Александра Дегтярь – Ангелов здесь больше нет… (страница 6)

спокойствие – не дар, а цена, уплаченная кровью.

Перед закатом Калио вышел к краю разбивающегося лагеря. У очага, где варили отвары, сидела Айя. Седые космы развевались на ветру, а пальцы, иссечённые шрамами, перебирали сушёные травы.

– Ты пришёл не за отваром, уулум, – сказала она, не поднимая глаз.

– Ты чувствуешь это, да? – спросил он. – Воздух… он гниёт.

Старуха кивнула.

– Елген уже знает. Не когда, а что. Она чует запах Пробуждающей, как волк – кровь.

Калио сжал кулаки.

– Я не отдам её.

– И не отдашь, – Айя подняла глаза. – Но цена будет высока. Помнишь клятву?

– "Четыре лета…"

– Три уже прошли, – прошептала она. – Готовься.

Она протянула ему мешочек с травами.

– Носи при себе. Отгонит змей. Но не ту, что в человеческой шкуре…

Калио кивнул. Впервые за много циклов он почувствовал себя ребёнком – и ей – матерью.

В стойбище заканчивали ставить шатёр Имбая и юрты свиты. Главный, белый шатёр, расшитый золотом и зелёной нитью, украшали полотна с бегущими барсами – всё это – руки Сэйи, чьи вышивки славили от моря и до пустыни.

Калио подошёл к жене и нежно обнял её. За шестнадцать циклов совместной жизни она не изменилась:

– волосы – светлые, без единой седины,

– глаза – голубые, как небо над степью в ясный день,

– лишь лёгкие лучики морщин – у глаз,

– скулы – всё так же точёные, как алмаз.

Их сосватали в юности.

Первый взгляд – на свадьбе.

Сначала – уважение.

Потом – любовь.

Только одна тень омрачала их счастье – ошибка Калио трёхлетней давности, несмываемая, неисправимая.

Он жалел.

Но ни жестом, ни словом не показывал этого.

Особенно перед Ирлай – малышкой, что не была ему кровной дочерью, но стала роднее крови.

Калио вынырнул из воспоминаний.

Нежно погладил жену по хорошо округлившемуся животу – четвертая беременность едва угадывалась под просторной одеждой.

За шатром слышался детский смех.

– Ну же, Ирла, кати скорее шарик! – нетерпеливо произнесла старшая сестра.

– Чичас, – улыбка малышки стала ещё шире. Она бросила шар, и он покатился, как Северный Страж по небосводу – быстро, но неуклонно.

Бегавшая рядом туда-сюда собака подлетела к шару и попробовала его на вкус.

– Защитник, фу! Перестань! – строго прикрикнула Еллы.

– Фу, фу! – повторила за ней Ирлай.

Пёс оставил своё занятие и подбежал к девушке, радостно виляя хвостом. Дети за игрой не заметили, как подошли родители.

– Они так увлеклись своей новой игрушкой, что ничего вокруг не замечают! Откуда она? – спросила Сэйя.

– Это подарок Таша, – отозвался Калио, с усмешкой наблюдая за забавами детей.

Сэйя тепло улыбалась, глядя на двоих дочерей. Лишь иногда, лёгкая тревога накрывала её при взгляде на младшую.

В последнее время, глядя на Ирлай, женщина всё больше убеждалась: ребёнок немного отличается от сверстников – чуть быстрее, чуть смышлёнее, и эта непонятная для девочки любовь к оружию.

– Еллы играет как маленькая, а ведь завтра исполнится её четырнадцатое лето, – отгоняя мрачные мысли, произнесла Сэйя.

– Эхх… – притворно вздохнул Калио. – Взрослая уже. Жениха выбирать надо.

– Но свадьба будет не раньше, чем через три полных цикла после сватовства! – в очередной раз настаивала Сэйя.

– Хорошо, – Калио сдался. Он хотел как можно скорее выдать старшую дочь замуж или отправить Ирлай и Еллы в

Колыбель Стражей.

Есть ли шанс хотя бы частично обмануть Богов?

Но ответа из Безмолвной Долины ещё не приходило.

Ведь если его нянька права, и Ирлай – ребёнок предназначения, то от судьбы не уйдёшь.

И кому она предназначена и зачем?

Что задумали Боги, какую игру они ведут, распоряжаясь людскими жизнями на шахматной доске мира?

Он гнал от себя тягостные думы.

Из задумчивого состояния его вывел лёгкий щипок за руку. Калио удивлённо посмотрел на жену.

– Ты где витаешь? Я уже третий раз тебя спрашиваю, когда придёт старая Айя? Калио, что тебя тревожит? – жена взглянула ему в глаза.

– Я задумался. Боги добры ко мне. У меня есть всё, о чём можно только мечтать: красивая, умная, а главное любящая жена, чудесные и здоровые дети. Я благодарен за это Великому Колесу!

– Не сглазь! Домашние женщины шепчутся, что Воевода собирается брать четвёртую наложницу. Я бы не смирилась, если бы у тебя было несколько наложниц, как у твоего брата.

– Так Лагуз и не смирилась! Хоть она и единственная жена. Когда узнала про очередную наложницу, перья из перин летели со всех окон женской половины. Таш приказал своим ближникам встать у дверей в её покои, чтобы она ещё чего не выкинула. Нрав у неё горячий – северный. Она так и не привыкла к нашим обычаям.

– Калио! – Сэйя схватила руку мужа и положила себе на живот. – Ты чувствуешь? Твой сын брыкается! Я думаю, это будет сильный воин! Осталось совсем немного, через три поворота Ночных Стражей ты сможешь взять его на руки!

– Я вдруг представил, что у нашей Еллы через несколько полных циклов тоже будет малыш.

– Не будем об этом, – Сэйя втянула носом воздух. – По-моему, ужин уже готов.

На костре недалеко от шатра домашние женщины готовили ужин, перемешивая аппетитно пахнущее мясо с овощами.

– Еллы, Ирлай, идёмте в шатер, ужин уже готов! – позвала Сэйя дочерей.

Услышав зов матери, дети побежали к шатру, пёс потрусил следом.

Перед едой все встали в круг у очага.

Сэйя произнесла: