Александр Васин – Радде. Король Хингана (страница 4)

Татьяна не находила нужных слов и, опустив голову, стала рассматривать свои пальцы как школьница. Ладони мелко покалывало, затем они налились жаром, щёки тоже стали гореть, а сердце отсчитывало ровные сонные удары. Татьяна почувствовала нахлынувшее на неё безволие и желание, закрыв глаза, спокойно уснуть.

Семён не отвечал. Татьяна, стесняясь поднять глаза, испытывала необъяснимое чувство стыда оттого, что могла огорчить гостеприимного хозяина дома своим рассказом. Потом всё же решилась поднять взгляд хотя бы для того, чтобы извиниться за этот нелепый повод для встречи, но, сделав это, вздрогнула и оторопела.

На неё смотрел суровый мужчина, в котором она совершенно не узнала Семёна. Он смотрел исподлобья глубокими чёрными глазами. На его щеках выступил румянец, а ноздри, раздуваясь, наполнили застывшую на лице гримасу ужасом.

– Это правда! Степан сказал правду! – твёрдо и уверенно вскричал Семён. – Это не легенда!

– Но, простите, – испуганно пролепетала Татьяна. – Это же не может быть правдой, это же дух медведицы, а как это может быть правдой?

Она медленно поднялась с дивана. Зловещий испуг сковал её тело до судорог.

– Я слышал песнь шамана! Он пропел, что дух медведицы – хозяйки тайги – вернулся! Она продолжит убивать детей нашего рода!

– Продолжит? Детей? А почему именно детей? – еле выговаривая слова, спросила учительница. – И откуда у нас шаман? – пятясь к двери и понимая, что Семён лишился ума, Татьяна задавала один вопрос за другим, отвлекая его внимание.

– Шаман там! – взбесился он, показывая рукой в сторону Амура. – Там наши предки! Шаман был на вершине сопки! Он пел «песнь смерти»! Он пел, что дух медведицы снова над нами! Мы, орочоны, понимаем слова друг друга!

Затем, будто выбившись из сил, коренастый крепкий мужчина закрыл глаза. Его губы подёргивались в какой-то недоговорённости, и он, видимо, пытаясь ещё что-то сказать, то и дело дёргал рукой.

Татьяна уже стояла рядом с дверью, и, хотя прихожая освещалась тусклой лампой, ей казалось, что она не знает, куда идти, потерявшись от страха. Нащупав позади себя дверную ручку, девушка толкнула её что было сил и, не понимая как, оказалась на улице.

Она бежала до своего дома не останавливаясь. Наступившие сумерки ещё больше пугали. Ей всё ещё слышался ужасный скрип двери и тяжёлые шаги, будто догонявшие её.

– Он – сумасшедший, – то и дело бурчала она, зайдя в свою комнату.

Плотно закрыв дверь, Татьяна старалась поскорее забыть всё, что произошло. В её руке стакан холодной воды стал непослушным и тяжёлым.

– Сумасшедший, – повторяла она после каждого жадно выпитого глотка. – Сумасшедший!

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀ ***

Ночью Татьяне снились кошмары, от которых она несколько раз вскакивала с кровати и принималась искать глазами в тёмной комнате сама не понимая что. Она чувствовала горячее дыхание и, как ей казалось, видела морду огромного чёрного медведя. Уже под утро, когда начало светать, она провалилась в глубокий сон, потерявшись во времени.

Сквозь тревожные видения Татьяна услышала резкий звук, от которого хотелось укрыться. Она чувствовала своё частое глубокое дыхание и желание проснуться, но у неё это не получалось. Кто-то тормошил её за плечо:

– Таня, Таня, просыпайся! Будильник уже звенит давно, – услышала она голос хозяйки дома.

Та открыла испуганные глаза и, увидев взволнованное лицо, будто не понимая, что происходит, долго молча смотрела на бабушку.

– Да что с тобой, Таня, ты не заболела случаем? – произнесла Мария Петровна.

– Нет, спасибо, я уже встаю, – неуверенно ответила Татьяна, медленно поднимаясь с кровати. – Что-то мне не совсем хорошо.

– Ты где вчера была-то?

– У Торгоновых. Мне надо было с отцом Стёпы поговорить, – еле шевелила губами Татьяна.

– Ах! – закрыла рукой рот Мария Петровна.

– А что не так?

– Не надо тебе к ним ходить, – огорчилась бабушка. – Нехорошие они.

– Как понять – «нехорошие»?

– Странные они люди.

– Мы все со странностями, – выдохнула с сожалением Татьяна и, встав перед зеркалом, начала расчёсывать волосы.

– Послушай меня, Таня, – бабушка подошла вплотную. – Не ходи к ним больше. Ты здесь человек новый, а я знаю о них много нехорошего.

– Что, например? – равнодушно спросила Татьяна.

– Не просто так жена Семёна людей сторонится. И ещё неизвестно, кто такая Алана. И Алана ли она вообще?

– Что вы имеете в виду? – напряглась Татьяна, замерев с гребнем в волосах.

– Ведь сначала никакой Аланы не было. Был Семён, была его жена – Антонина. Дояркой работала. Весёлой её знали, танцевать любила. Смеялась всегда так звонко, радостно! Потом родился у них сын – Стёпка. А тут недавно прошёл слух, что объявилась у него дочь в Китае. Семён объяснил всем, что это его дочь от первой женщины, которая умерла, – вот он к себе сиротку и берёт.

Татьяна внимательно слушала бабушку, с удивлением прищурив глаза.

– Поехали они в Благовещенск – там у них какой-то праздник отмечали осенью. Не было их недели две-три. А потом приезжают уже с Аланой. И Алана – красавица! – Мария Петровна показала руками красивую девичью стать. – Антонина после этого стала на глазах таять – через полгода уже почернела как старуха и пить начала. Мы с Семёном говорили. Помочь хотели. А он своё заладил: «Дух, – говорит, – в неё плохой вселился, и уже ничто не поможет». Взгляд у неё потух, и что там у них в избе происходит – никто не знает. Эта Алана всё чаи какие-то варит. Она говорит, что целебные настои готовит и в Китае так, мол, принято.

– Да, она меня вчера чаем напоила – я чуть у них не уснула.

– Вот! – Мария Петровна направила указательный палец на Татьяну, услышав подтверждение своих слов.

– Это ужас какой-то, – прошептала девушка, затем, посмотрев на часы, стала быстро собираться.

– Мне в школу надо, баб Маш, я опаздываю уже.

– Беги, дочка! Да осторожнее там!

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀ ***

В школе шла подготовка к празднику. Каждый год 28 мая в селе отмечали День пограничника. Военная форма молодых ребят выглядела настолько привлекательно, что дети, не зная предела своему восторгу, при каждом удобном случае пытались дотронуться до их погонов, непременно поздороваться за руку и, конечно же, примерить их «волшебные» зелёные фуражки.

К празднику обычно начинали готовиться за пару недель. Татьяну назначили ответственной от школы, а лейтенант Егоров отвечал за подготовку праздника от заставы. Год назад именно так они и познакомились. Когда высокий голубоглазый офицер зашёл в класс, Татьяна, только приехавшая тогда в село, от растерянности и неожиданности, хлопая глазками, спросила:

– Вы ко мне?

– Ну, конечно, к вам! – засмеялся Сергей. – Ведь вы Татьяна Ивановна, верно?

– Да, а откуда вы знаете? – не приходя в себя, спросила она.

– Позвольте представиться – лейтенант Егоров, замполит заставы, – преодолевая оторопь молодой учительницы, отрапортовал Сергей. – Мне порекомендовала к вам обратиться ваш директор. Ведь вы ответственная от школы за проведение Дня пограничника?

– Ах да! Меня предупреждали, что вы придёте. Просто я не ожидала, что вы… – она не находила слов.

– Что я молодой и красивый?

– Да! – расхохоталась Татьяна, навсегда снимая барьеры робости, ложного стеснения и недоговорённости между ними.

Они стали настоящими друзьями и при каждом удобном случае делились друг с другом новостями. Сергей много рассказывал о родителях, а Татьяна поведала непростую историю своей семьи, которая была репрессирована в тридцатые годы и выслана в Магаданскую область. Учителя школы посмеивались над нерешительной Татьяной и призывали её поскорее выйти замуж за «такого красавца», но она не хотела торопить события, считая, что всё в жизни должно произойти само собой.

Татьяна с уставшими глазами зашла в свой класс, плюхнулась на стул и попыталась немного отвлечься от вчерашних событий. Пока дети не пришли в школу, она постаралась взять себя в руки, чтобы выбросить из головы ужас прошедшей ночи. В дверь постучали, и она начала медленно, со скрипом открываться.

– Кто там?! – испуганно воскликнула Татьяна.

– Здравствуйте, Татьяна Ивановна, – послышался осторожный голос Сергея Егорова. – Мы готовы провести День пограничника на достойном, а значит, самом высоком уровне?

– Ой, Серёжа! Привет! А ты уже пришёл по поводу праздника? – устало выдохнула Татьяна, приходя в себя от тяжёлых мыслей.

– Ну конечно, Танечка, – негромко и вкрадчиво ответил он и достал из-за спины букет полевых цветов. – Времени почти не осталось…

– Ой, какая прелесть! – обворожительно улыбнулась Татьяна. – А у меня совсем вылетело из головы, мы же с тобой должны подготовить программу праздника…

– Должны, – Сергей посмотрел на неё и хитро улыбнулся. – Сейчас мы с тобой быстренько накидаем программу, и я украду тебя у всей школы…

– Вот только надо найти прошлогоднюю программу, – Татьяна смачно зевнула, закрыв ладонями лицо, и опустила голову на стол.

– Что такое? Я так понимаю, что ты всю ночь не спала и опять читала книжку? – улыбнулся Сергей.

– Да, книжку. Только очень страшную, – смутилась она и выпрямила спину. – Давай быстренько по программе пройдёмся, а то у меня сейчас ребята придут.

– Не совсем понял. Ты перешла на страшные книги или страх от реальности не дал тебе ночного покоя? – присев на маленький детский стульчик и чувствуя неладное, поинтересовался Сергей.