Александр Васильев – Два шага до рассвета (страница 56)

Аршак Акопович услужливо открыл дверцу черной «Волги».

— Добро пожаловать. У нас все готово.

— Хорошо, раз готово, — буркнул Бродов вместо приветствия. Он тяжело выбрался из машины на хрустящий снег. — Показывай, что там у вас готово.

Бродов сразу заметил человека, который стоял в углу комнаты, сложив руки на животе. Однако, даже не посмотрев как следует в его сторону, повернулся к незнакомцу спиной.

— Аршак, когда ты бассейн построишь? Сейчас все копают на дачах водяные ямы. Мода пошла. А ты деньги экономишь.

— О! — воскликнул Казарян. — Вы читаете мои мысли. Я как раз весной собирался сделать плавательный павильон. Наподобие теплицы. Пять метров на три.

— Давай хоть пять на три. Не затягивай. — Бродов посмотрел на свои ладони. — Послушай, ты хиромантией не увлекаешься?

— В общих чертах имею представление.

— В общих и я имею. А твоя Роза умеет гадать? Я никогда ее об этом не спрашивал.

— Я видел, она как-то гадала на картах.

— Позови ее. Пусть предскажет судьбу. На сегодняшний вечер я стану фаталистом.

Казарян кашлянул.

— Павел Егорович, тут дело такое… Роза заболела и сегодня не приехала.

Бродов громко выругался.

— Что же ты меня не предупредил? На кой ляд я притащился?

— Я сам узнал только вчера, — ответил Казарян.

— Ну-ка звони ей. Пусть берет такси и мчится сюда.

Казарян покачал головой:

— Она действительно не может. На нее в понедельник напал бандит — проткнул ножом щеку. Я к ней вчера приезжал. У нее вся голова перебинтована. Она даже говорит с трудом.

— Вот это да! — удивился Павел Егорович. — И что же, опасная рана?

— Не знаю. Язык и зубы целы.

— Жалко девку. На щеке теперь шрам останется. — Бродов, вздыхая, походил по комнате. — А я ее чуть было не переселил в нашу ведомственную квартиру. Бандита хоть поймали?

— Ладно. Я с ним разберусь. Ты, кстати; сменщицу ей подобрал? Я тебя еще в декабре просил.

— Да, у меня есть на примете две девочки.

Бродов подошел к журнальному столику, уставленному бутылками с горячительными напитками и тарелками с зеленью.

— В следующий раз обеих привози. Устроим конкурс красоты. А пока давай выпьем за здоровье Розы.

Он доверху наполнил коньяком большие фужеры, один протянул Казаряну. Аршак Акопович взял фужер двумя пальчиками.

— Павел Егорович, ко мне из Ташкента товарищ приехал. Это тот, которому вы помогли. Он так мечтал вас поблагодарить.

— Пусть выпьет с нами. — Бродов наполнил третий фужер. — Где он?

Каипбергенов, виновато улыбаясь, подошел к столу.

— Бери, — велел ему Павел Егорович.

Генерал первым осушил бокал. Каипбергенов сделал небольшой глоток, осторожно поставил фужер назад. Аршак Акопович выпил коньяк до конца, закусил ломтиком лимона.

— Султанмурат привез вам сувенир, — сказал Казарян, бросая лимонную корочку в пепельницу.

Каипбергенов поднял маленький пластмассовый чемоданчик, выданный ему утром Аршаком Акоповичем. Казарян наивно улыбнулся:

— Сувенир не простой, с сюрпризом. Дома обязательно откройте, посмотрите, что там внутри.

— Там пятнадцать тысяч рублей, — уточнил Султанмурат Назарович, опасаясь, что «большой начальник» не придаст значения его подарку и чего доброго где-нибудь потеряет. — Вот ключ.

Бродов мельком взглянул на «дипломат», опустил ключ в карман пиджака и махнул рукой:

— Поставь его вон к стене, чтобы не мешал.

Он наполнил пустые фужеры и сердито посмотрел на Каипбергенова:

— Это ты не выпил? Так не пойдет.

Султанмурат Назарович начал смущенно оправдываться:

— Извините меня. Я так много не могу пить. Коньяк для меня очень крепкий.

— Много я тоже не могу. Или ты считаешь, что я много выпил? По-твоему, я пьяница?

— Что вы?! — перепугался Каипбергенов. — Я так не думаю.

Бродов сунул фужер в его руку.

— На брудершафт, — вырвалось у него, но он тут же уточнил: — С Аршаком.

Казарян пожал плечами:

— Да мы и так на «ты».

— Ничего. Закрепите. — Нелепая идея показалась генералу очень забавной.

— Зачем, Павел Егорович?

— Что зачем? Пей, раз говорю.

— Тогда я налью вина.

Бродов оттолкнул его руку.

— Куда ты? Бабьи капли не пойдут. Пейте. Я с вами.

Генерал пристально наблюдал, как, сплетя руки, морщась и фыркая, втягивали золотистый напиток два заправилы овощного мира. Коньяк растекался по их подбородкам, и Казарян подставил ладошку, чтобы не замочить смокинг.

— О, молодцы! — приветствовал Бродов друзей, когда те опустошили бокалы. — Теперь целуйтесь.

Каипбергенов, промокнув губы, нежно прикоснулся ими к мокрой щеке Аршака Акоповича.

— С этой минуты говорите только на «ты», а то снова заставлю пить.

Казарян и Каипбергенов вымученно улыбнулись. Бродов выплеснул в себя свою порцию, затолкал в рот помидор.

— Аршак, где твой монстр? — невнятно проговорил он.

— Сева? Здесь. Позвать его?

— Мы сейчас бой устроим. Я, правда, бойца с собой не привез. Но ничего. Кто тут из вас поздоровее?

Аршак Акопович испуганно смотрел на Бродова. Он впервые видел Павла Егоровича в таком агрессивном состоянии. По неизвестной причине генерал сбросил маску аристократа. Сейчас он играл сам себя, без лживых отступлений, разнузданно, по-хамски.

— Самый здоровый среди нас — ваш шофер.

Казарян изменил тон. Он чувствовал, что Бродов хочет посмеяться над ними. Если ему подсюсюкивать и дальше, он будет придумывать все новые издевательства.