Александр Раевский – Корни Японии. От тануки до кабуки (страница 29)

Ироха ни хохэто Чири ну ру о Вака ё та рэ дзо Цунэ нараму Уви но окуяма Кэфу коэтэ Асаки юмэ миси Вэхи мо сэсу Красота блистает миг – и увяла вся. В нашем мире что, скажи, пребывает ввек? Грани мира суеты ныне перейди, Брось пустые видеть сны и пьянеть от них.

В 830 году Кукай завершил работу над главным произведением своей жизни – «Дзюдзю синрон» («Теория десяти ступеней развития разума»), так и не переведённым на другие языки из-за длины и большой сложности. Когда он почувствовал, что конец его жизни уже близок, он отказался от еды и воды и погрузился в медитацию. Таким его и забрала смерть.

В эпоху Хэйан было завершено утверждение буддизма как одной из основ японской жизни, произошло слияние синтоистских и буддийских божеств, и обе эти религии стали фактически единым целым. Эта объединённая религия носит название рёбу-синто, и она была главенствующей в Японии на протяжении порядка десяти столетий – до масштабных преобразований эпохи Мэйдзи. Благодаря Сайчё и Кукаю (после смерти они получили новые имена – Дэнгё-дайси и Кобо-дайси) буддийское учение, до этого в основном существовавшее в умах учёных мужей и за пределами Японии, стало не только близко и понятно японским аристократам и чиновникам, но и начало проникать в глубь японского общества.

И Тэндай, и Сингон популярны в Японии и по сей день, но не меньшая их заслуга в том, что они открыли дорогу новым направлениям буддизма, который развился в эпоху Камакура, когда на смену утончённым аристократам с нарумяненными лицами пришли суровые самураи с оружием.

Новое тревожное время, в котором стали нормой кровопролитные сражения и смерть, способствовало популярности буддизма среди простых людей. Синто на тот момент уже не могло удовлетворить философские и религиозные запросы большинства жителей страны: требовалась религия, которая могла бы более убедительно объяснить праведное и неправедное в этом мире, тягостную жизнь и внезапную смерть.

Религиозная мысль чутко реагировала на эту потребность, предоставляя вопрошавшим японцам ответы на их вопросы и утешения в их страданиях: появлялись новые буддийские течения, из которых каждый мог выбрать то, что ему наиболее созвучно. И если до этих общественных перемен буддизм оставался в основном уделом высших и образованных слоёв общества, то теперь он постепенно начал охватывать всех, кто заблудился или испуган в этом мире и кому нужна была поддержка.

Одним из популярных направлений камакурского буддизма был буддизм Чистой Земли – школа под названием Дзёдо-сю, основанная монахом по имени Хонэн (1133–1212 гг.). Сама идея перерождения после смерти в Чистой земле (буддийская версия рая) не являлась новой и появилась ещё в доктрине Тэндай, но в данном случае интересны те методы, которые позволяли верующим туда добраться.

Хонэн делал упор на технике нэмбуцу – методичном произнесении определённых священных слов, обращённых к будде Амитабха (или Амида) – центральному божеству Дзёдо-сю. По его мнению, можно достичь просветления, если регулярно произносить эти слова и каждый раз концентрироваться при этом изо всех сил на представлении перед мысленным взором Будды Амида. И всё, кроме этого, по большому счету, ничего не нужно.

Эта довольно простая методика, пусть и требовавшая регулярности, но зато сулившая невероятные результаты, была радостно принята простыми самураями, которые не были сильны в сложных буддийских понятиях, но были бы не против переродиться после смерти в Чистой Земле. Однако в основе этой незатейливой на первый взгляд методики[36] лежат нелёгкий жизненный путь Хонэна и глубокое обоснование им этой идеи.

Хонэну было восемь лет, когда во время ночного налёта убили его отца, и эта трагедия заставила его задуматься о тех вещах, о которых думают не все и не всегда. В четырнадцать он пришёл на гору Хиэй и посвятил себя буддизму, а впоследствии путешествовал в Нару, изучал различные китайские трактаты и удостоился эпитета «мудрейший». В пятьдесят три года он прочитал свою знаменитую лекцию по нэмбуцу, а в шестьдесят пять – основал свою школу, которая быстро стала очень популярной.

В основе его идей лежало твёрдое убеждение, что люди сами по себе неспособны достичь просветления, тем более в эпоху Конца Закона[37], и поэтому остаётся уповать на Амитабху, который обладает достаточной силой, чтобы помочь всем страждущим. Это – одна из важнейших особенностей Дзёдо-сю: если большинство других течений японского буддизма говорили о достижении просветления благодаря дзирики («собственным силам»), Хонэн утверждал, что нужно полагаться на тарики («другие силы»).

Надо отдать должное мягкости предлагаемых им мер для достижения Чистой Земли. Среди техник, которые предлагали его предшественники, были и довольно суровые. Они включали в себя не только самосожжение и утопление, но и совсем дикие и гротескные: судя по некоторым источникам, истинно верующие буддисты отрезали себе ногу, чтобы на этой кости выгравировать Будду, или сдирали кожу с руки таким образом, чтобы получился облик божества. Это, конечно, чересчур фанатичные примеры веры, но на их фоне регулярное произнесение мантры выглядит очень привлекательным и простым.

Дзёдо-сю, как уже было сказано выше, в силу своих понятных методик и упоминания Чистой Земли, о которой так мечталось посреди невыносимости бытия в раннем японском средневековье, приобретает большую популярность в народе, а вместе с тем и зависть со стороны других школ и учений. Появляются требования запретить нэмбуцу, а самого Хонэна в 1207 году даже ссылают на остров Сикоку, правда в конце того же года прощают и возвращают назад.

Как и все мощные идеи, вера в нэмбуцу пережила своего со-здателя и после его смерти не утратила народной любви. Идею подхватил ученик Хонэна по имени Синран (1173–1263 гг.), сделавший её ещё более близкой и понятной людям. Если сам Хонэн был строг к людским слабостям, считая, что в эпоху конца закона людям способны помочь только послушание, дисциплина и преданность Амитабхе, Синран был убеждён, что одной религиозной преданности будет вполне достаточно. Кроме того, он был первым религиозным учителем того времени, разрешавшим монаху быть женатым и иметь детей (возможно, потому что он и сам был женат и имел детей).

Синран является основателем религиозного течения Дзёдо-синсю – буквально «Нового учения о Чистой земле». Религиозная основа – практика нэмбуцу – была им почерпнута у своего учителя, но он пошёл немного дальше. Он утверждал, что для достижения просветления достаточно лишь одного мгновения настоящей, истинной веры, а произнесение нэмбуцу лишь выражение благодарности Амиде за проявленную милость по спасению души в чистой земле.

Ещё одним известным буддийским лидером в то время был монах Ничирэн, который назвал секту нескромно в честь самого себя – Ничирэн-сю. Однако он был настолько масштабной и заметной фигурой, что этот шаг не воспринимался современниками как бахвальство и самовлюблённость, а лишь ещё больше убеждал верующих в величии учителя.

Ничирэн родился в 1222 году в рыбацкой семье и по настоянию родителей в одиннадцать лет стал послушником в местном храме секты Тэндай, где и произошло его знакомство с миром буддизма, в котором ему суждено было сделать головокружительную карьеру.

В результате путешествий по монастырям и знакомств с разными школами, от Сингона до зарождающегося тогда дзэн-буддизма, он формирует свою религиозную позицию: критикуя нэмбуцу Хонэна, он в то же время предлагает свою собственную мантру счастья: «Наму Мёхо Рэнгэ Кё». Нужно произносить много раз – и переродишься в Чистой Земле.

Кроме того, он придумывает себе новое звучное имя – то самое «Ничирэн» (вместо Дзэнничимаро). Первый иероглиф – ничи (日 – «Солнце») символизирует богиню солнца Аматэрасу. Второй – рэн (蓮 – «лотос») символизирует «Лотосовую сутру» – основу основ буддизма. Так в своём имени он изящно соединяет две религиозные традиции Японии.

Неизвестный автор. Синран. XIV в. Национальный музей Нары, Нара, преф. Нара, Япония

В 1250-е годы Японию сотрясают стихийные бедствия: множество людей умирает от землетрясений, пожаров и голода. Ничирэн не может оставаться в стороне. В своих проповедях он пуб-лично задаётся теми же вопросами, что и его не обременённые буддийскими познаниями современники: почему так происходит? По чьей вине на нас свалились все эти несчастья?

Ответ, к которому он приходит, не такой сложный: это людские грехи, в том числе духовные слабости власть имущих, приводят к тому, что боги гневаются и наказывают людей. Буддизм Ничирэна, в отличие от большинства других направлений, имел сильный социальный вектор и чёткую гражданскую позицию. Как это образно формулировал он сам: «Закон Будды – это тело. Наш мир – это его тень. Когда тело гнётся, тень сгибается с ним».

Свои мысли и рекомендации по этому поводу он обстоятельно изложил в сочинении «Риссё Анкоку Рон» («О спокойной стране и установлении истинного буддизма»)[38] и направил его непосредственно в сёгунат, но одобрения не встретил, что неудивительно: какой власти понравится, когда её критикуют? В результате за свои смелые идеи и открытую критику властей он был отправлен в ссылку на полуостров Идзу.