И ждать от тебя ответов,
Буду каждый день ходить в гавань
И смотреть, как корабли приходят,
И спрашивать о тех городах, где ты будешь,
И буду казаться веселым и ясным,
Как нужно быть мудрецу и поэту.
Накоплю я много поцелуев,
Нежных ласк и изысканных наслаждений
К твоему приезду, моя радость,
И какое будет счастье и веселье,
Когда я тебя на палубе завижу
И ты мне махнешь чем-нибудь белым.
Как мы опять в мой дом поедем
Среди садов тенистого предместья,
Будем опять кататься по морю,
Пить терпкое вино в глиняных кувшинах,
Слушать флейты и бубны
И смотреть на яркие звезды.
Как светел весны приход
После долгой зимы,
После разлуки – свиданье.
128. Раннее инфинитивное ст-е К. – 4-е из семи, намечавшихся в состав «Александрийских песен», но не включенных в окончательную редакцию (1908). Как почти все «Александрийские песни», написано верлибром. Вольной организации стиха вторит свободная инфинитивная структура: ИФ 1+2+3+1+4 расположены близко к началу (первые 7 инфинитивов, 6 из которых объединены и расчленены тремя управляющими (я) буду, с нарастанием и спадом длины ИФ) и к концу (ИС 4) текста. Этот нестрогий повтор обрамляет предвкушающе-ностальгическую разработку тем как наступающей разлуки, так и ожидаемого в дальнейшем воссоединения с любимым; эффект обострен достижением в финале максимальной длины ИФ и употреблением того же управляющего глагола, но на этот раз в форме инклюзивного 1-го л. мн. ч. (будем).
129. «Отрадно улетать в стремительном вагоне…»
Отрадно улетать в стремительном вагоне
От северных безумств на родину Гольдони,
И там на вольном лоне, в испытанном затоне,
Вздыхая, отдыхать;
Отрадно провести весь день в прогулках пестрых,
Отдаться в сети черт пленительных и острых,
В плену часов живых о темных, тайных сестрах,
Зевая, забывать;
В кругу друзей читать излюбленные книги,
Выслушивать отчет запутанной интриги,
Возможность, отложив условностей вериги,
Прямой задать вопрос;
Отрадно, овладев влюбленности волненьем,
Спокойно с виду чай с инбирным пить вареньем
И слезы сочетать с последним примиреньем
В дыму от папирос;
Но мне милей всего ночь долгую томиться,
Когда известная известную страницу
Покроет, сон нейдет смежить мои ресницы
И глаз все видит Вас;
И память – верная служанка – шепчет внятно
Слова признания, где все теперь понятно,
И утром брошены сереющие пятна,
И дня уж близок час.
129. Четвертое ст-ие цикла «Обманщик обманувшийся» («Сети», ч. II), обращенное к В. А. Наумову, в которого К. был влюблен. На родину Гольдони – в Венецию; о темных, тайных сестрах – мойрах, или парках, прядущих нити человеческой жизни. Схема, аналогичная № 127 (отрадно.… отрадно… отрадно… но мне милей…), складывается из зависимых ИФ 2+(5-1)+2+(1-1), охватывающих текст – единое сложное предложение длиной в 24 строки – целиком. Инфинитивные топосы: виртуальность переживаний (двойная: устремления за границу и предвкушаемой ностальгии по другу), металитературность, перемещение в иное пространство, транспортное средство (стремительный вагон), прогулки, хроника одних суток (до времени отхода ко сну, а затем и наступления утра).
ИФ, описанный выше как 5-1, грамматически не совсем правилен: анафорическое Отрадно управляет пятью однородными инфинитивами, а следующий инфинитив (задать) подчинен существительному возможность, которое является то ли (1) еще одним, не вполне однородным членом той же серии, что и инфинитивы (получается: *Отрадно делать то-то и то-то и [отрадна] возможность делать еще и то-то), то ли (2) нескладным приложением к слову отчет или к целым двум предыдущим строкам (В кругу друзей читать излюбленные книги, Выслушивать отчет запутанной интриги); в любом случае анаколуф натурализован длиной постепенно автономизирующегося перечисления и соответствует духу естественной разговорности, характерной для поэзии К.
130 Листки разрозненных повестей
В потоке встречных лиц искать глазами
Всегда одни знакомые черты,
Не мочь усталыми уже ногами
Покинуть раз намеченной черты
То обогнав, то по пятам, то рядом
Стезей любви идти и трепетать,
И, обменявшись равнодушным взглядом,
Скорей уйти, как виноватый тать;
Не знать той улицы, того проспекта,
Где Вы живете (кто? богато ль? с кем?);
Для Вас я только встречный, только некто,
Чей взгляд Вам непонятен, пуст и нем.
Для сердца нет уж больше обороны:
Оно в плену, оно побеждено,
Историей любовников Вероны 
