Александра Питкевич – Лекарство для генерала (страница 26)

– Нет, – Харан покачал головой на вопрос Рубера, но, несмотря на возможную опасность, все приободрились. Даже кони, утомленные слишком долгим переходом и дополнительной ношей, принялись переставлять ноги бодрее. А еще через несколько минут, когда вода уже не просто чувствовалась в воздухе, а тонкой серебряной змейкой на стене сверкнула в пламени факела Харана, в тоннеле стали появляться ниши. Они были явно рукотворными, пусть и не самыми качественными в обработке камня. Но важно было другое: размеров одной такой хватило бы, чтобы мы все с относительным комфортом могли устроиться на ночь, в другой оставив лошадей, всего в десяти шагах в стороне.

– Я сплю в повозке, – тихо воскликнула, понимая, что готова свернуться на жестких досках и смириться со свисающими ногами, только бы уже лечь куда-то. А в телеге определено должно было быть теплее, чем на земле.

– Телегу придется оставить на тропе, – покачал головой Харан, спрыгивая с седла и подходя ко мне, чтобы помочь. Стоило спуститься, как потолок показался еще более высоким, почти как в капелле родного города. – Мы все слишком устали, чтобы дежурить ночью, так что придется выставить особый барьер. А для него нужно пространство. Придется тебе ютиться рядом с нами.

**

Мы на удивление сумели неплохо выспаться несмотря на отсутствие дозорных и не самое комфортное место. Но завесив вход в нишу и расставив по тоннелю в обе сторону какие-то нити, к которым были привязаны колокольчики, мы повалились на тюфяки возле стены, укрывшись одеялами. С одной стороны, сопел Терн, огромный и надежный как скала, а с другой – лежал Харан, даже через куртку согревая одним своим присутствием.

Первым проснулся Рубер. Мне показалось, что у него просто замерз бок, обращенный в сторону тоннеля, но мужчина ни за что бы не признался в подобном. Просто растолкал Харана, делая фонарь ярче.

– Что? – недовольно бурчал генерал, мешая мне спать и врываясь в сон. Я раздраженно махнула рукой, стараясь попасть Харану по ребрам и вынудить замолчать, но движение было таким слабым, что не принесло никакого эффекта.

– Часов семь прошло, – весьма бодро шурша в сумках, отозвался Рубер. – Сейчас кофе попьем и можно отправляться.

– Если заняться нечем, то прошелся бы вперед, просмотрел, как там дорога, – пробурчал Харан, поворачиваясь на другой бок и притягивая меня ближе. Теплый нос уткнулся куда-то в волосы, овевая их размеренным спокойным дыханием и позволяя опять погрузиться в сон.

– Вот ты этим и займись. А я пока завтрак соберу. Кофе, ах, кофе, – напевая какую-то простенькую мелодию, беззлобно огрызнулся Рубер и, кажется, пнул Харана, недовольно застонавшего и выпутавшегося из одеял. Меня тут же обдало прохладой, и я потянулась за ускользающим теплом, накрывшись с головой. Терять драгоценные минуты сна я не собиралась. Кто знает, чем обернется грядущий день, а я существо хрупкое. Мне требуется полноценный отдых…

– Лора, вставай. Мы скоро отправляемся, – меня легко потрепали по плечу, вынуждая отползти в сторону Терна. Вот только ничего большого и надежного рядом не было. Недовольно засопев, я поводила рукой с обеих сторон, услышав веселый смешок. – Не поможет, красавица. Все равно придется вставать. Будешь кофе?

Одеяло куда-то делось, заставив резко подтянуть к животу ноги. Я совсем не хотела вставать!

– Не хочу.

– Соня, еще пара минут, и ты не успеешь позавтракать, – чувственно прошептали на ухо, а затем щеки коснулись горячие губы, прогоняя сон одним этим легким движением.

Я резко села, чудом не стукнув Харана по лицу головой. Генерал едва успел отодвинуться, сидя рядом на корточках.

– Просыпайся.

Он почему-то улыбался. Так, словно в окно светило яркое и теплое солнце Сигеры. Вот только ни солнца, ни тем более окон тут и в помине не наблюдалось. Зато в нос тут же скользнул аромат кофе с апельсинами, словно дожидался подходящего момента.

– Не замечал, что ты так хороша по утрам, – едва слышно проговорил генерал, рассматривая меня так, словно до этого не видел никогда. Щеки невольно обдало жаром, а руки сами собой взметнулись к голове, стараясь пригладить растрепанные волосы. Не зная, куда деть глаза, я уставилась на мужчину напротив и судорожно сглотнула. Пространство вокруг словно испарилось. Были только я, Харан и запах лета. И огоньки в мужских глазах, которые окутывали меня, как самое мягкое и теплое в мире покрывало.

Сердце трепетало, а кожа вдруг покрылась мурашками, словно ее ласкали эти крепкие, такие знакомые, ладони. Шершавые от рукояти мечей, они будто бы скользили по плечам, по спине…

– Эй! Давайте уже там заканчивайте. А то мне жарко становится, – с напускным возмущением громко произнес Рубер, заставляя меня отшатнуться от Харана. Пусть между нами и было расстояние в локоть, сейчас этого казалось недостаточно.

Вот только сам генерал лишь усмехнулся и подмигнул мне. Его вовсе не смущало происходящее. Как и постороннее присутствие.

– Подвинься и не мешай девочке, – Рубер присел рядом, подавая мне теплую кружку. – Лучше бы лошадьми занялся.

– Терн все почти сделал, – и не думая двигаться, отмахнулся Харан, все так же глядя на меня и не давая сделать нормального глотка.

– Жар, ну на самом деле, отстань от девчонки. Нам еще недели две вместе путешествовать, а она уже едва дышит, – совсем другим тоном, проговорил Рубер, вернувшись к своим мешочкам.

Генерал не ответил, но к моему облегчению отступил, принявшись скручивать одеяла. Но я все еще нет-нет, да и чувствовала на себе его огненный взгляд.

_____________________________________

Мы двигались по тоннелю еще совсем недолго, всего пару часов, поворачивая, то в одну, то в другую сторону. И чем дальше продвигались, тем ровнее становились стены, тем глаже делался пол под ногами лошадей. Казалось, что мы все ближе подступали к цели нашего путешествия, хотя мне еще не удавалось в это поверить.

Но вот тоннель вильнул еще раз, и я невольно задержала дыхание. Это и, правда, были они! Развалины древнего храма! Огромный комплекс, совсем не похожий на часовню, которую я ожидала увидеть, расходился в разные стороны от центра окруженной горами долины. Купол с провалами, лестницы, идущие по стенам в никуда. Башни. Целые и не очень. Какие-то бассейны, сейчас почти пустые. И зелень.

В лицо пахнуло теплом и влагой, а со всех сторон, куда ни глянь, была зелень, над которой вились птицы. Я смотрела на это великолепие и не могла поверить, что еще вчера мы путешествовали по колено в снегу. Все времена года перемешались в голове, и я бы сейчас с уверенностью даже не сказала, как полагается выглядеть природе: расцветать весенними кустами или же наливаться плодами осени.

– Кажется, добрались, – с облегчением выдохнул Терн. – Вы как хотите, а меня путешествие все же немного нервирует. Я как-то больше к одному месту прикипаю, чем к седлу.

– Не радуйся раньше времени. Мы пока далеки даже от середины цели, – немного мрачно отозвался Харан, и я с удивлением посмотрела на напряженное лицо генерала. Он выглядел так, словно ожидал нападения с минуты на минуту, но пока не мог отыскать, где прячется враг.

– Что тебе не нравится? – словно подхватив настроение командира, Рубер принялся внимательно осматривать долину, что раскинулась у наших ног.

– Снега нет. Совсем, – мрачно буркнул Харан и перевел взгляд на меня. И я вдруг вся похолодела. Лилии! Они должны расти в снегу! Но здесь, в залитой солнцем и заполненной зеленью чаше не было ни намека на пятно холода, достаточное, чтобы сохранить немного этой замерзшей воды. Разве что каким-то чудом в подвалах храма что-то да есть…

Вот только, судя по буйной растительности, снег не выпадал здесь никогда. И между тем источники говорили совсем о другом…

Я вздрогнула, услышав странный звук, и совсем не сразу поняла, что это мой собственный всхлип. Паника и отчаяние поднимались откуда-то из глубины, рискуя затопить меня с головой. Все, ради чего я проделала этот путь, разом разбивалось об эту восхитительную природу.

– Не паникуй заранее. Может, там, внизу, где гробницы, или что там должно быть, достаточно холодно, чтобы лежал снег и выросли твои цветы. Давайте спускаться. Это тоже небыстро.

Рубер оказался прав. Склон, по которому вилась тропинка, был скользким, телега то и дело соскальзывала, а лошади недовольно фыркали, потряхивая головами. Нам потребовалось несколько часов, чтобы спуститься в долину, но как только стена с крутым склоном и опасной тропой осталась позади, словно бы стало легче дышать.

Мы двигались в сторону шпиля, торчащего среди зелени словно маяк, и я чувствовала, как все сильнее колотится в волнении сердце. Мы на месте. Только бы Рубер оказался прав, и можно было достать цветы…

– Не нервничай так. Твоя лошадь уже не знает, куда ей двигаться, – мягко произнес Харан, касаясь ладонью моей руки. Мужчина ехал рядом, внимательно осматривая негустые заросли, словно вновь ожидал нападения. – Ослабь немного поводья, Лора.

– Мы останемся ночевать в храме?

– Нет. Пока просто глянем, что там внутри, а на ночевку где-нибудь на открытом месте, чуть в стороне устроимся. Еще можно было бы в тоннель вернуться, да далеко будет, – покачал головой мужчина и улыбнулся. Спокойно и уверенно.

– Я видел подходящее место, – вклинился в разговор Терн, ведущий повозку за нами. Рубер ехал первым, осматривая звериную тропу и немного расчищая путь.– Немного позади осталась хорошая поляна, и мне показалось, там был ручей. Так что с водой вопрос не встанет. Да и подальше от храма…