Александр Воропаев – Тучи гасят звезды (страница 2)

– Здравствуйте. Сергей Маратович?

Мужчина поднял пухлую руку от клавиатуры и оторвался от созерцания экрана монитора, установленного в одном из углов обширной столешницы. Взглянул на Кутасова.

– От Людмилы Мироновны? – спросил в ответ. – Давайте документы. Присаживайтесь. – Он указал на кресло за столиком, приставленным с торца.

Несколько минут босс просматривал документы. Затем шлепнул их на стол и отодвинул от себя в сторону, показывая, что все это так, ерунда – написать можно, что хочешь, главное – еще впереди.

– Дмитрий Кутасов, неполное высшее, МГУ имени Ломоносова. Геоморфология. Почему не закончили?

Микка пожал плечами. Сделал рукой неопределенное движение.

– Ситуация же… переменилась…

– Понятно, – продолжил за него Арлазаров, проявляя нетерпеливость. – Тратить пять лет жизни, когда сообразительные люди вокруг железо куют. А корочки диплома можно купить в подземном переходе. За гроши… Ну ваши университетские, может, чуть подороже.

– Да, поэтому и ушел. Решил влиться в коммерцию.

– Чем занимались?

– Ну там… видеокассетами, аудиотехникой, медикаментами, туда-сюда. С товарищами по учебе. Они вместе со мной с третьего курса соскочили, – Микка поднял глаза к потолку. Решил добавить: – Цветами еще… Бизнесом, в общем.

– Что-то ты не очень бойкий, – перешел на «ты» Арлазаров. – Расскажи про медикаменты. Где покупали, как реализовывали.

– Купили «буханку». Ездили в регионы: в Калужскую область, в Тульскую, в Белоруссию. Сдавали в Москве и по области, через аптеки. Лицензию… сначала арендовали за проценты с оборота, потом свою сделали.

– Ну и как?

– Не очень. Занялись потом цветами – срезкой. Но, в конце концов, разбежались.

– Лопухи! – Арлазаров довольно откинулся в кресле и забросил ногу на ногу, демонстрируя мягкий бордовый мокасин и белый носок над ним. – Крутой бизнес, если уметь. Сеть аптек «Будь здоров» знаешь? Ну такая: с градусником поперек зеленого креста. Под сотню уже будет точек по Москве и всей области. У меня отец владеет. Ты должен был слышать его имя, если крутился в этой сфере.

Микка кивнул, стараясь сделать это с достаточным уважением.

– Отличный бизнес, – босс сложил пальцы рук домиком. – В розничной фармацевтике же сумасшедшая накрутка и чем дешевле лекарство, тем больше. И товар такой, который все покупают: есть деньги, нет – куда ты денешься, все равно придешь, если болячка прижмет. Это почти как водка… Вам, пентюхам, нельзя было ни с кем делиться, свою аптеку нужно было открывать. Хоть киоск. А то туда, сюда – этому за лицензию, а аптекам на реализацию… Да? А они деньги не спешили отдавать – конечно, не дураки. А инфляция, а оборот? – Арлазаров добродушно, сердечно рассмеялся.

– Да, – покорно сказал Микка. – Все так.

– Я знаю. Сам у отца работал. Теперь вот свой бизнес открыл. Оптовая фирма. Снабжаем всем необходимым московские конторы. От канцелярии до… словом, всем. Все что ни закажут. Ясно? Скоро у меня еще лучше, чем у отца будет.

– Большие, наверное, склады, – вежливо сказал Кутасов.

– Предприниматель… – снова засмеялся Маратович. – Коммерсант. Ничего ты не понимаешь – «склады»… Ну ладно, увидишь, как бизнесом нужно заниматься. Беру тебя в отдел закупок. На испытательный срок, естественно… Испытательный срок – три месяца. Зарплату будешь получать сразу… – он посмотрел, какой это вызовет эффект. – Но пятьдесят процентов.

– Сколько это? – решил спросить Кутасов.

Все же он должен был проявить в этом вопросе заинтересованность – так, наверняка, и для легенды полагалось.

– Тебе что, не сказали? Тридцать вон в неделю. После испытательного – шестьдесят вон. Как? Неплохо?

Фиг поймешь, сколько это. Понятно, что не очень много. Банка растворимого кофе стоит около шести вон, порция замороженного ланча – два-три вона. Но Арлазаров видимо думает, что он, практически, благодетель… Микка решительно кивнул.

– С политикой у тебя как? В партиях, группировках состоишь? Какие у тебя взгляды? Федералист? Коммунист? Родноверец?

– Нет. Не интересуюсь.

– Совсем? Ладно. Но чтобы знал, Дмитрий, мне этой муры здесь ни в каком виде не надо. Понял? От нее вреда и крови больше, чем от любого бандитского беспредела. Мы занимаемся хорошим, чистым делом, мы всех снабжаем и обеспечиваем и мне не встало тут внимание органов…

Кутасов в очередной раз кивнул, а Маратович продолжил разглагольствовать, некоторое время он еще поплевался на политику, на политических активистов, а потом вернулся к делам служебным. Микке стало скучно, он принялся рассматривать корешки книг в мебельном гарнитуре за спиной у босса – таким же темным и массивным, как и стол, и, занимающим всю противоположную стену. За стеклянными дверцами стояли сплошь полные собрания сочинений – в красивых сафьяновых обложках, с золочеными тиснеными буквами: Достоевский, Ким Манчжун, Диккенс…

– Только смотри! – продолжал вещать Арлазаров, поднимая союзные брови. – За все решения, что покупать и в каком количестве, будешь отвечать по полной. Здесь не твой бизнес – ошибаться нельзя. Спрашивать буду строго. Закупишь ты, например, с какого-нибудь перепуга контейнер деревянных линеек или там… восемнадцать импортных холодильников…

…А ведь это все настоящая бумага, думал Кутасов. Отпечатано по старинке, прокатыванием через типографский станок, на барабане, большими листами, потом обрезанные, сшитые, золоченые по обрезу и все такие дела. Фиксированный и очень небольшой тираж. У себя дома он видел такие книги только один раз и, в общем, случайно, а у них здесь… Сколько же такая библиотека может стоить на хорошем аукционе? Особенно учитывая, что она, естественно, нечитанная.

– Если ты, конечно, такой крутой, что сможешь потом все эти… холодильники загнать! Да с выгодой! – Сергей Маратович что-то разгорячился. – Ну, тогда тебе респект и главная улица, но если нет…

Повисла продолжительная пауза. Выкатив для пущей важности момента глаза Арлазаров тяжело смотрел на Микку.

– Я все понял, – вежливо сказал Кутасов. Эмоционально он в происходящем не участвовал и никаким таким взглядом его было не пронять.

– Смотри! – сказал босс; он нажал на большую кнопку, стоящего перед ним телефона, и откинулся на спинку кресла. – Софья!

– Да, Сергей Маратович, – раздался по громкой связи женский голос.

– Зайди ко мне!

Очень быстро в кабинете появилась светленькая худенькая девушка, подвижная, с мальчишеской стрижкой. Она была в белой блузке, короткой плиссированной юбке и черных чулках, что еще больше подчеркивало ее худобу. К груди она прижимала большую тетрадь на пружине. По возрасту и по виду секретарша годилась в студентки… хм, ну а как же иначе… Чуть-чуть что-то в ее лице сквозило неправильное, неприятное, все портило какая-то одна неверная черта, но пялиться, понятно, было не с руки.

– Проводи нашего нового сотрудника к Каратаеву, – распорядился босс.

В холле, где за столами сидели телефонистки, царило усталое оживление. Они уже теперь говорили не столько в трубки, сколько друг с другом. Рабочий день, похоже, заканчивался. Кто-то еще набирал очередной номер, тыча карандашом в кнопки дисплея или вращая диск, перелистывал желтые страницы пухлого справочника, но большинство девушек собирали вещи в сумочки.

– Софочка, у меня что-то с телефоном, – обратилась снизу вверх, от одного из столов, женщина с красными, как медь, локонами к сопровождающей Кутасова. – То работает, то нет. Беда просто. – Она сложила под мягким подбородком пухлые ручки и стрельнула в новенького лукавыми глазками.

– Я же уже тебе на этой неделе меняла аппарат, – холодно сказала секретарша, на секунду останавливаясь. – Ты чем с ними занимаешься, Белла, трахаешься что ли? Вечно провод мотаешь, как психованная. Смотри, доложу, как положено – вычтут стоимость из зарплаты.

Женщина совершенно определенно заробела и, уличая себя с головой, машинально схватилась рукой за крученый телефонный провод; на Микку она уже больше не смотрела.

– Ладно, – смилостивилась Софочка, сморщив носик, – подожди, я к тебе подойду чуть позже.

Кутасов и строгая секретарша прошли между рядами столов к коридору, в противоположном от входа конце зала. Здесь находилось несколько дверей по обеим сторонам прохода. Блондинка, тряхнув челкой, направилась ко второй слева.

Не успела она подойти, как дверь кабинета распахнулась сама и оттуда выскочили две девушки в длинных куртках, за ними вышел пожилой высокий мужчина с очень прямой спиной и с сединами на висках, а за ним – еще один, значительно моложе первого, в кожаной куртке и кепке.

– Вениамин Николаевич, к вам новый сотрудник, – обратилась Софья к молодому мужчине.

Вся компания притормозила и немедленно уставилась на Микку. Микка от такого внимания, конечно, смутился.

– Очень хорошо, – сказал Вениамин Николаевич начальственным голосом. – Давно пора, а то мы тут завалены заявками по самое не балуй. – Он протянул руку. – Каратаев.

– Дмитрий Кутасов, – представился Микка.

Он ожидал, что и второй мужчина поприветствует его рукопожатием (девушки, почему-то, по местному этикету, здесь были не в счет – не полагалось с ними ручкаться), но высокий смотрел в сторону с отстраненным лицом, мыслями он был где-то далеко.

– Очень хорошо, – повторил начальник отдела. – Правда, вы появились под конец рабочего дня и сегодня как раз я очень спешу. Ну что ж… Вот там будет ваше рабочее место, – он прямо через открытую дверь указал в дальний угол кабинета, у окна. – Рядом со мной. Компьютером владеете? Конечно же, владеете. Приходите, Дмитрий, завтра к девяти часам и я все вам расскажу и введу в курс дела. Так вот… Софа, можно тебя отвлечь от секретарских дел на минуточку?