Александра Дегтярь – Ангелов здесь больше нет… (страница 28)
Осторожно ступая по краю, Седой Волк медленно подбирался вперёд. Наконец, найдя достаточно широкое место, он остановился и, затаившись, стал ждать.
Они появились вскоре. Четверо всадников. Они скакали друг за другом след в след по узкой каменистой тропе. Люди не подозревали об опасности, грозившей им.
Седой Волк подобрался. Всадники поравнялись с ним. Он пропустил троих вперёд, а когда четвёртый проезжал под ним – прыгнул.
Тот ничего не успел понять. Зубы волка впились ему в шею. Шейные позвонки хрустнули под нажимом мощных челюстей.
Конь всадника заржал и встал на дыбы, скидывая с себя и седока, и волка, рассекая копытами воздух.
Ехавшие впереди обернулись. Они увидели лежавшего на земле человека и стоявшего рядом с ним волка.
Зверь обежал назад от трупа и остановился, дразня их. Всадники последовали за ним.
Волк побежал, то ускоряя, то замедляя темп. Выбежав из ущелья, он устремился в сторону болот.Всадники нагоняли его. Он петлял, уводя их всё дальше и дальше.
Седой Волк понимал: дело лишь во времени…
Он выдыхался.
Догнали его почти у самых болот. Они окружили животное с трёх сторон и медленно подошли к нему.
Волк тяжело дышал. Он прижал уши, чуть опустил голову и оскалился, приготовившись к последнему в жизни прыжку.
Люди подошли вплотную. У них не было копий – только сеть и мечи.
Собрав последние силы, Седой Волк прыгнул на того, кто был ближе – на мужчину с сетью. Зубы хищника впились в ногу, чуть выше колена. Волк, что было сил, сжал челюсти.
Последнее, что он услышал, был душераздирающий крик всадника. Его рубили – но он так и не разжал челюсти.
Седой Волк умер счастливым. Он выиграл время. У Черной Волчицы появился шанс выжить.
Черная волчица бежала по лесу. Она остановилась и протяжно завыла…
5
Старик провел рукой по лицу.
– Как ты думаешь Гримхильд, она выдержит?
– Должна.
– А…
– Не думаю. Если она не выдержит, ее придется убить. Чтоб не мучилась.
– Я не смогу этого сделать, я привязался к ней. – Горько вздохнул Ак Бери.
– Тогда это сделаю я. Недвижной ей лучше не жить. – Жестко проговорила женщина.
– Ты права.
– Будем надеяться, что она не испугается.
– Смилостивятся к ней Боги!…
6
К середине дня прекратился дождь. Постепенно стали появляться бело-голубые просветы сквозь бегущие по небу облака. Дождевые капли жемчужинами сверкали в листве деревьев.
Под корнями поваленного бурей старого, огромного дерева, в яме, послышалась тихая, почти неслышная возня. Два волчонка, семи дней от роду, толкали друг друга лапами, борясь за материнский сосок.Они тыкали слепые мордочки в брюхо волчицы, полностью полагаясь на нюх.
Черная Волчица лежала на боку, закрыв глаза. Она дремала. Наконец, волчата успокоились, мяли живот матери, жадно сося молоко.Она приподняла голову и облизала сначала одного, а затем и другого детёныша.
Они приближались с подветренной стороны, неслышно ступая по упавшей листве. Даже если бы Черная Волчица услышала их – она бы не учуяла. Люди избавились от запаха, предварительно натерев себя с ног до головы особой травяной мазью. Теперь они пахли деревом.
Люди одновременно накинули сети со всех сторон, отрезая волчице пути к отступлению. Слишком поздно она почувствовала опасность. Ирлай встрепенулась, когда почуяла запах дыма.Неужели пожар?
Она метнулась наружу – и не заметила сеть, накинутую на выход.
Черная Волчица запуталась в ней. Она рычала, извивалась, запутываясь сильнее. Её оттащили от норы.
Ирлай видела, как один из людей заглянул внутрь и вытащил из ямы волчат. Детёныши жалобно скулили.
Она видела, как их швырнули на землю… И как на их головы по очереди опустили огромный камень.Она видела, как тела младенцев откинули в кусты. Ирлай почувствовала безумную боль, которая разрывала душу.Ярость оттого, что не смогла защитить волчат, сменилась холодной ненавистью ко всем людям.Она отомстит.А пока – лишь делала вид, что покорилась судьбе.
Её не убили. Черную Волчицу оставили в живых.
Когда Ирлай доставили к князю, он приказал посадить её в клетку – в знак того, что он сумел победить пророчество и повлиять на судьбу своей дочери.
Ирлай увидела на плечах вождя шкуру Седого Волка. Её ненависть только усилилась.
– Смотри, жрец! – возгласил князь, указывая рукой на волчицу. – Последняя из волков в моих землях – перед тобой! Что скажешь? Моя дочь, несмотря на твоё пророчество, жива! Выходит, ты – просто выживший из ума старик, болтающий впустую!
– Как знать, Владыка… Выходит – так. – Жрец покачал головой. – Больше не спрашивай меня ни о чём. Я не отвечу тебе. Только знай: ты глуп.
– Да как ты… Убирайся вон! – князь указал пальцем на выход.
– Помни, – произнёс жрец. – Тогда ты меня не дослушал…
– Вон! – взревел князь.
Жрец ушёл.
Она ждала. Не раз Черная Волчица видела князя, играющего со своей дочерью. Она выжидала, когда они потеряют бдительность.
И вот, наконец, настал её час.
Когда в очередной раз князь проходил с дочерью мимо клетки, девочка, как всегда, бежала впереди. Ирлай просунула морду между прутьями. Увидев её, ребёнок подошёл ближе. Это никого не насторожило – все привыкли к этому.
Они думали, что волчица выражает покорность. Когда девочка вплотную подошла к клетке, Ирлай, на глазах у побелевшего вождя, вцепилась ей в горло зубами.
Черная Волчица не разжала челюсти – даже тогда, когда девочка умерла.
Ирлай умерла тут же, рядом с ней – её закололи.
Черная Волчица захрипела. Её лапы конвульсивно дёрнулись несколько раз – и она умерла.
– Я говорил тогда, Владыка, – устало произнёс жрец, – что твоя дочь умрёт от зубов Черной Волчицы, не дожив до шестой весны, если ты не перестанешь охотиться на волков в своих землях. Ты меня тогда не дослушал! – Он кивнул на труп волчицы. – Она поступила с тобой так же, как ты поступил с ней. Ты сам виноват!Ты уничтожил Тотем нашего рода… А он – уничтожил тебя.
7
Медленно Ирлай открыла глаза. Голова кружилась. Одинокая слеза скатилась по её щеке. Старик сидел у неё в ногах и дремал. Гримхильд не было в пещере.
– Волк, – позвала она. – Волк!
– А… – встрепенулся он. – Ты проснулась. Я знал – ты выдержишь!
– Там… это… Я была волчицей…
– Я знаю. – Он взял её ладонь в свои руки. – Добро пожаловать в Клан Волка, волчонок. Ты прошла посвящение. Ты выдержала, Ирлай! А теперь – отдыхай.
– Спать? – слабым голосом спросила девочка.
– Нет, если не хочешь – не надо, – ответил Старик.
Вскоре к ним подошла Гримхильд. Она поднесла к губам Ирлай кружку с отваром.
– На-ка, выпей!