Александр Шаевич – Идеальный пригород (страница 2)
— Я не прошу вас ничего не замечать, — сказал Фрэнк. — Я прошу понимать, что вы замечаете.
Она подумала, что это, пожалуй, самая умная фраза, которую ей говорили за последний месяц. И что именно поэтому с ним будет труднее всего.
Глава 4. Семья Рамирес
Они жили в съёмном доме на восточной окраине — там, где пригород уже не старался выглядеть как пригород. Газон был, но некошеный. Забор покрашен, но давно. На крыльце стояли детские велосипеды — два, оба с розовыми ручками.
Кейт приехала одна, без Фрэнка. Это было её условие, и он не спорил — только посмотрел так, что она поняла: он будет знать, о чём говорили.
Дверь открыл Эдди. Лет тридцати, в рабочей куртке, которую не успел или не захотел снять. Глаза — внимательные, немного воспалённые, как у человека, который не спал и злится на это.
— Марроу? — сказал он вместо приветствия.
— Да. Спасибо, что согласились.
— Мы не соглашались, — сказал он. — Просто Лусия сказала впустить.
Лусия сидела за кухонным столом — молодая женщина с прямой спиной и руками, сложенными перед собой так, будто она сама себя держала. Рядом стояла чашка чая, уже холодного. На Кейт она посмотрела спокойно — без надежды, но и без враждебности. Просто смотрела.
В углу комнаты, у окна, сидела мать Сальвадора. Маленькая, в тёмном. Перебирала чётки и не подняла глаз, когда Кейт вошла. Эдди сказал ей что-то по-испански — она чуть качнула головой и продолжала перебирать.
— Она не будет разговаривать, — сказал Эдди. — Она считает, что это ничего не изменит.
— Она права, — сказала Кейт.
Эдди посмотрел на неё с некоторым удивлением. Лусия чуть опустила плечи — совсем немного, но Кейт заметила.
Они сели. Эдди поставил перед ней воду, не спросив — просто поставил, как что-то само собой разумеющееся.
— Расскажите про последний день, — сказала Кейт. — Не по порядку, просто что помните.
Лусия заговорила первой — тихо, ровно, с небольшим акцентом. Сальвадор уехал в шесть утра, как всегда. Позвонил около трёх — сказал, что задержится, что есть ещё один адрес. Она спросила, поест ли он. Он сказал да. Это был последний звонок.
— Он всегда говорил, что поест? — спросила Кейт.
Лусия посмотрела на неё. Впервые — с чем-то похожим на удивление.
— Да, — сказала она. — Всегда. Он знал, что я спрошу.
Мать в углу что-то сказала — тихо, не поднимая глаз. Эдди перевёл:
— Она говорит, он был хорошим сыном. Всегда говорил, что поест.
Кейт записала что-то в блокнот — не потому что это была улика, а чтобы дать им секунду.
— Этот последний адрес, — сказала она. — Он сказал куда?
— Нет, — сказал Эдди. — Но я знаю, в каком районе он работал в тот день. Север города. Там, где большие дома.
— Откуда знаешь?
— Потому что он мне написал, — сказал Эдди. — В два сорок пять. Написал: «еду на север, там всегда чаевые хорошие». — Он помолчал. — Это было за двадцать минут до того звонка Лусии. И за четыре часа до того, как его нашли на южной дороге.
Кейт положила ручку.
— На южной, — повторила она.
— На южной, — подтвердил Эдди. Голос у него был ровный, но руки на столе сжались. — Вы первая, кто это заметил. Или первая, кто не сделал вид, что не заметил.
За окном мать Сальвадора продолжала перебирать чётки. Лусия смотрела в стол. Где-то в глубине дома закашлял ребёнок — негромко, сонно, — и Лусия встала автоматически, на секунду, потом снова села: обошлось.
— Я ничего не обещаю, — сказала Кейт.
— Мы знаем, — сказал Эдди. — Нам уже много чего обещали.
Глава 5. Гостиница
Гостиница называлась «Мэйпл Инн» и была именно такой, какой должна быть гостиница в пригороде с претензией: чистая, тихая, с кленовым листом на вывеске и запахом свежего белья в коридоре. Кейт взяла номер на втором этаже — окно выходило на парковку, что её вполне устраивало. Она не любила номера с видом. Вид всегда отвлекал.
Она сбросила куртку на кресло, не раздеваясь легла поверх покрывала и уставилась в потолок.
Север города. Юг дороги. Четыре часа между этими двумя точками, которых никто как будто не заметил. Или заметил и решил не замечать, что хуже.
Она достала телефон, открыла карту и долго смотрела на маршруты между северным районом и тем местом, где нашли Сальвадора. Потом закрыла карту и открыла меню доставки еды. Заказала суп и сэндвич — не потому что хотела есть, а потому что надо было.
Потом полежала ещё немного.
Потом позвонила Дэниелу.
Он взял трубку после третьего гудка — голос сонный, хотя было только восемь вечера. В двадцать два так спят, если устал или расстроен. Она не знала, что у него сейчас, и это само по себе было ответом на вопрос, который она себе не задавала.
— Привет, — сказала она.
— Привет, — сказал он.
Пауза. Не враждебная — просто пауза людей, которые давно не умеют начинать.
— Ты где? — спросил он.
— В командировке. Пригород, часа два от тебя.
— Ясно.
Она хотела спросить, как дела, но это звучало бы как вопрос чужому человеку. Спросила вместо этого:
— Ты ел?
Дэниел помолчал секунду — и она вдруг подумала про Лусию, про то, как Сальвадор всегда говорил, что поест, потому что знал — спросят. Про маленькие ритуалы, которые держат людей вместе иногда крепче, чем большие слова.
— Ел, — сказал Дэниел. — Мам, ты чего звонишь?
— Просто так.
— Ты никогда не звонишь просто так.
Она улыбнулась — сама не ожидала.
— Ладно, — сказала она. — Не просто так. Хотела услышать голос.
Дэниел помолчал. Потом сказал — чуть тише, чуть иначе:
— Ну слышишь теперь.
— Слышу, — сказала она.
Они ещё немного поговорили ни о чём — про его соседа по комнате, который играет на гитаре по ночам, про то, что в кампусе сломали кофемашину в библиотеке и это настоящая трагедия. Кейт лежала и слушала, и думала, что он вырос в человека, которого она не всегда понимает, но который ей нравится. Это было странное чувство — тёплое и немного грустное одновременно.
Когда она положила трубку, в дверь постучали — еда приехала раньше, чем она ожидала.
Она поела, открыла ноутбук и начала искать старые дела по округу. Не потому что приняла какое-то решение. Просто потому что уже не могла не искать.
За окном на парковке горел одинокий фонарь, и под ним стояла машина Фрэнка Делани. Она узнала её сразу — тёмно-синяя, без мигалки.
Он не выходил. Просто стоял.
Она закрыла штору и продолжила читать.