Александр Старостин – Неправильные сочинения (страница 9)

        Давно ли Татьяна вынесла сужденье об Онегине: «А не пародия ли он?» и вдруг:

«При вашем сердце и уме»…

        Может ли Татьяна упрекать Онегина за то, что он увлекся её блеском, ведь и она сама была поражена его внешностью, манерами, пусть и речами, но нам неизвестными, то есть тоже блеском, да и видела она его если не мельком, то очень недолго.

        Кстати о пародиях, а не стала ли Татьяна сама пародией? Ведь она не могла сама по себе, вот так из деревни, ничуть не обтесавшись, не научившись манерам занять в свете верховенствующее положение. Это если считать пародию копированием чужих слов, мыслей, действий без комической их трансформации, а если в истинном смысле этого слова, то уже в кабинете Дяди, Онегин был бы ей смешон, так откуда же весь этот надрыв в её отповеди? Тоже домашняя заготовка? А может и плакала она не над письмом Онегина, а над письменным изложением своего… экспромта или пришедшими от модистки счетами?

        А упрек «Быть чувства мелкого рабом?» разве не направлен в обе стороны с той только разницей, что она была, а он есть?

        Татьяна права только в том, что Онегин вольно или невольно, но разрушит тот образ, который сложился о Татьяне в свете:

«Не потому ль, что мой позор

Теперь бы всеми был замечен,

И мог бы в обществе принесть

Вам соблазнительную честь?» – (см. окончание предыдущей главы)

      Как я не понимал, чем именно восхищаются в Татьяне сельской, так не могу понять, что же хорошего в Татьяне столичной? Что она законодательница мод и нравов? Во-первых, в это трудно поверить: как может девица до 19 витавшая в облака и жившая чужими надуманными жизнями, вдруг, да так запросто, не только вошла в свет, но стала в нём незыблемым авторитетом. Станиславский, ау! Где Ваше: «Не верю!»? Один только аргумент напрашивается, что Князь был не просто князь, но из князей светлейших, принадлежащий к царствующей фамилии. Тогда вообще его брак с Татьяной непонятен, т.к. без августейшего одобрения он не мог совершиться или Князь попал бы в опалу и был бы удален из столицы, если не из Российской империи вообще. Кроме того, в таком случае и сам Онегин был бы близок к трону.

        В ином случае продвижение Татьяны по ступеням светской иерархической лестницы потребовало бы многих усилий и лет. То есть, Онегин странствовал лет десять, а Татьяна упорно трудилась над своим имиджем. Но зачем? В надежде встретить Онегина и сказать ему: «Нет!»? А потом все бросить и уехать навсегда в деревню? Ха-ха!

             Судя по поведению Татьяны, она неплохо усвоила наставление Пушкина:

«Чем меньше женщину мы любим,

Тем легче нравимся мы ей

И тем ее вернее губим

Средь обольстительных сетей»… и если нам кажется, что наш Гений утвердил этим движение только в одну сторону, то это совсем не значит, что женщины должны покорно принимать его ограничения и не пользоваться методом, который использовался со времен оных и, несмотря на упрощение нравов, может быть ещё многократно востребован обеими сторонами без согласования с кем бы то ни было. Итак, даже если бы Татьяна сказала Онегину прямо на пороге: «Подите прочь! Вы мне противны!», это совсем не значило бы, что Татьяна не усвоила приёмы, на которые ни у кого нет права монопольного владения, как то: «разуверять, заставить верить». Насколько бы умней и честней по отношению к мужу была бы Татьяна, спой она Онегину песню из репертуара С. Ротару: «Былобылобыло, но прошло ООО ООО»

       Ещё одно место, по поводу которого промолчал Станиславский, это визит Онегина в дом Князя, всё-таки такое количество совпадений можно только подстроить: роскошный дом богатого и знатного генерала и вдруг никого. Швейцар перед домом обязателен, в прихожей какой-нибудь инвалид или вестовой, в комнатах горничные пыль смахивают. А тут такая демократия, да в николаевской России!? На ум приходит только, что всё это подстроено и отнюдь не для Онегина, а для того, кто гремел шпорами – ведь нет гарантии, что это был именно Князь. Воспитание, процесс двухсторонний: Татьяна воспитывает свет, а свет воспитывает её.

          Из отповеди Татьяны… можно представить такой её образ: она недовольна настоящим и не строит планов на будущее, у неё нет и, вероятно, не будет детей, ей хотелось бы всё бросить, и вернуться в деревню. И вот такая женщина становится образцом для подражания? Мне трудно представить, что её притворство могло обмануть свет и быть привлекательным. Только лишь по воле женщины… её глаза не могут сиять, а разве могут сиять глаза женщины, спящей с нелюбимым мужчиной? Впрочем, кажется, для блеска глаз применялись капли настойки белладонны, но не буду настаивать.

         Вообще, слушая Татьяну… можно подумать, что она до вчерашнего дня сидела, грустила, как та Светлана, которая, так и не дождавшись ни весточки от жениха(?), ни его самого, вняв мольбам матери, вышла за Князя. Кстати, уверениям Татьяны, что:

«Неосторожно,

Быть может, поступила я:

Меня с слезами заклинаний

Молила мать; для бедной Тани

Все были жребии равны…» поверит только тот, кто воистину читает литературу, как гоголевский Петрушка.

XIV. Эпилог или Онегин и… пустота.

          Закрыт томик Пушкина… Скажите, а вас очень интересует всё дальнейшее, что может произойти с Онегиным и Татьяной порознь или вместе? А пожалуй, что и нет. Уж если Пушкин с ними расстался явно без сожаления, то что может побудить нас прослеживать их судьбы?

          Онегин вообще может не выйти из дома Князя, который совсем не обязан предоставлять равные шансы Онегину на дуэли, а может просто его застрелить или проколоть чем-нибудь подходящим, отстаивая честь жены, может выпороть его на конюшне до полусмерти – хоть Князь и генерал, но кроме всего он ещё и барин!

         Не знаю, что уж такого энциклопедичного нашёл неистовый Виссарион в романе «Евгений Онегин», и мне не кажется, что он был прав, потому, хотя бы, что для понимания некоторых слов надо покопаться в словарях или в энциклопедиях, но главное, что жизнь Онегина имела такое же отношение ко всей русской жизни, как жизнь… суслика к жизни фермера.

        Онегин не учился чему-нибудь сверх необходимого уровня, не работал, не занимался своей вотчиной, развращал и дворянок, и крестьянок. Татьяна тоже не далеко от него ушла с той только разницей, что помимо девичьей… экстравагантности ни в чем особенно предосудительном пока не замечена.

         Это к тому, что г-н Белинский при всем своём неистовстве… постеснялся, что ли, конкретнее сформулировать свой тезис и не сказал, что «Евгения Онегин» – это «Энциклопедия барской жизни», к тому же не законченная. Впрочем, уже и во времена В.Г. многие догадывались, о содержании последнего тома этой… энциклопедии, почему-то на букву «Р», хотя правильнее было бы на «Б», то есть «бунт».

XV. Небольшой вывод.

          Читаем мы плохо, невнимательно и большинство великих произведений русской литературы элементарно не прочитано. Сетовать надо не на то, что современная молодежь мало читает классику, а на то, что методика преподавания литературы в школе не то, чтобы устарела, а никогда не была хоть сколько-нибудь обоснованной, и просто не могла принести иных результатов.

         А ещё «Евгений Онегин» показал, что что-то более-менее толковое может получиться даже из такой… своеобразной натуры, как Татьяна, только  при благотворном отсутствии барина, то есть Онегина, но именно что-то. То есть, барство, как основной порок русской жизни Пушкин вывел объёмно и рельефно, а Белинский этого не заметил. И если бы только он…

Информация к размышлению. Как комедия А.С. Грибоедова "Горе от ума, так и роман А.С. Пушкина "Евгений Онегин" осуждают барство, показывают его бессмысленность и бесперспективность, но комедия "Горе от ума" не печаталась, а "Евгений Онегин" – пожалуйста! Можете вы проникнуть в тонкую душу русских цензоров?

Приложение 1.

Евгений Онегин. Сколько же лет Татьяне?

…или возражения А. Минкину

"Чем кумушек считать трудиться,

Не лучше ль на себя, кума, оборотиться?" И.А. Крылов

В своей книге «Немой Онегин» А. Минкин не упустил случая покрасоваться на фоне студентов филфака, которые хуже его знают роман «Евгений Онегин», очень, надо сказать, дешёвый прием, недостойный человека не лишенного самоуважения. Нет смысла ругать продукт неправильной методики преподавания, никак не отзываясь о самой методике и преподавателях. Мнение, как школьников, так и студентов интересовало только преподавателей-оригиналов, которые редки во все времена. Отличные же оценки по литературе всегда получали не те, кто делился своим видением проблемы, а те, кто заучили заплесневелые штампы, типа «Катерина – луч света в темном царстве» или «Чацкий срывает все и всяческие маски». Утверждать же, что он (в данном случае абстрактный «он») всё понял у гения, может только весьма недалекий человек, но желание быть выше толпы, некоторых индивидуумов понуждает к этому. Изображая из себя этакого мэтра, А.Минкин сам не свободен от того греха, ведь он читает что «Евгения Онегина», что «Горе от ума», что миф об Эдипе не намного пристальнее, чем осуждаемые им студенты филфака.

Вполне объяснимое явление и желание забраться на какую-то кочку и вещать оттуда, находясь выше уровня досягаемости встречных вопросов. Такому явлению мною дан термин «зевсизм». Что-то я не помню, когда так называемые мастера культуры участвовали в дискуссиях. Какая-то пародия на дискуссию присутствовала на канале «Культура», но это было больше похоже на школьный монтаж, когда каждый из участников проговаривал свои фразы и был согласен с пред’идущим выступающим и не возражал последующему, в лучшем случае дополнял кого-нибудь. Многие писатели дают интервью, впрочем, это только называется «интервью», на самом же деле мастер пера или чего-то там ещё, высказывает своё мнение по какому-то вопросу, и нет ему дела – согласна ли с ним аудитория. Они почему-то считают, что обратная связь должна быть только у общества и правительства, но никак не у писателя и аудитории. Читайте или слушайте, что дают!