Вернуться с оленьего извоза, С бубенцами, с пургой в рукавицах, К печным солодовым грозам, К ржаным и щаным зарницам, К черемухе белой — жёнке, К дитяти — свежей поляны.
В середине ст-ия «Кто за что, а я за двоперстье…» (1928; оп. 1969) с ИС 3 та же любовь к «русскому» образу жизни дана в более традиционном духе романтического бродяжничества:
Хорошо под гомон сенокосный Побродить по Припяти и Чуди, – Окунать усы в квасные жбаны С голубой татарскою поливой, Слушать ласточек и ранним-рано Пересуды пчел над старой сливой <…>
Особняком стоит фрагмент «Я гневаюсь на вас, гнусавые вороны…» (1932; оп. 1969) стихотворения «Клеветникам искусства» (ранее этот фрагмент печатался как целое стихотворение, называвшееся «Хулители искусства»), написанного в высоком ораторском стиле и послужившего причиной ареста К. в 1934 г., с ИП 3-2 и мотивами движения, метаморфозы, полета и метапоэтической медитации:
И ветер-конь в дождливом чепраке Взлетает на утес, вздыбиться налегке, Под молнии зурну копытом выбить пламя И вновь низринуться, чтобы клектать с орлами Иль ржать над пропастью потоком пенногривым.
[Клюев 1999]
203. «Радость видеть первый стог…»
Радость видеть первый стог,
Первый сноп с родной полоски,
Есть отжиночный пирог
На меже, в тени березки.
Знать, что небо ввечеру
Над избой затеплит свечки,
Лики ангелов в бору
Отразят лесные речки.
Счастье первое дитя
Усыплять в скрипучей зыбке,
Темной памятью летя
В край, где песни и улыбки.
Уповать, что мир потерь
Канет в сумерки безвестья,
Что, как путник, стукнет в дверь
Ангел с вестью благовестья.
203. Первая публикация – с посвящением Н. Я. Брюсовой. Отжиночный – связанный с отжинками, окончанием жатвы. ИС 3+2 охватывает весь текст. Инфинитивы подчинены существительным (радость, счастье), которые допускают как именную трактовку (видеть… [ – это] радость), так и менее обычную, но более родственную ИП, назывную ([имеет место] радость видеть…). Синтаксис – богатая разветвленность конструкций, зависящих от инфинитивов, благодаря чему во вторых строфах каждой из половин ст-ия (т. е. в четных строфах) происходит автономизация ИС. Топика – созерцание, ностальгия (по родному и детскому), сон, надежда, приход.
204. «Не в смерть, а в жизнь введи меня…»
Не в смерть, а в жизнь введи меня,
Тропа дремучая лесная!
Привет вам, братья-зеленя,
Потемки дупел, синь живая!
Я не с железом к вам иду,
Дружась лишь с посохом да рясой,
Но чтоб припасть в слезах, в бреду
К ногам березы седовласой,
Чтоб помолиться лику ив,
Послушать пташек-клирошанок,
И, брашен солнечных вкусив,
Набрать младенческих волвянок.
На мху, как в зыбке задремать
Под «баю-бай» осиплой ели…
О пуща-матерь, тучки прядь,
Туман пушистее кудели.
Как сладко брагою лучей
На вашей вечери упиться,
Прозрев, что веткою в ручей
Душа родимая глядится!
204. Первая публикация – с посвящением «Памяти матери». Брашно – кушанье (арх.). Волвянка – сорт гриба, вероятнее всего, волнушка или волуй. Зависимая ИС 5, вводимая частыми у К. чтоб, занимает три средние строфы; ИФ 1 в V строфе завершает структуру. Топика – жизнь/смерть, сон, ностальгическое приникание к родимой природе, согласующееся с темой детства (младенческих; как в зыбке, задремать, Под баю-бай осиплой ели…) и матери (покойной реальной и вечной архетипической); все мотивы последовательно совмещены с типичным для К. деревенско-церковным топосом.
205. «Проститься с лаптем-милягой…»
Проститься с лаптем-милягой,
С овином, где дед Велес,
Закатиться красной ватагой
В безвестье чужих небес.
Прозвенеть тальянкой в Сиаме,
Подивить трепаком Каир,
В расписном бизоньем вигваме
Новоладожский править пир.
Угостить раджу солодягой,
Баядерку сладким рожком!..
Как с Россией, простясь с бумагой,
Киммерийским журчу стихом.
И взирает Спас с укоризной
Из угла на словесный пляс…
С окровавленною отчизной
Не печалит разлука нас.
И когда зазвенит на Чили
Керженский самовар, 
