Александр Прялухин – Море по колено (страница 3)
– За двоих тогда, – ответил хозяин, улыбнувшись каким-то своим паскудным мыслям.
Уже в комнате, когда священник прикрыл сдвижную дверь, он кинул на кровать рюкзак и проворчал, указывая пальцем на ящера:
– Зря жилетку снял. В одежде ты больше на разумного был похож.
– Уже пофиг.
– Ну ясное дело, новую шить не станем. И майку свою я тебе не отдам. И вообще, знаешь – посиди-ка ты здесь! Пока я по делам хожу.
– Бросаешь?
– Нет, скоро вернусь. Видишь же – рюкзак оставил.
– Постой.
– Ну?
– Много у тебя прихожан?
Григорий выдохнул, опустив голову. Отвечать ему не хотелось.
– Давай я буду? Прихожанином.
Священник кивнул.
Ему не пришлось долго искать человека, который помог бы улететь с Мелководья. Все этого человека знали, охотно подсказывали, как пройти к нужному месту. Вот широкий «проспект» между северными ржавыми домами и еще более ржавыми южными, вот поворот налево, уютный тупик и башенки над входом в заведение, из которого доносилась громкая музыка. Попасть внутрь, к счастью, можно было задаром, хоть и проводили его взглядами два дюжих молодца.
В недрах огромного зала полутьма, разрезаемая лучами света, дергающимися в такт музыке. В центре круглый подиум и шест, танцующая рядом с ним стриптизерша – темноволосая, миловидная девчушка совсем еще нежного возраста. На ней был лейский купальник, модный среди танцовщиц в кабаках.
Оглядевшись, отец Григорий вычислил столик, к которому следовало подойти. Но его, конечно, остановили.
– Куда?
– Мне к господину Бугзи. Переговорить. По личному делу.
– А ты кто такой?
– Отец Григорий.
– Стой здесь.
Доложили, указали на проповедника пальцем, выслушали распоряжение.
– Подходи! – позвал охранник, махнув рукой.
Человек, внимание которого надеялся привлечь Григорий, был поглощен созерцанием танцовщицы. На незнакомца в полиэтиленовой рясе он глянул лишь мельком.
– Чего надо?
– Добрый вечер.
Священник завистливо посмотрел на еду в расставленных тарелках, перевел взгляд на дорогой костюм своего собеседника, на украшения. Ему бы тоже хотелось такой жизни! Какой ценой? А не все ли равно… Очнувшись от наваждения, отец Григорий прокашлялся.
– Извините, что отвлекаю, но, поскольку не вижу для себя иной возможности…
– Покороче-то можешь? – господин Бугзи повернулся к охране, сказал кому-то «приведите ее сюда».
– Да. Конечно. Покороче… Что ж, если совсем коротко…
– Милая, а я тебя раньше не видел!
Гангстер заставил танцовщицу сесть к нему на колени.
– Одним словом – не могли бы вы поспособствовать… – все еще пытался заговорить с ним Григорий.
– Пойдем ко мне, малышка. Нам тут не дадут расслабиться.
Священник видел, как рука с перстнем беззастенчиво ощупывает юное тело. Во вспышках цветомузыки было заметно, что девушка сжала губы.
Мимо прошел человек с бледной кожей, посмотрел на происходящее неодобрительно, но вмешиваться не стал.
– …помочь мне покинуть планету на одном из ваших кораблей, – с трудом закончил Григорий.
И тут, словно громкий выстрел, прозвучал звук пощечины. Музыка продолжала греметь и цветные лучи все так же плясали, но люди вокруг замерли, с ужасом глядя на девчонку и большого босса, схватившегося за щеку.
– Ах ты маленькая тварь!
В момент все вокруг зашевелилось: кто-то, бросив несколько бумажек на стол, предусмотрительно покидал заведение, кто-то приготовился наблюдать расправу. С запозданием подскочили к девице охранники.
– Ко мне домой ее! – выкрикнул Бугзи. – В комнату для особых развлечений… Там повеселимся! – он зло ударил ногой по столу, заставляя посуду звенеть и падать на пол. Повернулся к священнику.
– А ты… Ты мне не нравишься, святоша. Ты здесь всем не нравишься, понял?
Григорий сделал шаг назад.
– Извините.
Не считая нужным дальше испытывать бандитское терпение, он развернулся, пошел к выходу. «Неудачная попытка. Неудачный момент. С самого начала вся затея была неудачная!» И еще подумалось – «жаль глупую».
Лаци ждал его в комнате с одним носком в зубах. Рядом, на кровати, лежал второй и раскрытый рюкзак. Отец Григорий молча забрал предметы своей одежды.
– Ничего не вышло. Надо валить отсюда.
– По добру, – согласился ящер. – По здорову.
Вдруг снаружи, в общем коридоре, раздался шум. Проповедник прислушался, подошел к двери. Осторожно сдвинул ее в сторону. И, пока он пытался разглядеть что-то сквозь узкую щель, с той стороны схватили за ручку и с силой дернули!
Отец Григорий даже не удивился, увидев на пороге ее. Девушка вошла внутрь, закрыла створку. Сказала шепотом:
– Я сбежала!
Он мотнул головой из стороны в сторону.
– Поздравляю, – ответил так же шепотом. – И чего теперь делать?
– Эта с нами? – встрял в разговор лаци. – Пусть будет с нами.
Священник повернулся к нему, сказал уже в голос:
– Пилот-ящерка, ты скоро сдохнешь! Но я-то не собираюсь! О боже… – снова развернулся к девушке. – Ладно. Если… Если они видели, что… Как зовут?
– Ленка.
– Если видели, что ты, Ленка, сюда бежала, то будут обыскивать все комнаты.
Посмотрел на окно. Попробовал его открыть. Не с первого раза, но у него получилось.
– Вылезаем, тут можно спуститься! А дальше железнодорожный квартал – есть где спрятаться.
Когда-то в поселении работала станция. Она была и сейчас, но ни сюда, ни отсюда никто уже не ездил. Единственный паровоз, стоявший на рельсах, грел воду для прачечной.
– Коле-есики! – с восхищением протянул лаци, разглядывая огромные паровозные колеса.
– Быстро в кабину! – скомандовал Григорий. – Пересидим внутри, а там видно будет.
– Он ездит? – спросила девчонка. – Как думаешь, мы можем им управлять? А волосатый случайно не умеет? Ты говорил, что он пилот.
– Ну какой к черту пилот?! Он старый лацертианец с деменцией!