Александр Шляпин – Небо в огне (страница 4)

– Валера, у Фирсана за голенищем финка….. Он же дурак, может и в живот пырнуть, – сказал шепотом Синицын.

– Да, я вижу, – спокойно ответил Краснов.– Это же ни для кого не секрет! Об этом весь Смоленск знает, что Ферзь ходит с заточкой из напильника, потому что боится биться на кулаках.

Соперники начали сходиться. По закону жанра, Ферзь, первый бросился на Краснова. Он хотел ударить его в челюсть, чтобы иметь ошеломляющее преимущество, но Валерка умело парировав удар, ушел в сторону. Увернувшись, от тяжелого кулака Ферзя, он тут же стукнул его левой рукой в печень. Глаза Фирсанова от неожиданной боли, чуть не вывалились из орбит. Он отскочил, схватившись за бок, прошипел:

– Ах ты, сука….

Отдышавшись, Ферзь вновь пошел в атаку. Его желание довести драку до логического конца затмило ему разум. Он начал терять контроль над и действиями, а удары Краснова попадали точно в цель.

– Что фраер, приемчики знаешь, – спросил Ферзь. –Не помогут тебе твои приемчики. Я сильнее тебя! А против лома – нет приема!

Краснов улыбаясь, сказал:

– Если нет другого лома, –ответил Валерка, –Не буди лихо – пока оно спит тихо! Еще хочешь получить по сопатке?

Серия ударов, которая должна была достичь лица Краснова, вновь, как и в первый раз пролетела мимо. Краснов пригнулся, и мгновенно повернувшись к нему спиной, нанес Ферзю увесистый удар в челюсть с разворота локтем. Такого Сашка не ожидал. Кепка улетела с головы. Фирсан схватившись за лицо, провалился в «темный подвал» нокдауна.

Публика, видя преимущество Краснова, начинала набирать обороты, переходя в дружное скандирование. Ни кто из парней не ожидал от Красного такой прыти. В какой–то миг Сашка пришел в себя. Он вскочил на ноги, и, пошатываясь, пошел на Валерку, словно разгневанный бык.

– Да я тебя….

– Ты никто, – сказал ему Краснов.

– Да, я тебя порву, как «Тузик» тряпку – завопил Ферзь. Распсиховавшись, он выхватив из-за голенища финку и решительно пошел на Краснова, махая впереди себя ножом. –Я же тебя сука, попишу, черт ты бодливый, – завопил он.

– Ну, раз на то пошло, то и мы не лыком шиты, – сказал Валерка.

Он брезгливо посмотрел на Ферзя, и достал из кармана брюк маленький дамский «Браунинг».

– Ох –завопила толпа, –так не по правилам!

Сняв «Браунинг» с предохранителя, он направил ствол в сторону Фирсана. Увидев перед собой вороненый, и совсем не игрушечный пистолет, он оторопел. Впервые в жизни струсил. Нет, не струсил. Он просто опешил от такой неожиданности, когда перед ним показался черный «зрачок» среза ствола. Он даже не успел моргнуть глазом, как два выстрела, сделанные под ноги, охладил его пыл. Осознав, что Краснов вооружен, Фирсан инстинктивно отпрянул назад. В ту секунду он понял, что Валерка на этот раз шутить не будет. Убить не убьет, но калекой сделает на всю жизнь. Молодому жигану стало ясно, что Краснов находится на той грани, за которой кончались детские шалости, и начинались настоящие мужские разборки. В этот момент, когда в него целился ствол, что–то щелкнуло внутри Фирсанова, и мысли вновь ворвалась в его мозги:

– «Стрельнет же гад!»

Наличие «шпалера» придавало Краснову уверенность в своей правоте. Фирсан мгновенно пересмотрел взгляды на жизнь, решил завершить конфликт примирением. Чтобы достойно выйти из сложившейся ситуации, он решил для начала перейти на банальные оскорбления. Ферзь хотел спровоцировать Краснова на ответные действия, но тот стоял на своих позициях. Валерка был непоколебим.

– Ну, и что – шмальнешь?

– Шмальну Саша, – спокойно ответил Валерка.– Прострелю тебе колено, и ты никогда не исполнишь задуманного….

– Ты без «волыны» пустое место! Ты дурилка, меня решил своей бабской «масленкой» напугать? Да не боюсь я тебя. Я Фирсанов! Не хочу, чтобы тебя легавые на кичу замурыжили. Ты там сдохнешь!

– Дурак ты Саша Фирсанов! Нужен ты мне, как собаке второй хвост! Брось заточку, и мы расходимся. Расходимся, как в море корабли!

– А ты зассал? Зассал! Слабо, шмальнуть в Сашу Фирсанова?

Валерка видел по лицу, Ферзя, что тот хочет закончить разборку. Он не хочет терять лицо лидера. Чем больше Ферзь корчил из себя благородного разбойника «Робин Гуда», тем больше была вероятность, что они вновь сойдутся в рукопашной схватке. Скривив рот в нахальной улыбке, Ферзь демонстративно обнажил на клыке фиксу из желтого металла. Пару месяцев назад ему вставил смоленский жиган Ванька «Шерстяной».

– Ты Ферзь, наверное, контуженный! Нужен ты мне, как зайцу подтяжки, – сказал Краснов. Он поставил «Браунинг» на предохранитель, и сунул его в задний карман брюк. – Дурилка ты Саша, – ты так и не понял, что детские шуточки остались уже в прошлом. Ты вымахал, как лось, а мозгами остался на уровне малолетки….. Неужели ты думаешь, что одержав надо мной победу, ты сможешь овладеть и Ленкой? Да не в жизнь! Она быстрее в Днепр с моста бросится, чем с тобой будет. Подохнешь ты Саша где-нибудь в лагере на лесоповале!

– Это мое дело, где подыхать….. Не твоя забота, – сказал Фирсан, и, достав папиросу, прикурил.

– Я больше тебя предупреждать не буду….. Запомни на всю жизнь – будешь к Луневой приставать, я тебя привалю, как борова! Забудь ее, и иди своей дорогой! Нам все равно с тобой не по пути, – сказал Краснов, надевая пиджак.

Фирсан понял – он проиграл. Сделав несколько затяжек, он неудовлетворенно, поглядел на свою самопальную и неказистую финку, которую он так долго затачивал на наждаке, и, ухмыльнувшись, со всей силы зашвырнул ее куда–то далеко в руины.

– Хорошо! Считай, что сегодня была твоя правда! Только не думай Красный, что Саша Фирсанов сдрейфил, и повелся на твой тухлый базар. Нет! Я тебя не боюсь! Я думаю, что еще придет время, я мы встретимся один на один – без свидетелей! Вот тогда я покажу тебе….

– Твои слова Шурик, да богу в уши, – сказал спокойно Валерка. –Всегда буду рад выбить тебе фиксу…..

Тут до Краснова дошло – Ферзь отступил. Отступил, не потому, что испугался выяснять отношения. Он просто почувствовал, что сегодня Валерка был прав, и вся слобода поддерживала именно его. Саша знал, что Лунева любит Краснова и никогда не сможет принять его ухаживаний. А это означает только одно – они никогда не будут вместе. Это был изначально провальный проект, ради которого, он не желал рисковать своей жизнью.

– Подумаешь Ленка! Тоже мне фифа! Да, если мне надо будет, я себе столько Ленок найду…..

– Найди, сколько хочешь! Только отстань от Леди, – сказал решительно Краснов.

С этого дня судьбы Валерки Краснова и Саши Фирсанова окончательно разошлись, словно были они не из одного двора, а корабли разных стран на просторах океана.

Местная шпана, наблюдавшая за поединком, так ничего и не поняла. Разговор лидеров дворовых группировок, не имел никакого продолжения, и это начинало раздражать любителей поглазеть на рукопашную схватку.

– Фирсан, ну так что, будете сопли жевать, – крикнул кто–то из парней.– Вломи ему по «пилораме», чтобы юшки кровавой наглотался.–«Вломи, вломи, вломи», – закричали пацаны, подхватив призыв к активным действиям.

Эти слова, на мгновение зацепили Ферзя. Он, прищурив подобно хищнику глаза, вдруг неожиданно сказал:

– Видал Краснов, а народ твоей крови хочет. Может, продолжим? Я без финки, – ты без «шпалера»….. Один на один!

– Тебе это надо? Нет, у меня желания с тобой тут на публику бодаться!

Пока соперники разбирались между собой в споре, на выстрелы, которые пару минут назад прозвучавшие в руинах, уже поспешал местный участковый. Ему и было суждено поставить окончательную точку в этом споре.

Местный легавый дядя Жора, как звали пацаны участкового уполномоченного, был из рабоче-крестьянских органов милиции. Услышав выстрелы, он сообразил, что кто-то из пацанов, балуется в развалинах найденным оружием, или стреляет из «поджига», сделанного из трубки насоса. На всякий случай он вытащил «Наган», и хотел было скрытно подойти к месту «ристалища», но зоркий глаз Семена Хвоща, заметил через пролом, мелькающую белую фуражку милиционера. В тот же миг пронзительный свист, прозвучал над головой дяди Жоры, и многогранным эхом отразился о крепостной стены.

– Атас! Пацаны, легавые!!!

Вся компания в мгновение ока вспорхнула со своих мест, словно воробьи с проводов. Тайными партизанским тропами, пацаны покинули место драки. Они мгновенно разбежались врассыпную по руинам, словно здесь никого и не было. Только Валерка Краснов да Сашка Фирсанов, остались стоять на месте напротив друг друга, стараясь показать свое я. Они молчали.

Дядя Жора, с револьвером в руках ворвался в башню.

– Что засранцы, попались!? Я вам, бляха медная, сейчас покажу, как из «наганов» палить! – сказал он, и подошел к Фирсанову.– Ну-ка ежики курчавые, выворачивайте карманы!

– А на балалайке тебе не сыграть, – спросил Ферзь, перекидывая папиросу из одного уголка рта в другой. –А то давай, мы сейчас с Красновым тебе камаринскую сбацаем, а ты легавый, станцуешь по этому говнищу…..

– Форточку прикрой уркаган доморощенный, – сказал участковый. –Руки в гору!

Фирсанов поник, кочевряжась и как-то нехотя он поднял руки вверх. Дядя Жора уткнув револьвер в живот Фирсану, ощупал его и убедившись, что у того ничего нет, подошел к Краснову.

– Ну, а ты, что стоишь бедолага? Тебя Краснов, это тоже касается! Руки в гору, – приказал он, и Валерка без особого желания поднял руки.