Александр Волошин – Погружение (страница 8)

О, а вот это надо снять!

Глава 10. Явление Спенсера

К причалу подкатил вызывающе новый, огромный лимузин. Расторопный шофёр в костюме а-ля «Люди в чёрном» выскочил первым, обежал машину спереди и картинно распахнул пассажирскую дверь, из которой явил себя наблюдателям пожилой, но стройный и энергичный мужчина. Одет он был как самый банальный Турист. Шорты чуть ниже колен, гавайская рубаха навыпуск, лёгкие шлёпанцы на босу ногу и нелепая морская фуражка. С невинной улыбочкой он двинулся в сторону «Путорании», пока водитель и присоединившийся к нему помощник катили к трапу два исполинских чемодана. Навстречу новому гостю ринулся капитан.

Судя по продемонстрированному капитаном почтению, тот был хорошо осведомлён о личности вновь прибывшего. Во всяком случае оценивал он, гостя явно не по эксцентричному внешнему виду, а скорее по рейтингу в списке Форбс или ещё какому-нибудь табелю о рангах для сильных мира сего. Во всяком случае, Спонсор, как окрестил его про себя Герман, подал капитану руку для крепкого рукопожатия, а не для поцелуя. Уже хорошо, плюсик ему в карму.

Спонсор сразу скрылся с палубы в отведённой ему каюте. «Чтобы переодеться», – подумал Герман. Но не тут-то было, через пять минут тот снова появился на палубе – теперь в шезлонге с коктейлем в руке. В довершении образа на носу у него красовались провокационно-розовые пляжные очки.

Выглядел он вызывающе неуместно. С другой стороны, нынешнее развлечение обошлось ему в четверть миллиона. Заплати он столько же за билет в Венскую оперу, ему позволили бы сидеть в зале в купальнике и ластах. Ох уж эти толстосумы!

Герман не ненавидел их – ненависть от зависти. Они были ему просто неприятны. Впрочем, этот конкретный «мешок с деньгами» даже в чём-то мил. «Ладно, – подумал Герман, – тебе в моих репортажах не помогут твои миллионы. Камера будет беспристрастна. Обещаю».

Отправление большого корабля это всегда нечто торжественное. Снять такое на камеру невозможно, это надо почувствовать.

Торжество, праздник, событие, даже если причал не наводнён толпой провожающих и зевак, если не надрывается, заглушаемый шумом порта, духовой оркестр.

Гигантское сооружение размером с маленький завод как-то вдруг, неожиданно отделилось от причала и поплыло. Завершил фантастическое впечатление бас корабельной сирены.

Герман автоматически глянул время. Ровно восемь. Спрятал камеру в рюкзак. До встречи в кают-компании – час. Можно расслабиться.

Интереснее выхода из порта может быть только возвращение в порт. Впрочем, это субъективно. В любом случае, и то и другое гораздо увлекательнее, чем ровное и монотонное движение в открытом море.

Наблюдения за манёврами «Путорании», за другими судами в порту и на рейде, за удаляющимся берегом скрасили ожидание. Суетливые мысли растворялись в пройденных милях, становясь иллюзорными, как отголоски вчерашнего сна.

Хорошо, что я согласился на эту работу! Настроение улучшилось.

А где бы тут перекусить?

Глава 11. Знакомство

Германа мало заботило, что там его ожидает в кают-компании. Очередная деловая встреча. Что-нибудь типа регистрации участников конференции перед началом заседания. Может, выдадут бейджик на шнурке, блокнот с логотипом и программку мероприятия.

Да. Он просто не учёл, сколько стоит такая прогулка, – их ждал накрытый к завтраку стол. Не обильный, но изысканный. Какие ароматы! У-у-у! Кофе, свежая выпечка, ваниль! Они лишали воли, лишали способности думать о чём-нибудь кроме еды. Герман через силу отвёл взгляд от вазочек с икрой, тарелок с паштетами и сырами. Воспитание победило. Он оглянулся на присутствующих.

Возле огромного окна беседовали Капитан, женщина и ещё один господин в морском форменном кителе. Через дверь напротив, одновременно с Германом вошли арабы – отец с сыном.

Капитан представил всех. Герман правильно угадал их национальность. Вопрос о родстве остался открытым, но переспрашивать он не стал, постеснялся. Тем более, к ним как раз присоединилась женщина. Капитан представил и её:

– Тамила Рибор.

Герман предпочёл бы пожать ей руку, ощутить текстуру и силу её ладони, но она ограничилась вежливым поклоном.

– Мисс или миссис?

– Доктор, – кратко обозначила она свой статус.

Спустя минуту к ним присоединился последний из присутствующих, которого Герман заметил ещё ранее на палубе рядом с женщиной.

– Позвольте рекомендовать – это капитан «Путорании» господин Блум. Я – капитан «Сферы». У нас тут два капитана. Не знаю, кто важнее. Я поведу вас в глубины океана, а капитан Блум будет следить за «Сферой» с борта и возглавит операцию по спасению, если понадобится.

Собравшиеся вежливо улыбались, изучая друг друга.

– Скоро к нам присоединится и мистер Спенсер, – продолжил Капитан, – Пока его нет, расскажу кто это…

Но посплетничать пришлось отложить, до более удобного случая.

В кают-компанию снизошёл Спенсер. На этот раз в строгом деловом костюме. Так одеваются успешные банкиры, адвокаты и государственные чиновники высокого ранга. Ничего лишнего, почти скромно, но о-очень дорого.

– Доброе утро, господа! – приветствовал он всех. Поздоровался за руку с арабами и Германом. Остальным небрежно кивнул как старым знакомым, с которыми уже виделись или подчинённым:

– Я владелец и главный инвестор проекта «Увидеть Титаник». Всегда присутствую при запуске своих начинаний. Первое погружение к «Титанику» совершил пятнадцать лет назад. Условия были спартанские, и я загорелся идеей сделать это путешествие относительно комфортным. – Самопрезеновал себя Спенсер и демонстративно принюхался. – А чем это так вкусно пахнет?

***

– Ну что ж, господа, наша команда в сборе. Прошу к столу, – на правах хозяина подсуетился Капитан.

Поначалу разговор вертелся вокруг общих организационных вопросов. Постепенно, по мере уменьшения горки сдобы на столе, беседа сместилась к более личным, касающимся каждого, темам и, конечно же, – безопасности.

– А кто-нибудь догадался застраховать свою жизнь? – Вопрос Германа бестактно повис в воздухе.

Оказалось, страховка только у Капитана – по контракту. Никто, кроме Спенсера, об этом даже не подумал. Тот заявил, что принципиально не страхуется. Травмы в его экстремальных приключениях маловероятны. А в случае гибели выплаты могут оказаться оскорбительно ничтожны по сравнению со счётом в банке.

Меж тем выяснилось, что его гораздо больше волнуют вопросы наследования, а, точнее, завещания:

– Для меня важно, чтобы моя воля исполнялась и после моей смерти. Я собираюсь продолжить управление этим миром, даже перенесясь в иной. – Он аккуратно намазал ломтик поджаренного хлеба сливочным маслом. – Система стряпчих мне это обеспечит. – Щедро шмякнул на него черной икры.

– Как далеко в будущее Вы собираетесь проецировать свою волю? – полюбопытствовал пожилой араб. Лицо его выразило вежливое неодобрение, то ли к икре, то ли к словам миллиардера.

– Насколько позволят финансы и фантазия.

– Зачем?

– Пока хоть кто-то зависит от моей воли, он меня точно не забудет, – лукаво улыбнулся Спенсер.

– Собираетесь тиранить наследников? – не удержался от бестактного комментария Герман.

– Зачем сразу предполагать худшее? Я продолжу зарабатывать во благо наследников.

Заметив, что достаточно заинтриговал всех, Спенсер рассказал:

– Вчера оставил два распоряжения брокерам. Первое – скупать акции моих компаний в случае плохих новостей обо мне. Второе – прекратить покупку, когда объявят, что я жив, но не раньше чем через два часа.

Собеседники притихли. Никому не пришло в голову монетизировать потенциальную опасность погружения.

Удивительным образом Спенсер сфокусировал общее внимание на своей персоне, он буквально заполнил собой пространство кают-компании, навязал настроение, задал направление беседы. Простым своим присутствием сплотил собравшихся гостей в команду и сам же возглавил её. Вот, что значит харизма.

Однако, вскоре он пресытился ролью лидера и передал эстафету Капитану. Тот же, естественно, вернул разговор в близкую ему тему:

– Давайте сразу определимся. Наше судно – не батискаф, а глубоководный аппарат. В чем отличие, спросите вы.

Хотя бы в том, что вам не придётся сидеть на мокром полу в мокрой одежде прижавшись друг к другу как любовники в душевой кабине.

Наше судно называется «Сфера». Это отсылка к основному конструктивному элементу. Корпус идеально круглый, что обеспечивает максимальную жёсткость. Диаметр четыре с половиной метра – фантастически много для таких глубин.

Стабилизация «Сферы» в пространстве достигается с помощью гироскопа. Мы можем плыть в любом направлении, но при этом нам совсем не обязательно разворачиваться. Этим мы похожи на летающую тарелку.

– О, какое убедительное сравнение, – пробормотал юный араб.

– Корпус из титана толщиной десять сантиметров. Прочность проверена на глубине вдвое большей, чем та на которую нам предстоит опуститься. «Сфера» легче воды, чтобы погрузиться, использует я балласт, прикреплённый снаружи внизу корпуса. Для всплытия мы просто сбросим его. Как в случае с воздушным шаром, только наоборот.

«Сфера» герметична. Мы не будем создавать внутри подпор воздуха. Это бессмысленно, учитывая какое колоссальное давление на глубине. Так, что атмосферное давление внутри будет естественным и метеозависимым участникам экспедиции дискомфорт не грозит. Температура, влажность, уровень кислорода и CO2 поддерживается интеллектуальной системой климат-комфорта как в современном автомобиле.