Александра Питкевич – Лекарство для генерала (страница 25)

Длиной шагов в сто природный мост резко сужался к концу, и я даже опасалась, что Терн может не суметь провести повозку по последним метрам, но мужчина так хлестнул лошадей, что едва ли не вылетел на плато, лишенное растительности на этой стороне. А сразу за ним, не замедляя ход, пронеся Харан, с каким-то неверием все время оглядываясь назад.

– Что за твари? – вопросил Терн, но генерал только покачал головой.

– В жизни о таких не слыхал. Встали словно из снега, да так и бросились за нами.

– Рубер где?

Харан и на это отрицательно покачал головой, вглядываясь в темнеющий лес по ту сторону ущелья. Лицо Огонька было напряжено, словно он готовился вот-вот броситься назад, но все еще надеялся, что Рубер управится сам. А с другой стороны, словно гончая в клетке, туда-сюда прохаживалась собака из снега, оставляя в воздухе белый, медленно опадающий шлейф. Солнце медленно опускалось за пики скал, погружая лес и всю долину в темную, пугающе-холодную синеву, и тут из-за стеклянных деревьев раздался грозный крик-рычание, да такой сильный и внезапный, что моя лошадь невольно сделала пару шагов назад. Я испуганно заозиралась, ожидая какой-то очередной напасти, но заметив улыбку Харана и то, как расслабился Терн, даже слегка приободрилась. Кажется, это должно было обозначать что-то хорошее.

И правда, через мгновение, словно выждав нужный момент в маятниковом движении снего-пса, из леса выскочил Рубер, на полном скаку влетев на мост. Брови мужчины были грозно сведены, а зубы крепко сжаты, да и смотрел Рубер только вперед, не обращая внимания на бросившуюся наперерез псину. Собака промазала. Точнее, попала, да только не в Рубера.

Существо, созданное чьей-то недоброй волей, влетело прямо в обсидиановую маску Ицтлы, горестно взвыло и отлетело, словно от огня, в сторону деревьев. Божество тоже разразился громкой бранью, но удивленно замолчал, когда из темноты деревьев выскочил еще один такой же пес и, не успев затормозить, перемахнул через обрыв. Вот только в пропасть полетел не пес. Стоило моргнуть, как глаза заметили только медленно кружащееся облако снежинок, плавно опускающееся ко дну провала.

Это стало каким-то переломным моментом. Над ущельем повисла тишина, которую никто не пытался нарушить.

Первым опомнился Ицтла. Кривясь, словно от боли в ногах, дух опустился на край моста, чуть склонив голову и рассматривая нас сквозь прорези маски.

– Дальше сами уж как-то. Но будьте внимательны, такой лакомой компании давно не встречалось в этих горах, – сияющие глаза задержались на мне, а потом перешли на Харана.

– Кто это такие? – игнорируя прощание бога, спросил генерал, поглядывая на замерших на другой стороне псов. Теперь их было четыре. Если глаза меня не обманывали, выдавая за этих тварей сугробы.

– А, лунные псы. Очень похожи по ауре с Симпирой, вот я и перепутал. Хотя, может и тот где-то обитает в этих лесах, – сдвинув маску на затылок, Ицтла почесал бровь.

– Лунные псы? Но еще ведь день? – непонимающе тряхнул головой Терн.

– И что? – кажется, такая логика богу была непонятна. Вскинув руку, Ицтла ткнул пальцем в бледный, едва различимый неполный диск, выползающий из-за хребта. – Если вы не видите луну, это не означает, что ее нет.

– И что, эти псы…

– Они охраняют вход на территории эйолов. Вы почти на месте. Эти земли подвластны другим богам, так что здесь я вас оставлю.

– Спасибо, Ицтла, – внезапно опомнившись, произнесла в спину отвернувшемуся божеству. Он был не обязан, но все же помогал. Думаю, без его поддержки этот непростой путь мог быть куда сложнее.

– Береги себя, невинная жрица, – отмахнулся древний бог, растворяясь в наползающей темноте.

– Нужно двигаться. Мы не можем остаться на ночь на краю обрыва, – напомнил Харан напряженно. – Эти не могут перейти мост, но кто знает, вдруг здесь и правда живет Симпира. И кто знает, на что он способен.

Не в силах спорить, тяжело вздыхая от печали расставания, я повернула лошадь. Кто же мог знать, что я буду скучать по такому компаньону, как Ицтла.

Глава 13

Зажечь фонари мы решились, только когда окончательно стемнело, и было почти невозможно точно разглядеть дорогу. Только огоньки в покачивающихся фонарях и факел, который предпочел Харан, ни на миг не давали мне забыть, что излишний свет в горах может не только помочь избежать неприятностей, но и притянуть ненужные взгляды. А то, что мы вступили на земли, раньше принадлежащие эйолам, ситуацию только усугубляло. Они так близко взаимодействовали с мирами духов и тонких сил, что некоторые из детских сказок, что рассказывал когда-то отец, заставляли вздрагивать сейчас, всплывая в сознании.

– Нужно найти место для ночлега, – мрачно произнес Терн то, о чем думали мы все. – День был не то чтобы поганый, но его завершение… я лично почти без сил, а кони и вовсе скоро свалятся, отказываясь двигаться дальше.

– Я знаю, – ничуть не более радостно ответил генерал, выше поднимая факел над головой. От промасленной тряпки, накрученной на палку, вверх поднимался черный дым, в носу щекотало от запаха гари, но почему-то это пламя меня сейчас радовало много больше, чем огни фонарей. Может, дело в подсознательном страхе животных перед живым огнем? Пока у Харана в руках факел, к нам хотя бы волки не сунутся.

– Мы знаем дорогу? – на всякий случай уточнила я, ерзая в седле. Вернуться на козлы в повозку было просто некогда, как и переседлывать лошадей. Да и никто из нас не был уверен, что дальнейший путь безопасен, а на лошади маневренность всегда выше, так что приходилось терпеть неудобства.

– Весьма условно. Если мы на землях эйолов, а об этом Ицтле нет смысла врать, то до храма совсем ничего. Раньше, как я понимаю, этого моста, по которому мы перебрались, не было. Значит, мы сократили часть пути.

– С чего ты так решил? – Рубер, почти засыпающий в седле встрепенулся, дернув головой. Выглядело так, словно мужчина искал любую мысль, за которую можно уцепиться, чтобы прогнать дремоту.

– Слишком просто мы обошли охрану. Этих лунных псов. А еще я заметил тропу, которая ведет на эту сторону сверху. Значит, очень вероятно, что мост появился после того, как храм оставили. Да и в тех бумагах, которые я читал ничего о Стеклянной долине и переходе не упоминалось.

– Если ты читал на эйольском, то, скорее всего, их путь вел с другой стороны. Вряд ли они даже сто лет назад ходили через наши земли, – предположил Рубер вполне разумно, но Харан только покачал головой.

– В эти храмы всегда вело несколько дорог. Вспомни, Жагрину поклонялись как одному из трех важнейших богов. Смерть и перерождение. Два-три раза в год – обязательные ритуалы. Нет. Не могло быть тут одной тропы. Не такой это маленьких храм, и если бы не землетрясение, а потом вспыхнувшая война, эйолы бы его не оставили и определенно восстановили во всем великолепии.

– Значит, ты думаешь, что мы где-то недалеко.

– Мне так кажется. Да и воздух стал каким-то немного иным…

Харан не закончил фразу, а натянул поводья. Мужчина стал принюхиваться, то вынося вперед, то убирая за спину факел, пытаясь что-нибудь рассмотреть в темноте.

– Что там?

– Кажется, пахнет водой, – с сомнением проговорил генерал ледяного войска.

– Зима растянулась на все горы, Жар. Какая вода на такой открытой местности? – пробурчал под нос Терн, пытаясь хоть что-то унюхать в свежем, морозном воздухе.

– Без тебя знаю, – кажется, Харану изменило терпение, слишком этот день был насыщенным и напряженным, чтобы еще спорить с другом о пустяках.

Не говоря больше ничего, мужчина тронул пятками лошадиные бока, заставляя животное двигаться дальше. А через несколько десятков шагов мы въехали под свод высокой и довольно широкой арки из какого-то бежевого негладкого камня. Будь мы ниже, у равнин, я бы сказала, что это типичный ракушечник, такой же пористый и колючий, но на этой высоте подобных камней нам раньше не встречалось.

– Неупокоенные духи, – тихо выругался Терн, медленно ведя повозку за мной. Как и все, он с удивлением рассматривал странную арку, что постепенно превращалась то ли в полноценный тоннель, то ли в пещеру. – Был бы этот проход поближе к тракту, тут бы разбойники никогда не переводились. Удобное место для засады.

Конь Харана громко всхрапнул и запнулся, заставляя и меня натянуть поводья. Выругавшись сквозь зубы и вынеся вперед факел, мужчина нагнулся к лошадиной шее, успокаивающе похлопывая животное.

– Что там? – мой свистящий шепот прозвучал слишком громко даже для собственных ушей.

– Что-то мелкое, типа мыши. Только с большими ушами. Из темноты выскочила.

– Неопасная? – неуверенно, чувствуя, что скоро буду пугаться камней, уточнила.

– Это мышь, Лора. Просто мышь.

– Хорошо бы, – но я послушно направила лошадь за Хараном. Не в тоннеле же, посреди дороги неизвестно куда, становиться на ночлег. Хотя, кажется, еще час-два такой дороги, и я усну на первом же попавшемся булыжнике.

Но таких жертв от меня не потребовалось. Примерно через полчаса движения по этому извилистому тоннелю, в лицо неожиданно пахнуло теплом и влагой.

– И, правда, вода! – не веря собственному носу, удивленно, но довольно вяло воскликнул Терн.

– Может, термальные источники. Я слышал, что такие есть в местных горах. Правда, севернее. Ты не находил ничего об этом?