Александр Степанов (Greyson) – Пионерское лето 1964 года, или Лёша-Алёша-Алексей (страница 9)

– Сашка Панус, ― назвал я. ― А это Кузнецов, «Кузя», ― объяснил Сашке. ― А это Весёлкин Сергей, «Весло», а это Ефимов Витька, «Ефим».

– А тебя как? ― спросил Кузнецов у Сашки.

– Что как?

– Кликают тебя как?

– Сашка.

– Кликуха какая?

– Нету.

– Фамилия Панус? Меняем ударение и пару букв, будешь «Понос», ― сообщил Кузнецов.

– Что? ― покраснел Сашка.

– Кузя, уймись, ― одёрнул я Кузнецова. ― Не «Понос», а «Парус»! Услышу «Понос», в клюв въеду, хоть ты и приятель!

– Ну, пусть будет «Парус», ― кивнул Юрка и, покосившись на Весёлкина, с сожалением поделился: ― Хотя «Понос» не в пример лучше.

– Не понял? ― поинтересовался я.

– Я в шутку, ― пошёл он на попятную: ― Пусть будет «Парус», если тебе так хочется.

К нам с Кузнецовым подошла Пирогова, остановилась неподалёку и жестом попросила меня подойти. Когда я приблизился, бросила: «Пойдём со мной» и направилась в сторону девчонок. Я недоуменно пожал плечами и пошёл следом.

Глава 3. Осипова. Стычка с глухаревцами. Санчасть

Когда мы подошли к стайке девчонок, Пирогова попросила:

– Света, подойди, пожалуйста.

Осипова взглянула на меня, на Пирогову, бросила девчонкам, с которыми разговаривала:

– Девочки, я сейчас, ― и подошла к нам.

– Пойдёмте поговорим, ― предложила ей Пирогова и показала рукой на главную аллею пионерлагеря.

Осипова согласно кивнула. Мы втроём медленно шли по аллее.

– Света, ― помолчав, начала Верка, ― Сталина Ивановна говорила о концерте ко «Дню открытых дверей». Мы с Леной Ждановой и Любой Малютиной будем со своим номером выступить. Танец с лентами. Нам ещё один участник нужен, четвёртый. Спросишь девчонок, может, кто согласится?

– Хорошо, я спрошу.

– Спасибо. Да, Свет, знакомься. Это Лёшка Печенин, мой одноклассник.

Светка с любопытством взглянула на Пирогову, потом на меня, сказала:

– А я знаю, и часто вижу на перемене.

– Я тоже знаю и часто вижу на перемене, ― не нашёлся я сказать ничего лучшего и обругал себя за это дураком.

– Ты с Мишкой Гудиным, дружишь? ― взглянув на меня, спросила Осипова. ― В нашем дворе иногда его вижу.

– Бабушка его рядом с тобой живёт.

– Это вы с ним зимой пожар в школе устроили и занятия в школе сорвали? ― улыбнулась Светка. ― Вас Иван Фёдорович на общешкольной линейке отчитывал, а тебя главным «Геростратом» назвал, который храм науки готов дотла сжечь.

– Врал директор, никто школу не поджигал. И не пожар это был, а обыкновенная дустовая шашка. Их для борьбы с садовыми вредителями в любой аптеке за двадцать копеек продают, ― попытался оправдаться.

– А где же Вера? ― оглянувшись направо, удивлённо спросила Светка.

Я взглянул за её спину, потом оглянулся. Верки не было. Аттракцион в цирке: исчезла неизвестно куда! Мы остановились.

– А почему ты Пирогову попросил нас познакомить? ― спросила Светка.

Хотел сказать, что я не просил, но осёкся: получается, что просил, сам же сказал ей, познакомь, только не знал кого она имела ввиду. Поэтому промолчал.

– Я же для тебя несимпатичная личность? ― насмешливо взглянула на меня Светка.

…Могла не напоминать, я сам помнил. Как-то весной на объединённом уроке (было что-то вроде эпидемии гриппа, и полупустые классы «А» и «Бэ» временно объединили в один) наша классная сделала мне обидное замечание: «Печенин, когда я объясняю у доски, смотреть нужно не на симпатичную тебе личность, а на доску!» Ребята засмеялись, а Пирогова опустила голову и покраснела. Я-то ладно, а вот она…

Чтобы Верку «симпатичной личностью» не дразнили, я взглянул за её плечо и сказал: «Вовсе Осипова мне не симпатичная личность, а как все». Мне всё равно кого было назвать, попалась на глаза Осипова, назвал её. По-моему, ловко придумал, пойди потом докажи, что я на Пирогову смотрел. Я что, виноват, если она впереди сидит? Сам себе говорю, не буду смотреть, а смотрю. Может, это у меня, как у собаки академика Павлова, безусловный рефлекс такой? Уважительная причина!.. Я от досады поморщился и вернулся к разговору.

– Я не говорил «не симпатичная», я сказал, «как все», ― уточнил я свои слова и, чтобы сгладить неловкость, сказал: ― Я был неправ.

– Я это знаю, ― кивнула Светка, ― иначе бы ты на меня не смотрел. Я думала, ты подойдёшь ко мне на перемене или после школы.

– Ты всегда с девчонками, ― сказал я, чтобы хоть что-то сказать.

– Я и одна бываю, ― чуть заметно улыбнулась она. ― Захотел бы, ― подошёл.

Светка замолчала и накручивала локон волос у виска на палец, искоса поглядывая на меня, потом сказала:

– Всё равно странно. Так не бывает. Вы же дружите.

– С кем?

– С Верой Пироговой.

– Почему ты так решила?

– За одним столиком вы в столовой. И на перемене в школе видела вас вместе, и на катке зимой.

– Она мой одноклассник, ― напомнил я.

– Она не одноклассник, ― возразила Осипова.

– Как это? ― удивился я.

– Она одноклассница, ― уточнила Светка и поделилась: ― У меня тоже одноклассник есть, Глухарёв, я с ним не общаюсь. Странный он какой-то, я даже побаиваюсь: смотрит и молчит, как-то поздоровалась с ним, всё равно молчит, вот что у него на уме?

– Я с Пироговой первые четыре года за одной партой… ― я помолчал, соображая, как доходчивей объяснить, посмотрел к чему-то на облако, помолчал, не зная, как самому себе это объяснить, и уточнил: ― Вряд ли это может считаться дружбой, мы просто общаемся как мальчишка с мальчишкой.

Светка улыбнулась краешками губ и спросила:

– Хочешь, чтобы мы с тобой тоже как мальчишка с мальчишкой общались? Мне многие мальчики дружбу предлагают, только дружба ― это отсталое понятие. Дружба двоих отделяет их от коллектива, а дружба внутри одного коллектива противопоставляет его всему обществу.

– Ну, это ты просто дословно повторяешь, что нам в школе и пионерлагере говорят.

– Просто мальчишки говорят о дружбе, а сами пристают, руки распускают. Я прошлый год «лучшим другом» пионервожатой была. Целый день!

Быть «лучшим другом» пионервожатого ― самое неприятное наказание в пионерском лагере. «Лучший друг» с утра до вечера обязан ходить за пионервожатым по пятам и выполнять все его прихоти. Хуже не придумаешь!

– И за что тебя так?

– Мальчишке одному банку воды на постель вылила, чтоб руки не распускал. У меня предложение есть.

– Какое?

– Ну, если ты не против, давай я скажу, что мы дружим.

– Дружим?

Светка, отвернувшись, сказала смущённо:

– Да, что дружим. Старшие девочки говорят, пусть лучше один мальчик будет, чтоб другие мальчишки руки не распускали. Ну что, согласен? ― искоса взглянула она на меня.