Александр Поуп – Поэмы (страница 80)

И, кажется, моление — чудесней. Но Небеса заслушаются песней. Селяне, предки наши, в дни страды Трудом и потом праведно горды, Венчали жатву ежегодным Пиром — Беспечной пляской, пением всем миром. Их жены, домочадцы — весь народ Пускался в непременный хоровод, Повсюду смех звучал, стучали чаши — Умели веселиться предки наши. Шутили друг о дружке пресмешно, Друзьями оставаясь все равно. Не Время ли само возревновало, Вложив в уста невинным шуткам жало? Друг, ополчась на друга, дом на дом, Вступили в тяжбу жалящим пером; А побежденные в словесном споре Уже взывали к Правосудью вскоре, И Правосудье начинало мстить. — Поэты, поскучнев, учились льстить, А не язвить. — Лишь те, кто посмелее, Не поступились Волею своею — И вот Сатира в мире завелась, И славит Благо, разгребая Грязь. Мы Францию пленили. Но искусство Французское пленило наши чувства. Мы полюбили прихотливый стих, Изысканность, безвестную до сих. Уоллер перевел мосье Корнеля, Но рифмы, с ним сравнимые на деле, Лишь в Драиденовых строках зазвенели, — Хоть кое в чем, на наш британский вкус, Тем Драйден и хорош, что не француз. Поэтика! о ней мы не грустили, Пока Братоубийством путь торили; Ведь и Корнель, и яростный Расин К нам припозднились не на год один. Не то чтоб мы трагедии не знали, — Ведь Отвей был,[159] ведь был Шекспир вначале, Но Отвей был не так уж и велик, А у Шекспира был дурной язык. И Драйден — при своем усердье — все же Вычеркивать не научился тоже. Иной вздохнет: а стоит ли огня Комедии мышиная возня? Хоть Помысла высокое стремленье, Как учит Жизнь, еще не извиненье. Как редок в этом деле Идеал! Глупцов ли Конгрив эдак обозвал?[160] У Фаркера вульгарны диалоги,[161] У Вана — сами замыслы убоги,[162] Хоть шутки и не плохи. Метит в цель Астрея:[163] все прямехонько в постель! А Сиббер вообще ничем не блещет,[164] Хоть публика ему и рукоплещет. И пусть их Гонор непомерно яр, У всех одна забота — Гонорар. О вы! за славой мчащиеся вместе, Ладьи сует под ветром пошлой лести. Какую бурю подняли гребцы, Идя ко дну, а метя — во дворцы! Искатель Лавров отдыха не знает — Волна то валит с ног, то поднимает; А тот, кто удостоился похвал, Глядишь — иль разжирел, иль отощал.