Александр Табаков – Человеческая натура (страница 13)

Например, Виталя оказался одним из первых севастопольских мойщиков, кто застолбил за собой стояночное место возле местного исполкома. Вычисляя машины, принадлежащие депутатам горсовета, он без тени сомнения бросался в атаку, надраивая их до зеркального блеска. Народные избранники, выходя после завершения рабочей сессии на улицу, как правило, бывали приятно удивлены оказанным сервисом. Картина выглядела примерно следующим образом: железные кони депутатов сверкали на солнце помытыми стеклами, кузовами и дисками колёс, а рядом с ними на перевёрнутом ведре восседал упитанный мальчуган, который жизнерадостно улыбался, протягивая руку за оплатой.

Депутаты – это вам не рядовые граждане. Тогда они ещё имели такое понятие, как совесть и совершенно не чурались электората. Поэтому выпрашивать подачки у них было не нужно: за детский труд платили с охотой, без возражений. Возле горсовета Виталя чувствовал себя вольготно. И на первых порах отнюдь не спешил делиться хлебным местом со своим старшим братом, предпочитая работать там в одиночку. Для этого ему, правда, приходилось отрываться от Жекиной опеки под различными выдуманными предлогами. Что, конечно, было не совсем по-партнёрски, но дело действительно того стоило. Потому, как довольно скоро, у пацана появились неконтролируемые денежные средства, да вдобавок ко всему он обзавёлся постоянной клиентурой среди слуг народа.

Если говорить о новаторских методах, то и здесь смекалистый Виталя был на высоте. Он не зацикливался на однообразном алгоритме работы, а, наоборот, непрестанно вносил полезные для своего бизнеса коррективы. К примеру, одно из придуманных им «ноу-хау» выглядело следуюшим образом: наведя дружеский контакт со швейцарами гостиницы «Севастополь», мальчишка беспрепятственно проходил в вестибюль заведения, уточнял на ресепшене, в каком номере остановился хозяин вымытой им машины и теперь не дожидался того, как раньше на улице, а направлялся прямиком за оплатой.

Представьте себе, удивление постояльцев гостиницы, когда к ним в номер принимался долбиться мелкий пацан, с порога сообщающий: – Дяденька, я там только что на парковке помыл вашу машину! Она теперь выглядит, как новенькая! Будьте добры: заплатите мне за выполненную работу!

Преимуществ данного метода было несколько. Во-первых, Виталя заставал людей врасплох. Фактор неожиданности настолько играл ему на руку, что владельцы автомобилей, теряясь от подобной дерзости, почти всегда покорно оплачивали навязанную юным мойщиком услугу. Во-вторых, к тому моменту, когда Виталя начинал стучать в дверь гостиничного номера, большинство клиентов «Севастополя», как правило, пребывало в довольно щекотливом положении. Ведь не секрет, что многие мужчины арендуют жильё на день для интимных встреч со своими любовницами. Представ перед Виталиком в неглиже, такие ловеласы старались как можно быстрее отвязаться от назойливого визитёра и, понятное дело, тоже предпочитали за лучшее – раскошелиться.

Нет, конечно, и здесь случались досадные накладки. Некоторые, особо жадные клиенты, всё-таки не платили. И тогда Виталик выходил на улицу и без зазрения совести возвращал товар в прежний вид, обливая машину жлобов водой из грязной лужи или запуская в лобовуху припасённым для подобного случая сырым яйцом.

Как уже говорилось ранее, из-за несправедливого дележа заработка, Виталик частенько предпочитал уходить в отрыв от Жеки. Самостоятельное плавание давало ему гораздо больше свободы, перспектив и, само собою, личных карманных денег. Жека, напротив, в одиночку зарабатывал крайне мало. Потому не было ничего удивительного в том, что со временем младший брат заставил считаться с собой. Осознав бесперспективность индивидуального труда, Жека довольно скоро пришёл на поклон к Витале. А тот не стал держать зла за пазухой и, разумеется, сразу простил его. В общем, достигнув консенсуса в разделении будущей прибыли, братья снова принялись работать в тандеме. С утра, помыв свою клиентуру около горисполкома, к обеду они меняли дислокацию на стоянку гостиницы «Севастополь». Затем, ближе к вечеру, пацаны перемещались в Артбухту, заканчивая свой рабочий день дежурством возле ресторана «Рыбачий стан». Место это пользовалось особой репутацией. Сюда приезжали гульнуть новые хозяева жизни: банкиры, госаппаратчики, творческая богема и состоятельные коммерсанты. Здесь же отдыхала после трудов своих праведных ещё одна специфическая категория людей того времени – бандиты.

Представители криминала поначалу восприняли появление малолетних бизнесменов возле своей вотчины настороженно.

– Знаешь, что делает дурак, когда ему заняться нечем? – щуря правый глаз и лениво растягивая слова, поинтересовался однажды у Виталика местный авторитет Бача.

– Нет, – вытянувшись по струнке, испуганно пролопотал ему в ответ мальчишка.

– Он яйца себе лижет! – расхохотался Бача. – Так и вы тут: херней какой-то занимаетесь, вместо нормальных пацанских дел.

– Мы же деньги зарабатываем. Матери помогаем, – принялись наперебой оправдываться братья.

– Лучше бы шли воровать – и достойно и лавэ на кармане было бы гораздо больше.

– Мы воровать не умеем. А попрошайничать – не хотим, – с рассудительностью взрослого человека категорично отмёл в сторону бандитские аргументы Виталя.

– Шут с вами. Работайте. Можете даже всем интересующимся говорить, что подо мной ходите, – сменил тогда гнев на милость Бача. Будете за это мне в качестве обязаловки раз в неделю бесплатно машину марафетить. Годится?

– Годится! – с радостью согласились в два голоса пацаны.

Вскоре бандиты настолько привыкли к снующим возле ресторана мойщикам машин, что иногда, видимо, под хорошее настроение, даже оказывали им содействие. Например, они пару раз заступились за братьев, заставив несговорчивых клиентов оплатить услуги оказанного им помывочного сервиса. Как говорилось в то время – предоставили «крышу».

А однажды по распоряжению того же Бачи после тяжёлого трудового дня Виталю и Жеку доставили прямиком до дома на другой конец города. Сидящие на лавочках пенсионерки оцепенели, когда во двор хрущёвской пятиэтажки вкатился чёрный тонированный «бумер» и оттуда вывалились два местных пацаненка с вёдрами и тряпками. Для начала 90-х годов это было действительно круто. Ну, навроде того, как если бы в 70-х ребят привезла к дому правительственная «Чайка».

Между тем, в городе образовалось несколько бригад подростков, которые по примеру братьев-первопроходцев стали тоже специализироваться на помывке автомобилей. Нравы того лихолетья были суровыми: любая сфера деятельности, приносящая доход, рано или поздно становилась объектом вожделения менее удачливых людей. Поэтому Витале и Жеке пришлось с кулаками отстаивать своё право трудиться возле «Рыбачьего стана». Было нелегко, но надо отдать им должное: по результатам нескольких разборок с конкурентами-ровесниками они вышли победителями.

Постепенно слава братьев-мойщиков росла. Дело дошло до того, что она достигла общегородских масштабов. Некоторые владельцы автотранспорта специально ездили по Севастополю в поисках Виталика, только за тем, чтобы он сам лично помыл им машину. Братья совсем забросили школу. Теперь вместо портфелей с учебниками они брали каждое утро в руки вёдра с моющими средствами и как взрослые люди отправлялись в центр «на работу».

Самым интересным моментом во всей этой истории было то, что пацанам действительно нравилось мыть автомобили. Придумав свой бизнес с нуля, они занимались им в охотку, зарабатывая иногда сущий мизер, а иногда – вполне приличные деньги. Целыми днями, с утра до позднего вечера, пропадали они на улицах города, познавая жизнь и формируясь, как личности. Неудивительно, что тогда с ними приключалось множество занимательных историй. Однако самой запоминающейся была, пожалуй, следующая.

Где-то ближе к середине осени 1993 года появилась в нашем городе чудо-машина. Белый заграничный красавец – шестисотый «Мерседес» с донецкими номерами. Все местные пацаны-мойщики сошли с ума, гоняясь за ним по всему Севастополю в надежде прикоснуться к «шестисотому» чуду своими тряпками и щётками. А повезло именно Жеке и Витале. Донецкий гастролёр зарулил-таки одним вечером поужинать в «Рыбачий стан». Едва хозяин «Мерседеса» скрылся в дверях ресторана, как братья тотчас ринулись намыливать кузов, бампера и диски колёс его машины. Со стороны это было чертовски похоже на слаженные действия автомеханников пит-стопа в гонках «Формула-1»: без излишней суеты, но достаточно проворно и профессионально. В общем, когда подвыпивший донетчанин, спустя десять минут вышел из чрева ресторана перекурить на улицу, здесь его ожидал приятный сюрприз.

– Опа-на! Молодчики! А внутри салона можете мне всё также идеально почистить и убрать? – задал хозяин «шестисотого» тот самый заветный для любого мойщика вопрос.

– Конечно! – с готовностью отозвались Жека и Виталя.

Владелец машины раскрыл перед пацанами двери Мерседеса, бросил на сиденье брелок с ключами и ушёл обратно гулять в ресторан.

О! Это был праздник! Салон автомобиля можно было сравнить с внутренностями космического корабля. Кожаные сидения с подголовниками, отделка перламутровыми вставками, куча светящихся кнопок на приборной панели, бар с дорогим алкоголем и сигаретами. Чего кривить душой: у любого мальчишки того времени захватило бы дух от подобного великолепия! Обычно такса мойки машины премиум-класса по прейскуранту обслуживания возле «Рыбачьего стана» составляла один миллион двести тысяч купонов. Но судя по обнаруженным внутри салона «ништякам» хозяин «Мерседеса» был отнюдь не бедным человеком, поэтому Жека с Виталиком принялись совещаться: сколько они возьмут с него в итоге за работу?