Александра Метальникова – Вавилонавтика. 2.0 (страница 8)

– У вас тут хорошие скоростные лифты, сможете быстро вернуться домой и согреться, – он опять улыбается мне, так же тепло, – а мне вот придётся изрядно помёрзнуть, прежде чем я доберусь до места назначения…

Значит, он не отсюда. И я вижу глазами души, что перед ним лежит в пространстве дальняя дорога и как он рад этому. И мне так муторно от невозможности попасть туда, в простор, что хочется ухватиться хотя бы за краешек встречи:

– Тогда позвольте предложить Вам чашку горячего чая? Он поможет согреться.

– Было бы чудесно, благодарю, но уже не получится с чувством, с толком, с расстановкой, – он делает брови слегка домиком, как делают щенки и дети, и мне опять становится тепло в груди, – А второпях не хочется… Позвольте, я напишу Вам в следующий раз, когда окажусь здесь?

– Конечно! – я подавляю разочарование. Кто знает, смогу ли я попасть сюда снова? Увидимся ли мы ещё хотя бы раз? Диктую ему свой номер. Он записывает его в устройство, похожее на телефон, но более квадратное, в защитном чехле из золотистого матового материала, похожего одновременно на резину и металл.

– И Вас зовут? – спрашивает он, и я понимаю, что не представилась.

– Яра.

– Ярослава? Какое интересное имя! Очень приятно. А меня Дем.

– От Академ? – с улыбкой спрашиваю я.

– Примерно, – он улыбается в ответ, – рассказал бы побольше, но мне пора!

Нам неловко, как вечно неловко людям, которые только познакомились, а уже прощаются, и не могут ни пожать руки, ни обняться, ни тем паче – поцеловаться! После краткой паузы он говорит:

– Благодарю Вас, Яра, надеюсь, до скорой встречи! Я напишу Вам!

– Я тоже надеюсь, – подыгрываю я, – Лёгкого Вам пути среди звёзд!

Он неуклюже поднимает ладонь перед собой, как делают мужчины на Мавзолее или в таких вот странных ситуациях. Пока он идёт по крыше прочь от меня, я замечаю, что он ставит ноги устойчиво, как моряки. Интересно, бывает ли в космосе качка?

Его небольшой белый глайдер стоит на дальнем краю крыши. Стекло тёмно-зелёное, похожее на воду. Он машет мне, стартует с места. Провожаю глайдер глазами: увидимся ли мы когда-нибудь и где-нибудь ещё раз? Но я улыбаюсь вслед.

Пока костры Вавилона взвихряются вкруг меня…

113. Крыши Вавилона

Когда кофе сбежал из турки, Яра поняла, что всё это время смотрела в одну точку, и мысли её были очень далеко.

– Ты хочешь увидеться с ним снова, – раздался внутренний голос. Она закрыла глаза, сжала переносицу пальцами. – А если бы всё было взаправду? И он позвал бы тебя с собой? Прыгнула к нему в глайдер не раздумывая? И не только в глайдер?

Она высоко подняла брови, поморгала глазами, чтобы прочистить взгляд. Боже правый, это же чистое безумие – встретить человека первый раз и быть готовой лететь с ним на край света. Из-за чего? Породистого лица, одной цитаты и трёх тёплых улыбок? Или этого невыносимого невероятного узнавания? Отзвука прошлых жизней?

– Предложил бы он тебе носить ему кофе в кабину звездолёта – и всё, «не жди меня, мама, хорошую дочку»? Ты вот настолько беспринципна, Яра? Вот так жадна до впечатлений? – внутренний критик никак не хотел униматься.

«Ну не с ним же! – мучительно защищалась она, – Не с ним! А просто к звёздам, к свободе, по которой я настолько соскучилась, что мне уже хочется выть в голос прямо с подоконника! Да я бы бейзджампнула прямо из окна, если б умела! Уж не то что улететь на симпатичном серебристом глайдере! С таким зелёным стеклом…»

– Но признайся, он тебе понравился, – критик продолжал грызть её нутро, как лисёнок животик спартанского мальчика. – Признайся, понравился!

– Когда ты уже успокоишься? – шипела она в ответ, – Просто ты хочешь, чтоб я мучилась чувством вины! Потому что он – то крошечное разнообразие, что у меня появилось? Да и у тебя! И ты, мерзкий садист, хочешь отпинать меня за это до полусмерти? Чтобы я впала в ужас от своей аморальности? В этическую кому? Не выйдет! Отвали от меня! Развлекись где-нибудь на стороне! Позволь себе и это тоже!

– Но признайся, понравился?

Яра резко выдохнула что-то среднее между рыком и воем – и пошла в ванную. Обычно от таких состояний её спасало отмокнуть в воде с розовой солью.

А на следующий день она увидела в Параграме сообщение от незнакомого контакта.

Доброго дня, Ярослава! Это Дем. Мы с Вами на днях попали под дождь на одной крыше в Вавилоне Помните меня?

Она смотрела на сообщение, и живот её скручивал страх, какого она давно не помнила. Как так? Откуда? Он? Здесь? Мошенники? Бот проверяет всех, кто присоединился к игре? Расследование конкурентов? Яра, ну что за паранойя…

Но как лучше ответить? «Да, помню»? «Нет, не помню»? «Так рада, что Вы написали, но лучше бы Вам было не писать»? Быстро, чтоб не передумать, набрала:

Добрый день! Конечно, помню!

Как Вы меня нашли?

))

Вы же дали мне свой телефон)

Она закрыла глаза и лоб руками. Действительно! Вот и отгадка! Слава Богу. Облегчение прокатилось по ней большой мягкой волной, из живота, сверху донизу.

Как поживаете?

Удалось согреться?)

Она видела прямо сквозь буквы, как он улыбается. От этой улыбки ей стало теплей и светлее, как в старой детской песне.

Отогреться удалось, благодарю за заботу)

Рад слышать! Не хочу,

чтобы Вы мёрзли)

Как это неожиданно и приятно)

Что Вы сейчас делаете?

Улыбаюсь

Меня грела память

о Вашей улыбке)

Ай, как это было приятно. Тепло в сердце становилось всё жарче.

Приятно, что от меня осталась улыбка) как от Чеширского кота)

А верить в невозможности

до завтрака Вам нравится?

Это, можно сказать, часть моей работы)

Молчание. Кто-то отвлёк его? Где он сейчас? В какой комнате? Что его окружает? Приборы? Чем он занят в реальном мире? Тоже лётчик? А может, он уже дома? В какой-нибудь из соседних многоэтажек? Или, чем чёрт не шутит, в соседнем подъезде?

Расскажете потом?

Сейчас мне, к сожалению,

нужно отойти, работа (

С удовольствием расскажу! Удачи!

Надеюсь, что до скорой встречи!

Молчание. Но потом ещё, как будто обернувшись:

Не мёрзните, пожалуйста,

пока я не вернусь)