Александр В. Великанов – Байлун (страница 11)
Теперь придется проститься и с ними. Когда еще пенсионер Ван сможет вернуть долг? Ждать, пожалуй, до самой китайской Пасхи. Но что делать, не оставлять же хулиганистую внучку учителя в долгу у местных братков.
Когда Огневский вернулся к Вану, тот сидел на том же месте, еще более мрачный, глубоко задумавшийся. На вошедшего почти не обратил внимания.
– Учитель? – осторожно спросил Огневский.
– Проклятые бандиты! – проворчал Ван. – Начинаю понимать Мао, который ненавидел триады и поклялся истребить их на территории Китая.
– Что случилось?
– Отказался посредник, который должен был вести меня к «красному посоху».
– Посредник? – не понял Андрей.
– По кодексу, с обычным человеком члены триады на уговор не пойдут. Они не уважают… ну, тех, кто не преступник. Нужен посредник из своих, из криминального мира.
«Понятно, – подумал Огневский, – западло с фраером решать…»
– Я знал только одного члена мафии, – продолжил старик. – Он мой старый приятель и был согласен помочь бесплатно. Но сейчас почему-то струсил, говорит, что именно этого босса не знает лично. Недавно в нашу часть города пришел новый «красный посох», некто Бак, и репутация у того скверная. Я нашел другого посредника, но тот просит за услуги пять тысяч долларов….
– Неслабо… – ответил Андрей. – Не перестаю удивляться, как у вас тут все дорого. Итого получится семнадцать тысяч? Пять у вас уже есть, не хватает двенадцати?
Ван кивнул и отвернулся.
– Учитель, у меня столько нет, только восемь… – признался Огневский. – А зарплата будет через неделю. Не думаю, что триада согласится ждать, счетчик капает…
Ван сидел ссутулившись. Как тяжело было видеть учителя таким – его, который всегда оставался тверд и невозмутим.
– Слушайте, а представитель русской мафии в качестве посредника не сгодится? – спросил Андрей. – Все читали, наверно, в новостях слухи про зловещую группировку «Пурга» и прочее?.. Вот я и изображу одного из знаменитых русских бандитов.
– Ты не похож на преступника… – ответил Ван, но все же слегка улыбнулся.
– Стану похож, – ответил Огневский. – Я вырос в 90-е годы, у нас тогда мафия была вместо правительства. Нагляделся я на них.
Ван с сомнением посмотрел на Андрея:
– Ты не боишься обманывать триады? Если вскроется, что ты никакой не бандит и решил водить их за нос, тебя жестоко накажут.
– А как это вскроется? – озорно улыбнулся Андрей. – Даже если они наведут обо мне справки – узнают, что в России я в розыске.
– Ты, кстати, так и не рассказал мне, в чем тебя там обвиняют?
– Длинная и скверная история… – вздохнул Огневский. – Я служил в госбезопасности, после неудачной операции пошел на конфликт с начальником. Тот сильно разозлился и в итоге сфабриковал против меня дело о хищении… Сейчас расследование приостановили, но формально для России я все еще преступник. Так что если Бак заинтересуется моей биографией, то узнает, что я и правда бандит. Хоть какая-то польза… – добавил он угрюмо. – Ну а в остальном, да, у меня есть работа в корпорации, но я слышал, что и триады не брезгуют внедряться в богатые организации, чтобы тайком проворачивать там свои дела. А если вдруг бандиты копнут глубже, найдут сведения о моем прошлом в материковом Китае. Там как раз была криминальная история, с участием тамошней большой триады. Да такая, что и сам этот Бак, пожалуй, позавидует.
Старик посидел молча пару мгновений, а потом улыбнулся:
– Ты отчаянный человек, я это давно понял. Что ж, звучит довольно безумно, но другого выхода я пока не придумал. А ведь сижу ломаю голову с тех пор, как ты ушел в банк… Ладно, давай попробуем. Но теперь я буду кругом в долгах перед тобой: ты ведь не только занимаешь деньги, но и рискуешь ради меня и внучки. Это ставит меня в очень неудобное положение…
– Нет, учитель, – ответил Андрей. – С моей стороны это никакая не благотворительность. Просто я больше всего люблю учиться новому. В оплату за «посредничество» пусть ваша внучка научит меня этому самому искусству лазать и прыгать. А вы пока спокойно будете лечиться в Сингапуре. Я прям как ваша Ань – с детства хочу залезть куда нельзя!
Вечером следующего дня Андрей долго вертелся перед зеркалом. Как должен выглядеть киношный русский бандит, решивший предстать во всей своей лихой красе? Припомнил 90-е и сериал «Бригада», перерыл свой небольшой гардероб. В итоге надел черную рубашку и выглаженные черные брюки. Зачесал волосы назад, чтобы сделать заметнее шрам, – тоже ведь признак крутости (наверно).
Еще утром купил в ломбарде толстенную золотую цепь и пару вычурных перстней, «гаек», как их называли в юности. Сразу же договорился, что скоро сдаст обратно.
К девяти часам старая «Хонда» Вана остановилась в Коулуне, на одной из бесчисленных оживленных улиц. У ресторана, принадлежавшего местному функционеру триады «16К». Вход ярко горел в сумерках неоновыми иероглифами.
К старику уже вернулся всегдашний умиротворенный вид, а вот Огневскому было не по себе – много чем он успел в жизни позаниматься, но ломать комедию и изображать кого-то раньше не приходилось.
Вошли в ресторан – тот был в традиционно-китайском стиле, довольно богатый. Из-за одного из столиков у входа тут же поднялся быкастого вида парень.
– Мы к господину Баку, – объявил Ван.
Быкастый с важным видом показал, чтобы следовали за ним.
Ресторан оказался большой, в два этажа. На первом общий зал, народу не очень много. За столами – в основном китайцы картинно-мафиозного вида. Цепи, пиджаки поверх маек-алкоголичек, нагло-лихие физиономии.
Вспомнил Огневский тех из триад, кого встречал в центральном Китае, – там все было иначе. Мафиози одевались довольно скромно, самые богатые походили просто на зажиточных бизнесменов. Еще бы! На территории материка, где со времен Мао компартия беспощадно преследовала триады, бандитам приходится осторожничать. То ли дело Гонконг, где «Черные Братства», как называют их сами китайцы, процветают десятилетиями и особо ничего не стесняются.
Молодчик повел Андрея с Ваном вверх по лестнице. На втором этаже оказалось одно просторное помещение с большим столом, окруженным глубокими кожаными креслами, – похоже, здесь уже особая зона, для своих.
Во главе стола сидел очень толстый китаец в дорогой шелковой рубашке с закатанными рукавами. На лице его блестели очки в изящной тонкой оправе, плохо сочетавшиеся с мощной цепурой на шее. Толстяк что-то сосредоточенно разглядывал на экране ноутбука и поднял глаза только, когда посетителей подвели к столу. Бросалась в глаза татуировка необычного серебристого цвета – вдоль толстой руки сидевшего обвился кольцами длинный китайский дракон.
Учитель держался спокойно и с достоинством, Огневский старался изображать гордую суровость. Бак скользнул глазами по Вану, потом внимательно рассмотрел Андрея, даже опустил очки на кончик носа.
–
У толстого был британский акцент, причем очень сильный, певуче-визгливый.
– Это господин Андрей, мой ученик, – объявил Ван. – Он представляет в Гонконге русскую кибергруппировку.
Толстяк приподнял брови, пожевал пухлыми губами под жидкими усиками. Огневский заметил, что взгляд у него умный и как будто слегка растерянный, – так бывает у людей, которые много занимаются сложным умственным трудом. Совсем не походит на банального бандита. При всей внешней приблатненности толстяк явно непрост.
– Неожиданно, – повторил Бак холодно, – и совсем не по нашим традициям. Разговор должен идти с уважаемым человеком, членом Черного Братства, а не с каким-то
– В моей команде есть и китайцы, – спокойно, слегка угрюмо ответил Огневский. – Но я пришел познакомиться лично. Мы хоть и недавно перебрались в Гонконг, но планируем остаться надолго. Хочу лично завести знакомства с толковыми людьми из здешних братств.
– Ха, – усмехнулся толстый, нагло, но без злобы. – Смело, даже безрассудно. Но это очень по-русски, насколько я знаю. Ладно, садитесь, послушаю, из уважения к старому человеку. – Он показал большой рукой на два кресла слева от себя.
Андрей с учителем устроились за столом, быкастый парень остался стоять за их спинами.
– Меня зовут Сэнди, – представился бандит, – Сэнди Бак.
Огневский сдержался, чтоб не улыбнуться. По-русски фамилия звучит как очень удачное погоняло – действительно, объемный, как бак. Впрочем, по-кантонски это слово означает просто белый цвет. Вот ты какой, Саша Белый местного разлива…
Андрей достал из рюкзака злосчастный элемент антенны, украденный Анной Ван, положил на стол перед толстяком.
– Возвращаю прибор, взятый внучкой моего уважаемого учителя, – сказал он. – И прошу прощения за ее глупую выходку. Она совсем юная, и у нее трудная судьба. Больше такое на вашей территории не повторится, отвечаю.
Бак дал знак подручному, тот забрал со стола прибор, куда-то унес. Огневский положил на стол конверт с деньгами.
– Здесь оговоренная сумма, за неудобства.
Сэнди небрежно убрал деньги в ящик стола.
– Я наслышан про знаменитую русскую группировку «Пурга»… – произнес он задумчиво. – Уж не оттуда ли ты?
– Я знаком с ними, – ответил Огневский уклончиво.
– Ха, и чем же ты занимаешься в Гонконге?
– Пока мы с ребятами больше просто осматриваемся. Наводим нужные контакты.