Тебя за пятьдесят целковых
Мне уступил друг-антиквар.
На белом поле цифры мелки.
Над ними, вставлены в алмаз,
Три золотых узорных стрелки
Показывают день и час.
Люблю я, снявши оболочку,
Подняв две крышки и стекло,
Следить, как, трогая цепочку,
Колеса ходят тяжело.
И, сидя по утрам в халате
За самоваром, всякий раз
Искать на старом циферблате
Следы давно угасших глаз.
Ловить исчезнувшие лица,
Схороненные имена
Помещиков времен Фелицы,
Защитников Бородина.
Ты светишь мне былым приветом.
На долгий иль короткий срок
Связал тебя с моим жилетом
Старинный бисерный шнурок?
Придет пора: рука Плутона
И мне укажет умереть.
Тогда, создание Нортона,
Мой смертный день и час отметь!
188. Зависимая ИС 3 охватывает три средние из семи четверостиший. Часы, выступающие в роли объекта поэтического внимания, воплощают тему хода времени и таким образом соединяют жизнь их обладателя с иными жизнями в прошлом и с моментом предстоящей собственной кончины (ср. № 234 Маршака), отмеченным одиноким инфинитивом в последней строке (умереть).
Николай Владимирович Недоброво (1882–1919)
Стихи Н. вообще и его ИП в частности интересны прямотой в разработке эротических тем и свободной версификацией, сочетающими эффекты античной безыскусности и утонченного натурализма. Абсолютные ИФ у него встречаются, но целых текстов не охватывают.
В ст-ии «Это оно… и опять… и как хорошо!» (1905; оп. 2001), написанном белым 3/4-иктным дольником и начинающемся с подчеркнуто неопределенного Это оно, ИС 4 зависимая, с топикой уникальных переживаний мгновения:
Вот теперь мне сесть на диване / и замечтаться , поднявши брови, / отложивши в сторону руку с книгой, / и задуматься , и искать в сумраке / очертаний лица дорогого.
В еще одном разноиктном, но рифмованном, дольнике «Странно. Сижу я с девушкой чистой, здоровой…» (1905; оп. 2001) инфинитивное развитие получает эротическая изнанка любви, причем перебивки ИС 1+(3-1)+1+1+1 личными формами создают местами абсолютный эффект:
…начинает шевелиться похоть, и хочется, поднявшись, / взять ее за руки выше локтя… Она покраснеет, смутится… / еще приблизиться и попробовать, обнявшись, / с грудями ее повозиться… / Она вспыхнет, попробует освободиться… / Ее удивленью не будет границы, / когда я ногами буду к ней жаться, / она расплачется… Чтобы вполне наслаждаться, / это и нужно…
[Недоброво 2001]
189. «Всё впереди… О, так довольно…»
Всё впереди… О, так довольно
будить умом, что в сердце спит,
и мнить то вызвать своевольно,
что вне, за волею лежит.
Нельзя… Полуживые тени…
О пусть они скорей умрут.
Пусть, сбросив их и путы лени,
душа и ум вперед идут.
Зачем тщетой воспоминаний
стремиться время упразднить
и раздувать огонь желаний
и рвать, и путать жизни нить?
Зачем тащить полуживое
по, так уж тяжкому, пути?
Нет, надо бросить, чтоб другое
могло вольней вперед идти.
Всё впереди… О, прочь привычка,
прочь вялость мозга и страстей.
Едва настанет с жизнью стычка,
ты гибнешь – гибни же скорей!
Отбросить прежние оковы,
идти вперед с огнем в груди,
порвать тяжелые покровы!
Всё впереди! Всё впереди!
189. Из 6 строф ИП применено во всех, кроме второй и предпоследней. ИС недлинные, часто двухэтажные: (2-1)+(4-1)+1+(1-1)+3, в основном зависимые, кроме заключительной – абсолютной. Топика – преодоление ностальгии, движение вперед к иному.
190. «Почему, увидавши тебя…»
Почему, увидавши тебя,
я бесстыдно тебя пожелал…
Просто, грубо и ясно, как зверь,
как кобылу в степном табуне 
