Александр Яманов – Несгибаемый граф-2 (страница 4)

— Вы говорили про какую-то полосу препятствий. Посмотреть бы, что это.

Оборачиваюсь к Гавриле, который тут же отдал приказ уже другим ученикам, более старшего возраста:

— Кузнецов, Фёдоров и Яшин — быстро одеваться и ждать нас на улице.

Названные парнишки метеорами выскочили из зала, а мы степенно последовали за ними.

— Учебник излишне упрощён, — произнёс Адодуров, когда мы надевали шубы. — Ученик получит обрезки знаний. А вот прописи — весьма любопытная идея, способная облегчить обучение. Надо рассмотреть её тщательнее.

Улыбаюсь серьёзному академику и учителю русского языка самой Екатерины. Ага, именно Василий Евдокимович начал знакомить юную Софию Августу Фредерику с великим и могучим. Надо признать, что обучение удалось, императрица разговаривает по-русски правильно. Если бы не жуткий немецкий акцент! Касательно прописей и методичек, я специально ознакомил с ними столь важного гостя и угадал. Именно Адодуров способен быстро внедрить новинку без лишней бюрократии.

— Вы путаете классическое образование с начальным. Мне не нужны знатоки греческой грамматики или аристотелевской силлогистики. Главная задача школы — научить детей читать, писать и считать. Заодно я познакомлю их с историей страны, которую начну преподавать лично, пока не подготовлю достойную замену. Думаю, это будет урок о любви к отчизне и понимании миссии каждого русского человека. Наиболее талантливые и прилежные ребята пойдут учиться дальше, вплоть до университета. Коли возникнет необходимость, я оплачу даже обучение в Европе. Для таких людей мне ничего не жалко. Но большинство школяров ждёт работа на заводах, в мастерских или имениях. Для чего вполне хватит означенного курса. Пусть для старших классов мы его немного усилим.

— Зачем вам это, Николай Петрович?

Адодуров вроде спросил про урок патриотизма, но, скорее всего, вопрос касается школы в целом. Остальные гости остановились и посмотрели на меня. Похоже, школа их впечатлила, но смысл такого проекта им не до конца понятен.

— Буду краток. Во-первых, моему хозяйству и стране в целом необходимы образованные люди. Не просто грамотные бездельники, проводящие время в неге, а искусные мастера во многих сферах. Во-вторых, человек должен видеть цель. Не только желать подняться над своим сословием и разбогатеть, но и сделать нашу державу сильнее. Понимаю наивность своих размышлений. Человек — скотина неблагодарная. Но я верю, что хотя бы несколько из моих учеников будут бескорыстно служить России. Поверьте, это уже немало.

Показалось, что я переборщил с пафосом, но вельможи кивнули моим речам. Только балагур Голицын вычленил совсем другие слова:

— Граф, вы просто кладезь забавных выражений и присказок. Это надо же придумать: «Человек — скотина неблагодарная», — после слов князя все дружно рассмеялись.

Выйдя на улицу, я вдохнул полной грудью морозный воздух. Хорошо! А то в зале душновато, несмотря на нормальную вентиляцию. Троица пацанов ждала нас и стойко игнорировала мороз. Одеты они в армяки, кожаные чуни мехом внутрь и заячьи треухи. Этакая спортивная форма на минималках.

Наша делегация обошла здание школы по очищенным от снега дорожкам и достигла спортплощадки. По её периметру расположились брёвна, лабиринт, стена, разрушенная лестница и ров с препятствием. Всё как у взрослых и тоже очищено от снега. Я не предупреждал об испытании полосы, но в школе правильно подготовились.

Повинуясь моему кивку, директор скомандовал:

— Вперёд! Три круга.

Ребята сразу рванули к препятствиям. Гости не отрывали глаз от зрелища, бурно отреагировав на падение одного из школяров с лестницы. Впрочем, малец быстро вскочил и побежал догонять однокашников. После того как ребята пошли на третий круг, генерал-губернатор повернулся ко мне:

— Откуда это? — Волконский махнул в сторону полосы. — Только не говорите, что прочитали в голландской или немецкой газете. Я, знаете ли, давно увлекаюсь гимнастикой. Именно по моему настоянию её преподавание вскоре начнётся в Сухопутном кадетском корпусе. А далее столь полезное дело должно появиться в остальных учебных заведениях. Военных, конечно. Но вы предложили совершенно необычные и более насыщенные упражнения. Мне не надо долго наблюдать за происходящим, чтобы понять, насколько ваша методика укрепляет тело человека.

— Не буду скромничать, эту систему придумал я, а до ума довели мои наставники в фехтовании. Кроме показанных снарядов и полосы, есть целая система из разминки с увеличивающейся нагрузкой, состоящая из десятков упражнений.

Волконский шумно выдохнул и повернулся к троице спортсменов. Довольные ребята слегка запыхались, выдыхая клубы пара.

— Переодеться, выпить горячего чаю, а лучше сразу в баню, — приказываю директору, тут же начавшему отдавать распоряжения.

— Николай Петрович, вы понимаете, что эти упражнения могут помочь готовить офицеров? — наконец произнёс Волконский.

Его радение за армию понятно. Среди присутствующих он единственный, кто служил и воевал. За исключением меня в будущем, конечно.

— Понимаю, — улыбаюсь возмущённому князю. — Сейчас я покажу вам ещё кое-что любопытное.

Генерал-губернатор кивнул и направился следом. Громко переговаривающиеся гости последовали за нами. Больше всех оказался восхищён мой будущий свояк. Разумовский вообще впечатлительный и эмоциональный человек. Чую, вскоре в Батурине построят похожую полосу, где будут бегать графские бойцы.

Дойдя до небольшого квартала, состоящего из аккуратных новых домиков, начинаю объяснять:

— Здесь живут преподаватели с семьями. Чуть дальше — хозяйственные сооружения. Всё построено по проекту и на самом деле занимает небольшую площадь. Кстати, в крыле, где расположен зал, находится общая трапезная, — указываю в сторону основного корпуса.

Волконский повернулся и ещё раз осмотрел диспозицию.

— А теперь представьте, что здание школы немного иного вида, без учебных классов, и располагает только спальными местами, трапезной, хозяйственными помещениями и баней. Полосу препятствий можно расположить также сбоку или сзади, а перед зданием вполне поместится плац. Домики для учителей подойдут и для офицеров. И это уже не моя придумка, — с улыбкой смотрю на князя, который догадался, о чём речь. — Пруссаки давно начали использовать похожую схему размещения войск, назвав её казармой. Понятно, что это изобретение ещё Древнего Рима, но именно при Фридрихе оно получило вторую жизнь. Признаюсь, я уже начал писать доклад президенту Военной коллегии Чернышёву, дабы предложить готовый и проверенный вариант проекта строительства казарм.

— Дорого! — сразу вынес вердикт князь. — В армии задержки с выплатой жалования, а ещё не хватает ружей, пушек и пороха. Какие уж тут казармы! А дома для младших офицеров — просто роскошь!

— Не дороже денег. Зато, построив казармы один раз, казна значительно сэкономит в будущем. Не говоря уже о повышении подготовки солдат, — парирую утверждение оппонента. — Размещение войск в полковых слободах или домах гражданских лиц снижает подготовку и разлагает дисциплину. Солдаты часто занимаются хозяйственными работами и даже торговлей. О более дорогом питание можно не говорить. Одно дело — закупать продукты на десяток, и совсем другое — на батальон или полк. Получается прибыль со всех сторон.

— Граф, вы не совсем верно представляете обстановку в армии. Понятно, что нижние чины, впрочем, как и офицеры, надо постоянно загружать. Ибо в противном случае некоторым в голову лезет всякая дурь. Но регулярные занятия и стрельбы невозможны по простой причине. В полках нет столько одежды, обуви и пороха. Первые имеют склонность изнашиваться, а второй быстро сгорает, — Волконский продолжал стоять на своём.

— Тогда предлагаю рассмотреть ситуацию в отношении всего государства. Почему не открыть при казармах школы и не начать обучать нижние чины грамоте? Для этого многого не надо, я вон даже метод уже написал, — киваю на Адодурова, продолжавшего терзать брошюры. — Период между прошлой и нынешней войной составил восемь лет. За это время в отставку вышли тысячи солдат. При этом многим из них сложно устроиться после армии, даже если человек обзавёлся семьёй. Зачем продолжать разбрасываться подготовленными людьми? Почему не дать им минимум образования? Державе требуются полицейские, пожарные, почтовые работники и мелкие чиновники. Или взять наше коммунальное хозяйство. Сам бог велел поставить на мелкие начальственные должности ветеранов. Они исполнительны и способны заставить уборщиков работать. Только нужны грамотные люди, а их нет. Гражданский с образованием туда не пойдёт, а старый солдат — с радостью. Я набросал черновой вариант проекта. Предлагаю обсудить его после обеда в Кусково. А далее вы можете сами предложить столь полезное дело графу Чернышёву или сразу Её Величеству.

Волконский выслушал меня и разразился громким хохотом:

— Ой, уморил! Хитёр ты, Николай Петрович! Как гладко всё преподнёс, а сам в сторонку. А ведь все будут считать, что это моя придумка, и меня же заставят отвечать, если она не удастся. Но молодец, дело нужное!

Это хорошо! Я не ожидал, что проект казарм сразу понравится столь влиятельному и уважаемому в армии человеку.

Глава 2

Ноябрь 1773 года. Москва, Российская империя.