Александр Шаевич – Маршрут отхода (страница 3)

Молчание продолжалось секунд шесть.

Лиам не торопил.

— Шесть, — сказал мужчина.

— Шесть.

— Да.

— Первый день первой смены?

— Я не... Господи. Это была среда. Последняя среда...

— Дата.

— Двадцать восьмое августа.

Он сглотнул, упираясь горлом в предплечье.

— Двадцать восьмое.

Лиам произвёл расчёт.

Тридцать восемь дней непосредственно на месте.

Шестьдесят — с начала операции.

Он запомнил цифры и отложил их в сторону.

— Кто проводил инструктаж?

— Никто. Приходит номер задания. В приложении. Координаты, график, адрес для загрузки. В конце каждой смены отправляю материал, через одиннадцать дней приходят деньги. Всё. Это всё. Я вообще никогда в жизни ни с кем лично об этом не разговаривал.

— Кто платит?

— Компания в Рединге. Meridian... нет. Merrow. Merrow Technical Services. Они посредники, они не... Там человек девять. В основном страховые дела. Разводы. Мошенничество. Фиктивные больничные.

— И это показалось вам страховым делом?

— Мне показались координаты и сорок один день по триста восемьдесят фунтов в сутки.

В голосе появилась небольшая трещина — почти достоинство.

— У меня ребёнок.

— Что вы им отправили?

— Журнал передвижений. Машины, время, направление. Фотографии дома и машины, номер. Ваши фотографии с расстояния. Ещё...

Он замолчал.

— Ещё что?

— Им понадобилось внутри сарая. На третьей смене. Дважды настаивали. Я сказал, что туда не попасть, не заходя на участок, и они отстали.

— Вы заходили на участок?

— Нет.

— Росс.

— Нет. Клянусь Богом. Один раз дошёл до ворот внизу вашей дороги — посмотреть имя на почтовом ящике. Он был пустой, я развернулся и ушёл обратно. Ближе не подходил. Можете посмотреть материалы. Всё на диске, в сумке. Можете проверить каждый кадр.

— Проверю, — сказал Лиам.

С сумкой он провозился сорок минут.

Две камеры — хороший Nikon с пятисотмиллиметровым объективом и ещё одна, поменьше, с зумом. Тепловизионный монокуляр. Приличная зрительная труба. Три внешних аккумулятора. Коврик. Ноутбук с зашифрованным разделом, который Нейсмит открыл сам — просить второй раз не пришлось.

Материалы полностью соответствовали его словам.

Работа была аккуратной.

Четыреста шестьдесят фотографий мужчины лет сорока с небольшим: колет дрова, несёт ёмкость с водой от родника у верховья ручья, грузит ворота в пикап, стоит в дверях с кружкой.

И таблица, согласно которой тот же мужчина по четвергам ездит в Лохинвер, в последнюю пятницу месяца — в Инчнадамф, а в остальные дни за тридцать восемь суток вообще никуда не выезжает.

Лиам дважды перечитал таблицу.

Эту жизнь действительно было нетрудно изучить.

В том-то и заключался её смысл.

Он сам построил неделю из минимально возможного количества движущихся частей и пять лет говорил себе, что это называется покоем.

А теперь вся его жизнь лежала на чужом ноутбуке в двенадцати строках и четырёх столбцах.

И человеку из Рединга на арендованной машине понадобилось тридцать восемь дней, чтобы собрать её целиком.

Лиам скопировал диск на карту памяти и положил её в нагрудный карман.

— Со мной всё будет в порядке? — спросил Нейсмит.

Лиам посмотрел ему в затылок.

Это было бы просто.

Мысль возникла первой, раньше всех остальных, с ровной ясностью маршрута на карте.

Это было бы просто.

И исчез бы единственный человек на земле, способный описать его.

Это дало бы ему необходимые семьдесят два часа.

А в двухстах метрах выше загона находился торфяной провал глубиной восемь футов, где никто не добывал торф с 1974 года.

Он удерживал эту мысль примерно три секунды.

Она не воспринималась как искушение.

Скорее как информация о самом себе, которая всё это время лежала где-то внутри, ожидая проверки, — как фонарик в ящике стола.

— Сегодня вы едете в Инвернесс, — сказал Лиам. — Не утром. Сейчас. До Контина не останавливаетесь, кроме заправки. Машину оставляете в аэропорту и садитесь на первый самолёт, который летит куда угодно на юг. Когда приземлитесь, заходите в приложение и сообщаете: объект исчез к вашему возвращению на смену, дом пуст, машины нет. Загружаете уже имеющийся материал и ничего больше. Потом удаляете приложение и выставляете счёт. Если не заплатят — забудьте о деньгах.

— Они поймут, что я...

— Они ничего не поймут. Вы подрядчик, который потерял объект стационарного наблюдения и уехал домой. Такое происходит сорок раз в год.

Лиам слегка наклонился вперёд.

— Росс. Посмотрите на меня в зеркало. Вот так. Если скажете им что-нибудь ещё, они не придут с вами разговаривать. Вы понимаете, что я вам говорю?

Глаза мужчины в зеркале были очень широко раскрыты, но взгляд оставался устойчивым.

Лиам подумал, что Росс умнее, чем он предполагал.

— Да.