Александра Блик – Хозяйка волшебной сыроварни. Том 2 (страница 2)
– Ты что творишь, окаянная! – рявкнула я, припомнив, как ругала Зорьку бабушка. И тут же поправилась, вцепившись в подол: – А ну отдай сейчас же! На шашлык пущу.
Коза насмешливо оскалилась, обнажив клыки. И что-то ехидно проблеяла.
«Ты поймай сначала», – говорила её морда.
Мотнув головой, она отскочила от кровати, не разжимая зубов. А вместе с ней с истошным треском отскочил кусок подола моего единственного домашнего платья. Зато появился кокетливый разрез (или, вернее, разрыв) до пояса. В духе лучших куртизанок современности.
– Убью зар-разу, – прошипела я и вскочила с кровати.
Зорька, тьфу ты, коза задорно ме-мекнула и бросилась наутёк.
– Догоню, – пригрозила я и не глядя сунула ноги в обувь.
Впрочем, и тут что-то пошло не так. Поджав одну ногу, я изумлённо уставилась вниз.
Правая туфля оказалась пожёвана. Прямо сильно, между прочим. Судя по всему, перед тем, как приняться за мои волосы, эта зараза перепробовала абсолютно всю одежду в комнате. И говоря всю, я именно это и имею в виду.
На полу валялись обе мои рубашки и одни брюки, почему-то без штанины. Последняя нашлась перекинутой через изголовье кровати. Уж как это чудовище умудрилось попортить мне одежду, не разбудив – ума не приложу. Однако факт оставался фактом: целой одежды у меня не осталось.
– Убью заразу, – прошипела я. И, наплевав на обувь, бросилась наружу всего в одной туфле.
На крыльце я подхватила тяпку – своё универсальное оружие, – и ринулась в бой.
Увы, мой оппонент за время моей растерянности успел безнадёжно скрыться. Даже кончики рогов нигде не торчали.
– Хозяюшка! – обрадовался моему появлению Боба. И тут же осёкся. – А ты почему такая?..
– Какая? – рявкнула я.
– Ну… – бородач стушевался. – Нет, ничего подобного. Ты прекрасно выглядишь.
Я яростно кивнула и резким движением перекинула пожёванную косу на другую сторону. Боба попятился.
– А мы тут… дровишек натаскали, – попытался он сгладить неловкость. И кивнул на сложенную возле крыльца груду чурбаков.
– Чудно, – похвалила я. Боба оживился.
– Целый час пилили. Наколоть, правда, не успели…
Чурбаки действительно были не наколоты. Зато рядом, прислонённый к крыльцу, притулился топор. Острый, с новенькой рукоятью.
А бушующие во мне эмоции требовали немедленного выхода. А то, похоже, я точно что-нибудь спалю.
– Ничего, – успокоила я Бобу. – Я сама.
Как бы мне ни хотелось прямо тут же разом перерубить всю колоду, сначала надо было одеться. По милости козы у меня отсутствовала почти половина подола, и сверкать нижним бельём я была категорически не готова – даже в собственном доме. Так что я в последний раз окинула мрачным взглядом двор. И, не найдя козу, яростной тучей направилась в комнату.
Ещё раз оглядела учинённый беспредел и скрипнула зубами. С одной стороны, я была сама отчасти виновата: стоило бы спрятать чистую одежду в сундуки, а не сложить стопочкой на крышку. С другой – это был совершенно не повод её жрать!
И, главное, мало ей было одежды! Эта зараза ещё и запасную пару обуви, оставленную в дальнем углу, пожевала. Причём снова только правую туфлю.
Прорычав что-то ругательное, я зашвырнула обувь куда-то в угол и с досадой пнула кровать (обутой ногой, разумеется).
Сыроварня устояла. А вот с потолка что-то посыпалось. Нахмурившись, я подняла голову, чтобы оценить масштаб бедствия… и ничего не успела сделать. Потому что ровно в следующую секунду на меня шлёпнулись мои вторые брюки!
Уж как коза смогла пришпилить их к потолку и почему они до сих пор там висели, я понятия не имела. Однако ощущение мокрых подранных штанов на лице было непередаваемым. Злость взметнулась до небес!
– Ну всё! – прошипела я. – Точно на шашлык пущу!
Отодрав от себя брюки, я их тоже закинула в угол и развернулась к сундукам.
Искать новую домашнюю одежду времени не было. Вернее, я могла бы – но я прямо чувствовала, как магия начинала выходить из-под контроля. Ощущение было знакомо и по воспоминаниям Мелиссы, и по недавней стычке с Гельмом. Тогда я чувствовала то же самое.
А ещё на кончиках пальцев отчётливо начали посверкивать искры, рискуя сжечь к чертям весь дом.
Словно почуяв моё состояние, из воздуха соткался Отто. Окинул меня быстрым взглядом. Остановился на пальцах. Глаза его расширились.
– Держи себя в руках! – рявкнул он. – Ты ведь сейчас дом спалишь! А мы только-только…
– Изыди! – процедила я. И щёлкнула замочком, сбрасывая кулон.
Стоило призраку исчезнуть, я за пару секунд стянула с себя одежду. И откинула крышку ближайшего сундука.
На меня затравленно уставилось мандариновое платье. То самое, которое я так хотела примерить, но подходящего случая никак не подворачивалось.
– Тебя-то мне и надо, – удовлетворённо прошипела я и вытащила наряд.
На крыльцо я выходила при полном параде. Туфли на шпильке прибавляли мне десяток сантиметров. Волосы я перевязала в воинственно-высокий хвост, припомнив несложное заклинание распутывания прядей (наконец-то память Мелиссы начала делиться информацией). Ярко-оранжевое платье с открытыми плечами и спиной блестело на солнце, завершая образ.
Думаю, если бы сейчас меня увидела коза, точно бы сбежала подальше – лишь бы не связываться.
Я обвела ещё одним прищуренным взглядом двор, ища заразу, испоганившую мой гардероб. Клянусь – я бы её сейчас и на шпильках догнала. А потом настучала по рогам, этими же самыми шпильками.
Однако коза благоразумно затаилась. Нечисть тоже не показывалась. И вообще, двор был абсолютно, возмутительно пуст. Даже злость сорвать не на ком!
С пальцев сорвалась огненная искорка и воинственно запрыгала по траве. Выругавшись про себя, я потушила огонёк носком туфельки и взялась за топор. Развернулась к колоде. Выбрала самый широкий чурбак, сверху примостила ещё один, поменьше. И размахнулась.
Дрова я рубить умела. Когда каждый год проводишь лето в деревне, хочешь не хочешь – а научишься. Помню, лет в тринадцать мы с парнями даже соревновались, кто разрубит самый толстый чурбак. Должна признаться, я ни разу не победила. Но я всегда считала, что главное – это участие.
Зато сейчас навыки пришлись как нельзя кстати. С первого удара топор вошёл в чурбак. Со второго продвинулся глубже. А на четвёртый – расколол деревяшку на две неровные половинки.
– Хорошо пошло, – оценила я, пристраивая новый чурбачок.
Следующие несколько минут прошли… медитативно. Я махала топором. Полешки весело разлетались в стороны, не решаясь противостоять решительно настроенной женщине – это они, конечно, правильно.
А заодно, под это занятие у меня наконец-то начало проясняться в голове. Вспомнился вчерашний день. Странное поведение магии при варке сыра. Истощение. Поход к источнику, который на деле оказался драконьим яйцом.
Интересно, всё это в самом деле было? И если да, то каким образом я очутилась в своей постели? Я ведь точно помнила, как теряла сознание посреди коридора. Это что же, меня Марик дотащил до комнаты? Или Биба с Бобой? А может…
Топор с задорным треском ударился о дерево, в разные стороны полетели две половинки. А я замерла, вспомнив, кого именно я успела заметить перед тем, как потеряла сознание. Мне же не показалось? Или…
И ровно в этот момент послышался знакомый голос из-за спины. Чуть более хрипловатый, чем обычно.
– Я так вижу, вам уже лучше, сола.
Тонкая талия, нежная обнажённая спина, изящные руки. Завернув за угол дома, я в первый момент решил, будто передо мной стоит дивное видение. Невообразимо прекрасное. И полностью обнажённое.
А потом видение взмахнуло топором – и мне показалось, что я лечу в бездну. Потому что хрупкая девушка с грозным оружием… Честно говоря, это невероятно возбуждало.
Чурбак раскололся на две половинки, и я судорожно вздохнул, провожая их взглядом. Только сейчас сумел разглядеть на женской фигуре узкое оранжевое платье. Которое, впрочем, обнажало спину до самой поясницы. Так, что при каждом движении было видно, как двигаются лопатки.
Не знаю, сколько я бы стоял истуканом, наблюдая, как прекрасная девушка рубит дрова… Но реальность дала о себе знать слишком быстро. Сзади послышались шаги – и я опомнился. Ну, конечно. Я же здесь не для того, чтобы смотреть, а чтобы проверить самочувствие Мелиссы… вернее, солы Розвуд. Да, именно так. Чем официальнее, тем лучше.
– Я так вижу, вам уже лучше, сола, – вкрадчиво проговорил я. И сам заметил, насколько хрипло прозвучал голос. Мрак, да почему всё так по-дурацки!
Девушка на несколько секунд замерла. После чего медленно обернулась и насмешливо уставилась на меня.
– Кажется, мы уже переходили на ты, – напомнила она. – Или уже забыл?
Я внутренне скривился. И прикрыл глаза, пытаясь напомнить себе, что передо мной всего лишь Мелисса Розвуд. Невозможная, избалованная девица, которую я всегда терпеть не мог. Вернее, был момент, когда я считал её привлекательной – но исключительно внешне.
– Действительно, переходили, – кивнул я и шагнул к девушке. – Так как ты себя чувствуешь?
– Лисса, Лисса, ты проснулась! А мы рыбы наловили! – Марик наконец-то меня нагнал и теперь, проскочив вперёд, вовсю оттеснял от девушки. – Дядя Кас сказал, нести улов не Берте, а тебе. Ты ведь умеешь варить уху?
– Иди в дом, – процедил я, накидывая на ведро заклинание стазиса. – Я сам сварю. Пока оставь ведро в кладовке.