Александр Поуп – Поэмы (страница 78)

Спрат, Кэрью, Седли,[151] сорок сороков Сановных сочинителей стихов, Украсив строк бесплодную Пустыню Одним Сравненьем где-то посредине Иль озарившись Мыслию одной, Писали вирши в тыщу миль длиной. Мы пишем лучше, но куда как кратко, И Критика — вот Краткости разгадка, А старикам Закон не писан наш — Им рукоплещут за любую блажь. Иль берега блаженного Эйвона[152] Не знали сорняков во время оно? Трагедия! как только Беттертон[153] (Он Трагиком великим наречен), Велеречивый Бут[154] и остальные Провозгласили имена былые С нажимом и коверкая... Отцам И тем неведом был подобный срам. Нисколько на Былое не клевещем? Но как нам быть с обычаем зловещим Дурной пример отцов перенимать И, в путь пойдя, идти покорно вспять? И ты, старинных россказней любитель (В отличье от меня), — читатель, зритель, — Пойми, что лишь завидует позер И, славя старых, юным шлет укор. Отнюдь не Греки этому виною: Они-то не гнушались Новизною, Античность — в свой расцвет — была нова. На что нам Мертвых мертвые слова? Едва восстановились Дни Покоя И Карл вернул величье вековое, Переиначив на заморский лад,[155] — "Всяк жить, как он, любить, как он, был рад". О Родине радея равнодушней, Гордились пэры собственной Конюшней, Солдаты стали галлами на вид, В любом паже прорезался пиит. Во мраморе возлюбленных ваяли, Будили жизнь в расплавленном металле, Писали маслом, ткали гобелен И к Сладострастью попадали в плен. И диво ли, что с Музою игривой За чашею сошелся Свет глумливый И струны — то тревожны, то нежны — Сердцам и душам стали вмиг нужны? Но Англия шалунья, кто с ней сладит? То призовет Монарха, то спровадит. Сегодня Тори, завтра Виг в чести. Сегодня пить, а завтра пост блюсти. За Государя! Супротив Тирана!.. Короче говоря, непостоянна. Бывало время — все вставали в Пять, Хозяин раньше слуг стремился встать. По твердо заведенному порядку, Жена шла в церковь, сын писал в тетрадку; Отец учил мужающих сынов И Бога чтить, и доблести Отцов; Все знали: роскошь гибелью чревата — И только в Дело вкладывали Злато. Но нынче век другой: и стар, и млад, Богач и нищий, — все стихи строчат. Отцы и деды, сыновья и внуки Берут коль не Перо, то Книжку в руки; Театром бредит весь прекрасный пол;