиотизм какой-то. Может к психологу записаться? Пусть выдворит его из моей головы.

– Вряд ли от страха так протяжно стонут и просят не бросать, – лукаво улыбнулась Эльвира. – Что, жених снился, да? Я видела его фотку, он и правда хорош собой, – покивала со знающим видом.

На этот раз брезгливой гримасы я не сдержала и не успела спрятать. Уж слишком ярко всплыл в памяти вчерашний вечер и его окончание в саду. Если Дженгиз мне когда-нибудь и понравится, то только если откажется жениться на мне. О том сестре и сообщила, хоть и в иной форме:

– Ага, я умоляла его не жениться на мне, а он, как заведённый, всё повторял «давай поженимся, давай поженимся». Короче, дурь сплошная, – отмахнулась от её домыслов, с кряхтением поднимаясь на ноги. – И вообще, мелкая, какие женихи? Ты об учёбе должна думать, а не о том, кто и насколько хорош. Тем более что не так уж он и хорош собой. Неплох, возможно, но я видела и получше.

Например, второго мужа нашей матери…

Да тьфу ты! Опять грешник Касьян в мои мысли пролез! А ещё сестре что-то выговаривала. Когда сама тут только и делала, что о чужом мужике думала постоянно.

– Ой, да божечки, что ж ты такая скучная-то? – закатила Эльвира глаза в недовольстве, и уселась на кровати, сложив ноги в позе лотоса. – Вот правда, зачем вообще нужна эта учёба? – продолжила возмущаться. – Я ж не идиотка, прекрасно понимаю, что меня, как и тебя, потом также выдадут замуж за подходящего партнёра по бизнесу, так что работать будет не обязательно. Рожу ему парочку наследников и смогу дальше жить в своё удовольствие, как нормальная женщина.

Меня аж передёрнуло от той циничности, с которой она выразила свои мысли по поводу собственного будущего. С той же самой, что мама вчера мне выговаривала.

– Ну вот и выходи тогда сама за этого Дженгиза, – огрызнулась я невольно, разминая шею.

Конечно, тут же пожалела о сказанном, но поздно, слова сказаны. А сестра на них и вовсе грустно вздохнула.

– Да если б я могла, но он же уже тебя выбрал, – окончательно впала в печаль.

Я невольно улыбнулась, столько искреннего расстройства отразилось на её симпатичном личике. Всё-таки маленькая она ещё, хоть и старалась мыслить и вести себя по-взрослому.

– Уверена, ты найдёшь себе кого-нибудь получше. Да и зачем тебе зависеть от кого-то, если способна достичь всего сама?

– Да вот ещё, напрягаться! – фыркнула недовольно Эльвира, задирая нос. – Делать мне больше нечего! Как будто ты не знаешь, какие акулы обитают в наших террариумах! Зачем вообще тогда мужик нужен?

И с этим у меня тоже поспорить не получилось. Действительно, зачем? Лично мне как раз поэтому и не нужен был. Не хочу ни от кого зависеть. Лучше быть самой себе хозяйкой, чем полагаться на того, кто ни во что тебя не ставит и видит в тебе лишь тело для определённого дела, ничего больше.