[Крандиевская 1913, 26]
249. Раннее и уже абсолютно инфинитивное ст-ие. ИС (4-2) охватывает весь текст, открываясь и замыкаясь повторами типового инфинитива идти, во втором случае в придаточном и при вспомогательном будешь так, так что финал ведет в будущее, которое, однако, завершится смертью. Топика: перемещение, контакт с окружением, жизненный цикл.
250. «Непредвиденный случай…»
Непредвиденный случай,
Иль удача моя,
Или просто живучей
Уродилася я, —
Но была нелегка мне
Участь, – день изо дня,
Так вот, с камня на камень
Перепрыгивать пламень
Над пучиной огня.
Угадать направленье,
Сил удвоить запас,
Чтобы ни на мгновенье
Дальний берег спасенья
Не терялся из глаз.
Верить, верить со страстью
В этот берег, такой
Очевидный, что счастья
Слышать пульс под рукой…
О какой же геройской
Говоришь ты судьбе?
Это все только поиски
Троп, ведущих к тебе.
250. Ст-ие времен ленинградской блокады. Зависимая, но благодаря длине быстро абсолютизирующаяся ИС 5-1 занимает средние три строфы из пяти. Топика – перемещение (физическое и символическое), выживание; дальний берег отсылает к блоковской «Незнакомке» (1906). Последние три инфинитива образуют оригинальный анаколуф: инфинитив верить (из длинной однородной серии) управляет дополнением берег, от которого зависит распространенное определение такой очевидный, которому подчинено придаточное с что, сказуемым в котором является инфинитив слышать, который ошибочно кажется однородным со всей длинной серией, т. е. в том числе с верить, в действительности располагающимся на несколько этажей подчинения выше этого слышать; тем самым иконически воплощается «парадоксальная близость дальнего берега».
251. «Видно, было предназначено…»
Видно, было предназначено
Так, что снова довелось,
Пока сердце не растрачено,
Охмелеть от диких роз,
Охмелеть от свиста птичьего
Да от запаха сосны
Возле домика лесничего,
Над излучиной Двины.
251. ИФ 2 – зависимый, образованный повтором одного и того же инфинитива, но занимает практически все ст-ие, автономизируясь при повторном проведении. Топика – виртуальный контакт с окружением.
252. Венок сонетов
За мною мир в развалинах суров.
Я выхожу одна на бездорожье.
Я покидаю дом и отчий кров,
Не испросив благословенья божья.
Зачем оно изгнаннице? Таков
Надменный вызов прошлому. Чего ж я
Опять ищу? Опять мой дух готов
На камни пасть у нового подножья.
И чередуя навыки – роптать,
Благоговеть, отчаиваться, верить, —
Не знаю, как друг с другом сочетать
Противоречия? Какой их мерой мерить?
Куда идти? К какой стремиться цели?
За мной кружат, вздымая прах, метели.
252. Сонет английского типа (aBaBaBaBcDcDEE) c ИС 5+3, начинающейся в конце II катрена. К. вообще охотно использовала ИП в качестве сильной концовки, ср. финальную ИС 6 в тринадцатом из того же «Венка сонетов»: Напрасный труд. Ломая все преграды, Гармонии взрывая тишь и гладь, — Неукротимым силам жизни надо Рождать и рушить, жечь и созидать, И вновь лететь вперед на крыльях фурий, Плодотворить грядущего лазури.
Вне сонетной формы ср. тж. ИС 1=2 в конце ст-ия «Недоброй славы не бегу…» (1941; оп. 1972) о блокадном Ленинграде:
И променять за бытие, За тишину в глуши бесславной Тебя, наследие мое, Мой город великодержавный? Нет! Это значило б предать Себя на вечное сиротство, За чечевицы горсть отдать Отцовской крови первородство.
253. «Я хотела бы узнать…»
Я хотела бы узнать
То, что так и не узнала.
Я хотела б досказать
Все, чего не досказала.
До пустого дна допить
Чашу, что не допила я.
До таких бы дней дожить,
До каких не дожила я.
253. Зависимая ИС 1+3 занимает весь текст. Топика – постоянная у К. в ИП тема жизни / смерти.
254. Perpetuum mobile
