Александра Альва – Когда отцветает камелия (страница 53)
– Но как? Я никогда не слышал о таких тёмных ритуалах. Никто, кроме бога Идзанаги, ещё не открывал ворота в Ёми! – воскликнул Кэтору, и его звериные глаза заблестели. – Неужели возможно раздобыть осквернённую киноварь прямо из Царства мёртвых?
– Думайте сами. Ваш враг, словно йорогумо122, сплёл паутину из душ, ему подчиняются тэнгу с горы Куро, и он имеет связи на Той стороне. Вы слишком самонадеянны, раз считаете, что так просто сможете до него добраться.
– Ты знаешь его имя?
– Нет! – вскрикнула юрэй, с опаской поглядывая по сторонам. – Я ничего больше не знаю. Прошу вас, быстрее выполните свою часть сделки! Тэнгу всегда чувствуют, когда мы болтаем лишнее, они уже рядом!
– Да будет так, – кивнула Харука и переложила три талисмана в правую руку, раскрывая их веером. – Мы проследим, чтобы господин Такэда исполнил вашу последнюю волю. Силой, данной мне землёй и небом, я очищаю эту заблудшую душу и дарую ей покой!
Хару продолжала произносить заклинание, и круг, в котором стояли Цубаки и юрэй, замерцал, а энергия вновь пришла в движение. Со склона горы, как будто притягиваемый магией, полз туман, напоминая густой дым от благовоний. Он накрыл небольшое святилище, погружая постройку в непроглядные серые облака, и потянулся дальше, заполняя каменную площадку перед озером.
В тумане потонули тории, и Цубаки уже не видела собственных ног, словно стояла по щиколотку в горячем источнике с белой глиной. Волосы на затылке зашевелились, когда кто-то шепнул ей на ухо:
– Ты мне и правда нравишься, акамэ, но я должна это сделать.
Голос принадлежал юрэй, и она оказалась совсем рядом, освободившись из сдерживающих чёток. Минами приподняла руку и прокусила себе запястье, пуская неестественно тёмную кровь, после чего просунула пальцы в горло и достала оттуда маленькую чёрную печать в форме цилиндра.
Цубаки отшатнулась, но не успела увернуться – шеи коснулось что-то ледяное, и тут же из груди вырвалась тёмная ниточка, устремившаяся в самую гущу тумана. Сзади кто-то кричал, кажется, звал её, но Цубаки не могла сосредоточиться: она заворожённо смотрела на свою тама, которая медленно покидала тело.
– У нас был уговор, – прошептала акамэ, приложив пальцы к груди и тщетно пытаясь хоть ненадолго задержать извивающуюся тёмную нить. – Твоя аура, я ведь её чувствовала, когда мы держались за руки! Мне казалось, ты искренне желала освободиться от бремени.
– Желала, но моя последняя воля немного отличалась от твоих представлений, – пожала плечами юрэй и с сожалением взглянула на Цубаки. – На самом деле тэнгу послали меня к вам и пообещали за твою душу новое тело. Конечно, лисья клятва немного испортила мои планы, но в конце концов всё получилось. Подумать только, спустя столько лет я смогу стать женой господина Такэда! Я избавилась ото всех, кто мешал нам воссоединиться, я услышала, что он искренне раскаялся в содеянном, и теперь…
Из тумана вылетели три белых талисмана с красными надписями – магия Хару – и приклеились ко лбу, груди и животу Минами. От обмороженного тела вверх поднялся чёрный пар, словно горячую воду вылили на ледяной камень, и тёмная аура с шипением начала испаряться.
– Нет, нет! – взвыла юрэй, пытаясь содрать с себя талисманы. – Не сейчас, я не хочу! Я уже так близка к нему!
Мимо проскользнула тень, поднимая порывистый ветер. Она пронеслась рядом с воющим призраком, рождая серебристую вспышку, и сразу же исчезла. Если бы не идеально белое полотно плотного тумана, на фоне которого ярко выделялись чёрные крылья, то Цубаки могла бы и не заметить слишком быстрое для человеческого глаза движение. Юрэй неожиданно задрожала, в её горле застрял хриплый крик, и прямо на глазах акамэ она обратилась в пепел, осыпаясь на землю.
Туман постепенно отступал, а за спиной послышались голоса Кэтору и Хару.
Глава 23
Фестиваль звёзд и потерянная душа
На землю обрушился ливень. Тяжёлые капли стучали по бамбуковой крыше небольшого святилища и потоками срывались вниз, превращаясь в серые ручьи, которые стекали по каменным ступеням.
Цубаки стояла в кругу, а рядом с ней вода размывала горстку пепла, оставшуюся от убитой юрэй. Осквернённая печать лежала здесь же, и от ударов дождевых капель она перекатывалась из стороны в сторону по собравшейся на площадке луже.
Тёмная нить тама извивалась в воздухе и устремлялась куда-то в сторону леса, исчезая между деревьями. Цубаки дотронулась до своей шеи, и кончики пальцев кольнуло холодом, а где-то глубоко внутри отозвалась пустота – место, что предназначалось для души, пустело с каждым мгновением.
– Что это вообще было? – спросил Кэтору, ухватившись за плечо акамэ.
– Мы же все стояли рядом! – Следом за ним подбежала Харука, но она тут же остановилась, оглядывая место, где до этого находился начерченный круг. – Туман, похоже, создали с помощью магии: в нём ощущалась тёмная энергия. Где юрэй? Мои талисманы должны были очистить её ауру.
Цубаки качнула головой и посмотрела на Хару пустым взглядом. Всё теперь казалось не слишком важным, не заслуживающим внимания. Хотелось только прикрыть отяжелевшие веки и немного отдохнуть.
– Что с тобой? – Ученица оммёдзи подошла ближе и опустила взгляд на кровавую печать, оставленную на шее Цубаки. – Тут что-то произошло?
Кэтору тоже встал рядом и, увидев отметину, вскрикнул:
– О нет! Я знал! Знал, что с этой юрэй всё кончится чем-то подобным! Почему никто никогда не слушает тануки?! А ведь у нас чутьё развито гораздо сильнее, чем у кицунэ! Как она смогла пронести печать? Мы же всё проверили.
– Она достала её из глотки, – Цубаки заставила себя заговорить, хотя язык онемел. – Минами использовала вместо киновари свою кровь, но, кажется, в этой жидкости тоже была скверна. Раньше, чем с нами, юрэй заключила сделку с кем-то ещё, кто пообещал дать ей новый человеческий облик, чтобы она смогла стать женой господина Такэда, и всё это в обмен на мою душу. Но как только Минами выполнила работу, её убили прямо у меня на глазах.
– Не понимаю… Она же ненавидела главу дома Такэда! Да и зачем кому-то понадобилась твоя тама? – спросила Хару, одновременно просматривая содержимое своей сумки. – Но об этом потом. Что нам теперь делать? Я понятия не имею, чем можно остановить или задержать потерю души.
– Для начала успокоиться! – рявкнул Кэтору, хотя его собственный голос трудно было назвать спокойным. – Мне точно конец, точно! Я обещал господину Призраку оберегать Цубаки, но не справился.
– Сейчас уже нет смысла сокрушаться: мы должны что-нибудь придумать! – Хару достала из сумки коробочку со знаком инь-ян. – Может, попробовать поймать её душу, а потом, когда опасность минует, вернуть обратно в тело?
– Ты издеваешься? Ловец душ только для ёкаев!
– У тебя есть идеи получше?!
Цубаки прикрыла глаза – голова гудела, а голоса теперь звучали слишком громко. Хорошо, что хотя бы дождь утих и перестал выбивать бесконечную дробь по бамбуковой крыше: порывистый ветер уносил грозу дальше, в сторону горы Фудзи. Сквозь тяжёлые тучи прорвался поток света, озаряя небо золотистым сиянием; запахло мокрой землёй.
Подняв ладонь, чтобы остановить перепалку друзей, Цубаки заговорила:
– Пожалуйста, не ссорьтесь. В прошлый раз мы с Юкио-но ками нашли дерево адзуса, через которое утекали души, и закрыли магический проход с помощью бумажных молний сидэ. Возможно, где-то неподалёку есть нечто подобное, раз моя душа продолжает утекать, и я могу попробовать применить свои силы акамэ, чтобы найти это дерево. Я никогда не пробовала искать вещи или места, но если на них есть тёмная энергия, то всё должно получиться.
– Не выйдет, – покачал головой Кэтору. – Сейчас ты осквернена, и сила богини Инари не откликнется, а если тебе всё-таки удастся её использовать, ты можешь умереть! Я попробую найти дерево сам, у меня хороший нюх на скверну.
– Только надо поторопиться, – вмешалась Хару и указала на тёмные сосуды, проступающие на лице Цубаки. – Мор влияет на неё не так быстро, как на обычных людей, да и печать стоит не на животе, но всё же рано или поздно она потеряет душу.
– Я понял.
Кэтору достал из рукава красный платок с золотыми узорами и расправил его у себя на ладони: внутри лежали два бумажных человечка – кружочки вместо голов и треугольные тела с двумя разведёнными в стороны руками.
– На крайний случай Юкио-но ками дал мне двух слабых сикигами. Они ничего не могут, кроме как быстро летать, но думаю, Хару-тян, даже ты с такими справишься. Отправим весточки нашему ками и тому ёкаю, который захочет помочь.
– И какой же ёкай пожелает спасти акамэ? – поинтересовалась ученица оммёдзи, наблюдая за тем, как Кэтору достал маленький уголёк и что-то написал на обоих человечках.
– Тот, который уже давно ищет встречи со мной! Цубаки-тян, тебе сейчас нельзя возвращаться в святилище: в окружении священных предметов душа вылетит гораздо быстрее. Поэтому, пока я ищу дерево, ты затаишься в месте, где много тёмной энергии. Вы с Хару-тян отправитесь в Лес сотни духов.
– Но согласится ли Амэ-онна? – Цубаки убрала назад мокрые волосы, прилипшие к лицу, и тяжело выдохнула: пока скверна не проявлялась и лишь приносила чувство усталости, но совсем скоро акамэ начнёт превращаться в такую же блеклую тень человека, как и все жертвы мора. – Она явно не на нашей стороне.